Татьяна Антоник – Академия-шмакадемия (страница 52)

Что буркнул правитель, мы не услышали. Все его воины развернулись и галопом бросились в свою крепость.

— Отлично, думаю, ему можно верить, — заключил господин Уэллинг. — Виктор, забирай леди Перл, отправляемся домой.

— Подождите, — остановил всех Эвандер. — Я бы хотел пару слов сказать своей воспитаннице.

Он зачем-то размял шею и дотронулся до ремня.

— И мне хочется пообщаться с Алексом, который неожиданно превратился в Алисию, — прищурился господин Хаммерс.

К горлу подкатил комок. Не нравятся мне их взбешенные взгляды и переглядки. Даже Клайд не хочет меня защищать. Отошел подальше и не отсвечивает.

Как завещала Инга, обучаясь в Пресьенском, у женщин нет силы могущественнее, чем слезы и обморок. Этап со слезами я уже прошла. Пора подключать тяжелую артиллерию.

— Мне плохо, плохо, — начала обмахиваться руками, — дышать нечем.

Поймал меня, конечно, Виктор. Слава богам, что на растерзание старшим не отдал.

Глава 16. Сия теряет принципы, здравомыслие и обед.

Сия

Мой трюк с обмороком прокатил минут на пятнадцать. Прожженные воины, привыкшие спать на земле, бороться с холодом и голодом, умеющие разжечь костер без магии и огнива, совсем не понимали в девичьем коварстве.

Правда, болтаться без дела, притворяясь больной, мне надоело быстрее, чем я рассчитывала.

— Она открыла глаза. Открыла глаза. — Узнала я взволнованную интонацию Рэйдена.

Не ожидала, что преподаватель по физподготовке будет таким обеспокоенным. Но некоторые знали меня, как облупленную.

— Ну да, прямо при смерти была. Страдала. Ноги, руки себе переломала, — фыркнул Клайд. — Если никто не против, я бы переместился, потому что знаете, — обвел он всех негодующим взглядом и уставился напоследок на меня, — хочу быть подальше отсюда.

Ни один наставник ему не возразил. Все их внимание было нацелено на мне.

— Значит, Алисия Перл, — как-то нездорово проговорил Тайлер. — И в пустыне я общался не с тобой, верно?

— Да, простите, — мямлила я, кутаясь в объятиях Виктора.

Парень никуда не исчез, продолжал крепко меня удерживать, словно боялся, что я опять куда-то убегу. В его руках менее тревожно, и чувствуется поддержка.

— И когда я беседовал с тобой о помолвке... — ректор выгнул бровь.

— Да, тоже была я, — пришлось признаваться во всех своих грехах.

— Тебя, Алисия Перл, можно причислять к великим мошенникам, — добил он меня окончательно. — Вешать плакаты на городских стенах, разыскивать. Я начал подозревать лишь тогда, когда приехал разговаривать с твоим отцом.

Я пожала плечами. Сама не знала, что я так талантлива во лжи и уловках.

— Оппачки, первые ориентировки. — Господин Эвандер, наоборот, хвалил. — Ты точно моя ученица. Я дойду, куда надо. Спрошу, с кого надо. Тайлер, мы же ее доучим? Даже в профилактических-наказательных целях.

— Доучим, доучим, дообучаем, — подтвердил глава шмакадемии.

От их злых искорок, плескающихся во взгляде, от того, как сквозило желание отомстить, я сглотнула.

Пожалуй, Пресьенский институт неплох. Буду танцевать и рассуждать о моде, о вышивке, каждые выходные выбираться на бал. Зачем мне эти марш-броски на рассвете?

Заерзав, ощутила, как ладони Виктора сжимают меня сильнее. И у него этическая дилемма: придушить меня или придушить, но позже.

К счастью, от расправы обманутых мужчин меня спас старший Уэллинг.

— Господа, вы же не будете против, если леди Перл некоторое время проведет со мной?

— Пап... — принялся возмущаться сын.

— Цыц, Виктор. — Поставил его на место военачальник. — Здесь я тебе не родственник, а старший по званию. Будь добр, расцепи свои клешни и помоги даме встать. Поверь, она никуда не денется.

— Сомневаюсь, — поморщился парень, но команду выполнил.

— От меня не убежать, от тебя тем более, — продолжил успокаивать его пожилой чиновник. — А мне безумно любопытно узнать, какими такими талантами обладает наша беглянка. Леди Перл, вы, конечно, происходите из очень одаренной семьи. Но и отца с матерью за пояс заткнули.

