Татьяна Антоник – Эту ферму мне муж купил (страница 38)

— Ладно, — сказала я, поднимая на него глаза. — Поехали.

Йен кивнул и подал мне руку, помогая забраться в повозку. Его пальцы были теплыми и крепкими, и я слишком поздно поняла, что задержала руку в его ладони на мгновение дольше, чем следовало. Быстро убрав ладонь, устроилась на сиденье, пока он забирался следом.

Лошади тронулись с места, и повозка покатилась по дороге. Мы ехали молча. Я смотрела на проплывающие мимо поля, на редкие деревья, на утреннюю дымку, стелющуюся над дорогой. Йен и сам не торопился о чем-то спрашивать. Тоже изучал привычный пейзаж.

Странно, но сегодня ощутила, что он сделал для меня очень много.

— Зачем? — спросила я наконец, не поворачивая головы.

— Что зачем?

— Зачем ты это делаешь? Это один дракон? Ты так желаешь его обрести?

Йен усмехнулся, но в его голосе не было насмешки.

— А почему бы и нет?

Я покачала головой.

— Раньше мы были едва ли не врагами.

— Так считала ты. Я думал, что ты несговорчивая, рыжая фермерша.

Посмотрела на него.

— Всё так просто?

Он встретил мой взгляд спокойно, но в глазах его мелькнул какой-то огонек.

— Иногда да. Иногда нет. Мне будет тяжело объяснить.

Я не знала, что ответить. Повозка медленно въехала в город, и я почувствовала, как внутри что-то сжимается. Суд приближался. Развод. Окончательная точка. Не могу думать о Мендлере и Германе одновременно. Протяжно вздохнула, собираясь с мыслями, но в этот момент Йен вдруг остановил лошадей. Стукнул в стену, не доехав до пункта назначения.

Повернулась к нему, удивленная. — Что?...

Но он не дал задать вопрос.

Внезапно наклонился ко мне, навис, и прежде чем я успела понять, что происходит, его губы коснулись моих. Тепло. Я замерла, но только на секунду. Затем мои пальцы сами нашли его плечо, а сердце пропустило удар. Поцелуй был мягким, но уверенным. Он не торопил меня, не требовал ничего — просто был. Когда он отстранился, я все еще не могла дышать. Йен посмотрел на меня, и в его глазах было что-то, отчего у меня перехватило горло.

— Всё будет хорошо, Зои, — сказал он тихо. — Не волнуйся ни о чем.

Я не знала, что ответить. Но впервые за долгое время мне действительно хотелось в это поверить.

Глава 13. «Да здравствует наш суд — самый гуманный суд в мире!»

Зои

Как ловко удалось Мендлеру меня успокоить, губы до сих пор горят.

Входя в зал суда, не избавилась от ощущения, что совершила что-то запретное и невообразимое. Сидящие впереди Аспида, мистер Миллер и Блуди вообще давили на мою совесть. Кажется, только что воплотилось зло...

Боги, я поцеловалась... Поцеловалась со своим врагом. А ведь и нагиня, и мистер Дарк предупреждали, чтобы я держалась от герцога подальше.

Я знаю, что это не очень хорошо прозвучит, но со всей серьезностью заявляю: я не плохая, не демоновский суккуб, просто Йен очень творчески мыслит. Отвлек, так отвлек.

Заняв место ответчицы, подивилась скоплению народа в зале правосудия. Граф Сандерс привез с собой не только судью, привел не одну Эланор, он еще и притащил дружков из столицы. При виде меня его свора загоготала. Чувствую, будь у них в руках помидоры, они бы меня ими забросали. К счастью, в казенные места не пускали с едой.

Толпа набралась знатная. На входе образовалась давка. Какую-никакую, но репутацию я заимела. Обычные работяги приняли в свой круг. Мы никогда не общались, но я открыла для них двери таверны, которая не закрылась после скандала с Германом.

Для благородных жителей Хайклера... Ну, вслух не проклинают, уже повод для гордости.

— Тихо, тишина в зале суда, — стукнул молоточком господин, что приехал с мистером Сандерсом.

И не надеялась, что этот служащий будет на моей стороне. Герман слишком залихватски улыбался.

