Татьяна Алхимова – Путь (страница 36)

– Неудивительно, увиденное, наверняка, шокировало тебя. Не каждый день наблюдаешь, как кого-то убивают. Да ещё и множество перемещений в предыдущие дни, карцер. Ты отлично держишься для женщины из другого мира, – Рей явно пытался меня приободрить, выходило неловко и довольно прямолинейно, но я всё равно была ему благодарна.

– А вот и еда! – Франц с улыбкой протянул нам фрукты, печенья и воду, – это всё, что мне удалось найти в этих разрушенных домах. Такое ощущение, что никто не занимался разборами завалов и восстановлением. Всё брошено.

– Восстановление обычно начинают с центральной части, сюда просто не успели добраться. И теперь уже не доберутся, – Рей кивнул куда-то вперед и наверх. Я подняла голову и увидела серебристые длинные цилиндры над центральной частью города – это они гудели.

– Что это? – я указала на летающие объекты, назвать самолетами их нельзя, дирижабли? Тоже нет. Просто летающие цилиндры.

– Это конец, – Рей отвернулся от города.

– Мировые Советы готовятся уничтожить город, как больную клетку в теле, – Франц вздохнул, и мне показалось, что в его глазах стоят слезы, – там остался капитан. Теперь он будет там похоронен.

– Он напоминал мне отца, – снова стало тоскливо, и в груди что-то заныло, я опустила голову и посмотрела на огрызок яблока и видела в нем огрызок, который остался от моей прежней жизни. Я замахнулась и выбросила его. – Что будет с солдатами?

– Скорее всего те, кто послушал нас, успеют уйти. Они не хотят принимать свою гибель. Их отловят и накажут, конечно же. А те, кто может – успеют переместиться. Но их меньшинство.

– Как же так? Мы не можем им ничем помочь? – я никак не могла принять тот факт, что столько людей будут безжалостно убиты, даже уничтожены.

– Помочь можно только тем, кто хочет помощи, – голос Рея заглушили взрывы. На город начали сбрасывать бомбы, они разрывались с оглушительным грохотом, вспыхивали и снова падали. Белые небоскребы рушились, до нас доходили взрывные волны, как ветер. Мы спешно поднялись и почти бегом двинулись к концу улицы.

– Рей, там же дети! – я остановилась посреди дороги и повернулась к небоскребам.

– Детей давно забрали, никто даже в этом мире не допустит, чтобы они погибали из-за глупости взрослых. Почти никто. Их вырастят в других городах. Бежим, Рина!

И мы побежали. Вокруг лежали белые пыльные руины, а скоро не останется ничего. Я понимала, что Рей говорил про своего отца, жестоко отбиравшего своего наследника, безжалостно отбраковывая тех, кто не подходил по способностям. Смог ли он простить его, самолично лишив жизни?.. Теперь уже всё равно, город и всё, что было, вся его история – превратится в пыль. Как будто и не было никогда Совета, Гальера, тысяч солдат в красивых синих мундирах. Но мы будем помнить капитана Линкока, мы будем помнить всё, и в нашей памяти город будет жить, но далеко за пределами настоящего.

Задыхаясь от пыли, поднимавшей от взрывных волн, мы выбежали за городскую черту и продолжали бежать через испещренное воронками поле. В тот момент, когда мы достигли реки, над городом занялось красное зарево – он полыхал. Красивое зрелище. Кое-где из города выбегали солдаты и тоже направлялись к реке, но их было мало, может, один из пары сотен спасался.

– Мы разрушили этот мир. Наш мир. Наш город, – Франц, не отрываясь, смотрел на зарево, поднимающееся над разрушенным городом. Мимо нас пробежала пара солдат, я проследила за ними взглядом – не доходя до реки, они пропали, перенеслись в другие миры.

– Да. Но если бы мы не сделали этого, то этот мир разрушил бы нас. А если не мы, то нашелся бы кто-нибудь другой, кто сделал бы то же самое, – Рей снова выглядел спокойным, в некоторой степени удовлетворенным.

– Что же теперь делать? Нам некуда идти и… – Франц с удивлением посмотрел на нас с Реем, – вернуться в мир Рины мы не можем, наверняка, нас попробуют искать там. Теперь мы преступники мирового масштаба.

– Путешествовать, Франц. И надеяться на то, что желающих становиться преследователями не найдется. Раз мировые правители допустили, чтобы мы остались живы и смогли покинуть город, значит, будем считать это освобождением от нашей вины.

– И куда мы отправимся? – я посмотрела на Рея, на расстегнутые верхние пуговицы его рубашки, на запыленные волосы и решительное лицо. Всё же я не ошиблась с выбором, это совершенно точно, чтобы я ни думала до этого.

– А куда ты хочешь, Рина? – он без стеснения, совершенно свободно и легко приобнял меня, чем снова смутил Франца. Я задумалась, мне неизвестно, сколько существует миров, какие из них опасны, а какие – нет. В этот момент с реки подул прохладный ветер, и я поняла, куда хочу переместиться.