— Подозреваю, этот пояс пройдется по мне не раз, — мрачно предвещала свое будущее.

— Об этом мы и потолкуем.

Отказаться от разговора со старшим Уэллингом я не рискнула. В конце концов, это его стараниями все возвращаются живыми и почти не поцарапанными. Мы пересели в повозку, закрытую броней со всех сторон. Меня немного укачивало, и яд в организме давал о себе знать, но отец Виктора вручил мне противоядие.

— Выпейте, — подал он пузырек с синей жидкостью. — Мгновенно полегчает.

— Спасибо, — медлила я.

— Это восстанавливающее зелье, не бойтесь, Алисия, — догадался о моих опасениях господин. — Мне не нужны никакие эликсиры, чтобы выяснить правду.

— Вы менталист? — изумилась я.

— Я очень долго живу, — усмехнулся он. — И довольно умен. Так что давайте договоримся, что вы будете сразу честны.

— Давайте, — согласилась я, теряясь от его напора.

Находясь рядом с таким человеком, невольно проникаешься уважением. Это не за заслуги, не из-за должности и влияния. Отчего-то господин Уэллинг своей аурой заставлял к нему проникнуться и робеть.

— Какие у вас отношения с моим сыном? — задал он совершенно неожиданный вопрос.

Я едва не поперхнулась. Полагала, что он будет интересоваться моим даром, о чем леди Аркади мне говорила, какие тайны успела поведать.

— Никаких, — задохнулась я.

— Никаких? Мы с ним не очень-то близки, но я за Виктором наблюдаю. Он бы не стал рваться в безнадежное предприятие ради девчонки, с которой у него нет никаких отношений. Ну же, Алисия, мне казалось, мы не будем друг другу лгать.

Я разозлилась до предела. Я не лгала. Чего хочет от меня этот интриган?

— Никаких! Было несколько свиданий. Мы вроде были друг другу симпатичны, а потом он заявил, что у него помолвка не за горами. А узнав, что я иллюзорник, он предложил эту помолвку мне. Я отвергла унизительное предложение. Что еще? Нет между нами никаких отношений.

Перебирая в памяти неприятные моменты, осознала, насколько меня задевало тогдашнее поведение юноши. И эта ярость не ослабла. Я опять пылаю то ли от ревности, то ли от разочарования.

— Хм, — потер щетину господин Уэллинг. — Знаете, как я это вижу?

— Как?

— Обычная ссора между влюбленными.

— Считаете, что вам виднее? — отозвалась с сарказмом.

— Виднее, потому что мне известны все обстоятельства, а вам не все. Алисия, я думаю, очевидно, что я человек жесткий.

Обвела его с головы до пят. Зачем он об этом спрашивает?

— Да, очевидно.

— Тогда вы должны понимать, что предыдущую помолвку устраивал я, и дал понять Виктору, что его отношения никуда не годятся. И раз эти отношения не подходили, я знал, как сделать так, чтобы их рассторгнули. Виктор, по-своему, вас оберегал.

— Ага, а когда вы догадались, что иллюзорник я, вы ему разрешили.

— Разрешил, настаивал, уговаривал, — кивнул мужчина. — Если бы ему было плевать, он бы за вами не пошел. Не отправился бы, не попытался спасти. Он из меня душу вытряс, пока объяснял этот созданный на пальцах план. Между прочим, все предложил мой сын. Мне оставалось умаслить нашего короля, но тот, конечно, не спорил. Виктор был готов на что угодно ради вас. Подумайте над этим.

Прислушиваясь к словам военачальника, не могла не восхититься смекалкой парня. Он молодец, прекрасный защитник, в меру умен, хитер, ловок. Складывается впечатление, что старший господин Уэллинг активно сводничает. И я не буду утверждать, что у него не получается.

До конца пути я и военачальник оставались наедине, но темы с его сыном больше не касались. Он даже дал мне какое-то время, чтобы я обмозговала сказанную им информацию. Скупо расспросил про мое обучение в ШМАКе, про перемещение в Сумир и общение с преподавательницей по этикету. Даже обещался похлопотать о Поле.

Рейда он не винил, понимая, что юноша был заложником обстоятельств. Произнес, что Пола он заберет, несколько дней парень проведет в темнице, но в конце ему ничего не угрожает. Дал мне свое веское слово. И у меня не было причин сомневаться в господине Уэллинге.