— Слушается дело о разводе и разделе имущества, — обозначил судья. — Истец — достопочтимый граф Сандерс, в честь которого названа известная ферма. Ответчицей выступает его молодая супруга — Зои Сандерс, в девичестве Зои Хоммерфильд. Все в сборе?

Стоя на своем месте, я кивнула. Мне вторил Герман.

Как повезло, что в этом мире не существовало адвокатов. Поверенные были, но они представляли дела своих клиентов в различных органах. Ежели дело доходило до суда, то отвечать и взыскивать приходилось участникам. На то и был мой рассчет.

— Заранее спрашиваю, — кривился судья. — Может, стороны хотят прийти к примирению? Истец, что вы об этом скажете?

— Простите, но нет, — высунул язык граф. — Эта женщина изначально обвела меня вокруг пальца.

Вот урод. Обвела, да, но вопрос мог решится полюбовно. Это он попытался меня обесчестить, подложить под кого-то. Этот поступок не могу ему простить.

— А вы, Зои Сандерс?

— Нет, — мотнула головой, — примирение решительно невозможно.

— Интересно, — заключил мужчина, облаченный в мантию. — У меня есть показания свидетелей, что вы, Зои Сандерс, пока были леди Хоммерфильд, оскандалили будущего супруга, заставив его жениться на вас. Будете отрицать?

Свита, что приехала с Германом, горделиво выпятила грудь. Все ожидали, что я буду настаивать на браке.

— Не буду, — подтвердила я, стукнув кулаком по деревянной стойке. — Я не горжусь своим поведением. Между мной и графом Сандерсом не было никаких отношений. Я поступила глупо и преступно, заставив того на мне жениться.

Ох, бедный судья, он опешил. Вся их линия атаки строилась на том, что я буду цепляться за брак с Германом.

— Вы не отрицаете? Желаете развестись?

— Верно, желаю. — Повернулась к графу. На лице образовалась мстительная ухмылка. — Прости, Герман, у нас все равно бы ничего не получилось.

— Это блеф, — заверещал граф. — Она же заставила меня. Накажите ее.

— Да, — я опять кивнула. — В этом вопросе истец прав. Людская молва жестока, ему пришлось на мне жениться.

— У вас даже нет слов оправдания? — возмутился судья.

— Они есть, — вздохнула, — но вряд ли помогут графу Сандерсу и мне. Мне жаль, что я так поступила. Разбитое сердце, шампанское, что подавали на приеме, плохие помощники, чтобы трезво мыслить.

— Значит, вы согласны с разводом, — уточнил мужчина в мантии.

— Еще как.

— Ладно, — погрузился в бумажки судья. — А что до вашего имущества.

— Да, — вякнул Герман. — Ферма принадлежит мне. Зои не отрицает, что уехала, когда я ее отослал. Но и на Сандер-хаус претендовать не может.

Со своего места встал Его Светлость.

— Вы и землю-то ошибочно получили. Она испокон веков принадлежала Мендлерам.

— Тихо, суд идет, — прервал всех ставленник закона.

— Земля моя. — Скрестила руки на груди. — К ней не имеют отношения ни Мендлеры, ни Сандерсы. Да, ферма принадлежала мужу... Раньше...

— Что это вы имеете в виду?

Не зря я изучала законы нового мира. Я много не спала, взамен собирая мешки под глазами и бесконечную усталость.

Законы в Хайклере разительно отличались от привычных моих. Обычно, тем чем владела супруга до брака, не мог распоряжаться муж. Соответственно работало и в другую сторону. Здесь это правило действовало чуть по иному.

— Я бы хотела уточнить, — выступила я. — Вы не против?

— Зои Сандерс, суд, это не сцена.

— И все же, — я настаивала. Получив одобрительный кивок, повернулась к публике, которая не упустила момента, чтобы поковыряться в чужом исподнем. — Я буду ратовать за развод, нельзя влюбить в себя того человека, которому ты не нравишься. — Получила с десяток одобрительных вздохов от молодых девушек, пришедших с властными мамашами, — но за имущество поборюсь. Нас назвали парой перед алтарем. Моего мнения не спрашивали, но граф Сандерс распорядился моим домом, загородным домом и всеми украшениями, — обозначила я.