– К морю. Я хочу к морю. Помнишь, Рей?.. Когда мы убегали в первый раз?

– Франсуа, как вы смотрите на то, чтобы увидеть море? Возможно, даже искупаться в нём? – Рей взглянул на растерянного юношу, улыбнулся каким-то своим мыслям. Франц пожал плечами, и отвернулся от города.

– С вами я готов отправиться куда угодно.

Рей закинул руку ему на плечи, второй держал меня. Мы шли вперед, по зеленому, изрытому осколками полю. За нашими спинами горел город, горело прошлое. А впереди была неизвестность. Чистый лист, на котором мы начнем рисовать свои пути. Снова. С самого сначала. Краски тускнели, всё закружилось, и через секунду я ощутила теплый морской ветер и соленый запах моря.

Я долго шла вперед и всё никак не могла добраться до кромки воды, будто она удалялась по мере того, как я приближалась к ней. Внезапно берег кончился, и кончилось вообще всё вокруг. Перед моими глазами возникла темнота и только легко дул морской ветер. Я проснулась. Именно так, это ощущение ни с чем нельзя перепутать. Открывать глаза было очень страшно, где я окажусь? Сделав глубокий вдох, я решилась приподнять веки. Вокруг меня снова белые стены, из открытого окна светило яркое солнце, ветер раздувал белые же шторы. Я лежала на кровати, укрытая белым одеялом и рядом со мной кто-то был. Осторожно повернув голову в сторону, я увидела того, кого меньше всего ожидала увидеть – капитан Линкок, странно молодой, без густой длинной бороды. Он должен быть мёртв! От испуга я закричала и – снова проснулась!

В этот раз открывать глаза я не спешила. Что происходит? Неужели все недавние события – это всего лишь сон? Сон во сне? Нет, этого не может быть. Всё, что случилось со мной абсолютно реально, это правда. И Рей, и Франц, и гибель капитана, убийство Судьи, другие миры – они реальны. Продолжая лежать с закрытыми глазами, я рукой ощупала себя – вот нога, теплая; рука всё ещё забинтована, шевелить ей больно. Волосы короткие, значит, я точно не сплю. Как же трудно заставить себя открыть глаза. Я снова и снова прислушивалась к окружающим звукам – где-то очень далеко шумело море, ветер шевелил шторы – мне было слышно, как они тихонько шуршат. Рядом со мной кто-то дышал спокойно и очень тихо – этот человек совершенно точно спал.

Медленно я открывала глаза – неяркий свет утреннего солнца освещал небольшую комнату. Никакого белого цвета. У меня вырвался вздох облегчения. Высокий потолок с темно-коричневыми деревянными балками, стены отделаны светлыми панелями, легкие голубые шторы, сквозь которые проникают солнечные лучи. Не в силах побороть волнение, я повернулась в сторону человека, лежащего рядом, и старалась не смотреть на его лицо. Раз – вдох, два – выдох, три – вдох. Рядом со мной мирно спит Рей. Длинные черные волосы, спокойное выражение на лице. Осторожно касаюсь его рукой – он настоящий. Всё, что было – правда. Сомнений быть не может. Рей открыл глаза и посмотрел на меня внимательно:

– Солнце только встало, почему ты не спишь?.. – я слышу его шепот совсем рядом и всё равно не могу до конца поверить в то, что этот голос реален.

– Мне приснился странный сон. Я проснулась не здесь, а снова в белых стенах. И рядом был не ты, а капитан… Почему? – продолжаю смотреть на Рея, мне кажется, будто я вижу его впервые. – Это не сон. Ты реальный…

– Конечно реальный! И ты тоже. Отдыхай, – Рей улыбается мне, осторожно кладет свою руку на мою голову и склоняет к подушке. – А капитан… Это не твоё прошлое, но тоже часть твоей истории. Не думай об этом…

Я ложусь, Рей придвигается ближе, обнимает крепко и жарко… Даже если всё это мне снится, я не хочу, чтобы этот сон заканчивался и, пожалуй, не хочу знать чужое прошлое, даже если оно часть моей истории.

Эпилог.

Сохранившиеся записи из дневников Анны – матери пропавшей девушки.

«…Передо мной лежит в кроватке крохотная девочка, моя дочь. Я никогда не могла подумать, что такое случится. У меня получилось выносить и родить ребенка. Но сейчас, глядя на это маленькое дитя, я понимаю, что всё правильно. Всё так и должно быть. Мужчина и женщина, их дети. Семья. Мы будем растить эту девочку в любви. Я научу её тому, что нужно искать свой путь, что не стоит подчиняться внешней воле и обстоятельствам. Она обязательно найдет своё место в этом мире и будет счастлива…»

«…Чем старше становится моя дочь, тем чаще я представляю её взрослой женщиной. И тем чаще вспоминаю себя молодой. Да, я прожила слишком много. Гораздо больше, чем живут люди в этом мире. Каждый день я смотрю, как растет моя девочка, как заботится о ней её отец, мой муж. И представляю на его месте другого человека. Всё чаще мысли возвращают меня в прошлое.