Тацуми Ацукава – Дом-убийца в кольце огня (страница 38)

– Черт! – Фумио махнул рукой. – Дерьмо! Быть не может! Мы не продумали…

– Эй, Фумио! – Подскочив, Такаюки схватил его за плечи. Мужчины пристально смотрели друг другу в глаза.

– Отец, зачем спорить? Прошло уже три недели, а мы так и не нашли ничего ценного. Только книжный шкаф за подвесным потолком… К тому же Цубаса погибла! Из-за серийного убийцы! Да еще этот пожар… Хватит, я сдаюсь. Нельзя вообразить момента хуже… – сказал человек, представившийся Фумио. Такаюки рухнул на стул.

– Должно быть, они запаниковали, когда мы появились на пороге, – произнес мой друг. – Посторонние могли случайно узнать, что они – самозванцы. Например, мы ни при каких обстоятельствах не должны были увидеть фотографии настоящих членов семьи Такарада. В комнате господина Юдзана рядом с его рабочим столом были видны следы клея, а на белых обоях – не успевшие выгореть участки. Все это следы от семейных фотографий, висевших на этом месте. Поспешно сняв их, они не замаскировали следы новыми снимками. И в альбомах Юдзана были только его фотографии – видимо, совместные семейные снимки убрали и оттуда.

– Не может быть… – прошептал я. – Так вот почему нам запретили подниматься на третий этаж?

Кацураги кивнул.

– Господин Фумио проводил нас в ванную комнату, чтобы дать умыться. В это время господин Такаюки поднялся наверх и снял все фотографии. Затем Фумио присоединился к нему и закончил зачистку. Вероятно, фотографии в комнате Фумио или Такаюки, которые все время закрыты для посторонних. Увидев прикованного к постели Юдзана Такараду, я понял, почему Такаюки надеялся скрыть истинное положение вещей. Кроме того, в кабинете был спрятан сейф. Но нас он не интересовал. Фумио был готов простить нас за любопытство, ведь его настоящая личность оставалась тайной, и он смирился с нашим визитом.

– Действительно, мы попросили вас не подниматься на третий этаж, но решили подстраховаться и спрятать фотографии.

– Это поразительно! – Господин Фумио развел руки и поднял взгляд вверх. – Разрешите представиться. Меня зовут Кадоваки. А господин Такаюки на самом деле Сакадзаки.

– Мы не знакомы с господином Юдзаном Такарадой, и между нами нет никакого родства, – вздохнул Сакадзаки.

– А имя госпожи Цубасы?

– Это странное совпадение, но ее звали так же, как и внучку Такарады, – Амари Цубаса.

– Амари Цубаса… – повторил Кацураги. – Одинаковые имена. Неудивительно, что я не почувствовал обмана, когда она представилась. Теперь все ясно.

Услышав его слова, я вспомнил о загадочном разговоре между ним и Асукай. Утром, когда Цубасу нашли мертвой, они обменялись парой фраз.

– Так вот в чем дело… – пробормотал я. Все взгляды тут же устремились на меня. – Нет… Утром, когда мы обнаружили тело Цубасы, госпожа Асукай спросила только, кто умер, а Кацураги ответил «та девушка». Тогда я решил, что он слишком груб. Но он уже тогда знал, что погибла не Цубаса Такарада, верно?

– Я намеренно не называл ее имени. Тем самым я хотел понять, успела ли Асукай понять это, как и я.

– Правда? Отвратительно… – Асукай горько улыбнулась.

Я ощутил укол ревности. Детектив и бывший детектив… Они снова оставили меня далеко позади.

– Цубаса… – произнес Сакадзаки. – Простое совпадение имен привело к тому, что она стала частью нашей аферы. Знак небес. К тому же я был уверен, что мы без труда сможем обмануть эту девушку.

– Нет! – продолжил Кадоваки. – Людям сложно привыкнуть и отзываться на новые имена. Но в этот раз единственным, кого нам нужно было обмануть, был старик, прикованный к постели. И случайные посетители, конечно. Для первого раза работенка казалась несложной. Поэтому я и взял с собой Цубасу. Сначала мы хотели отговорить ее, но она не слушала. Мы со стариком Сакадзаки могли справиться вдвоем, но я так часто отказывал ей раньше, что на этот раз решил согласиться.

– Тогда Цубаса-сан, Фумио-сан и Такаюки-сан… – робко начал Кугасима. – Извините, Кадоваки-сан и… Сакадзаки-сан, так?

– Если не возражаете, то мы и дальше будем называть вас Такаюки и Фумио, чтобы избежать путаницы, – предложила Асукай.

Кадоваки и Сакадзаки согласились.

– Мы трое, будучи чужими друг другу, собрались вместе, чтобы изображать семью… Что-то вроде того. – Фумио, казалось, был пристыжен. – Мы со стариком Такаюки жили в жалком многоквартирном домишке, работали на подсобных работах и занимались мелким мошенничеством, чтобы хоть как-то сводить концы с концами.

– И тут появилась она, – добавил Такаюки. – Девушка жила на втором этаже нашего дома. Ее отец погиб в автокатастрофе, и мать воспитывала девочку одна. Совсем невинный ребенок. Она всегда искренне радовалась всему, что преподносила ей жизнь. Но когда ее мать неожиданно заболела, то пришла к нам…

– Просила присмотреть за дочерью…

– Я был расстроен. Я ничего не знал о воспитании детей. И вот она пришла… готовая доверить ублюдкам вроде нас своего ребенка. Но именно поэтому я знал, что не смогу предать ее доверие! Я был готов измениться. – Такаюки покачал головой. – Девочке было семь лет. Я сказал ее матери, что присмотрю за девочкой, пока она отдыхает и набирается сил. Женщина поклонилась и медленно ушла к себе в комнату. И… больше не вернулась.

Такаюки замолчал.

– Тогда, – подхватил Фумио, – и началась наша странная жизнь. Мы вдвоем и девочка. Сперва я не верил, что мы сможем содержать ее – с нашей-то работой… Но мы справились.

– Обманывать людей, а потом возвращаться домой к ребенку… какой же это эгоизм! – осуждающе сказала Коидэ.

– Хм… не ожидал услышать это от кого-то вроде тебя, – рассмеялся Фумио. – Ну так вот… Прошло десять лет. Планируя свою очередную аферу, мы выяснили четыре важные детали: Юдзан Такарада жил один в доме в горах, он был прикован к постели из-за болезни, в доме, кроме него, появлялись только наемные работники, а отношения с родным сыном и внуками были настолько плохими, что они не поддерживали с ним контакт.

– Плохие отношения? Почему? – спросил Кацураги. Я вспомнил о записях в дневниках Юдзана.

– Семья устала от его несносного характера. Он был жестоким и угрюмым человеком еще до того, как заболел. Мог искренне смеяться, а через секунду, расстроившись из-за какого-то пустяка, обрушивал на членов семьи свой гнев. Если он злился, то был неуправляемым – громко кричал и проявлял жестокость. Ужасно! Но отношения окончательно испортились, когда старик допросил своего сына о тех незаконных пожертвованиях…

– Я видела запись в дневнике, – добавила Коидэ. – Юдзана больше волновали мотивы провинившегося сына. Он был далеко не образцовым родителем.

– Его сын Такаюки уехал из дома восемь лет назад, забрав с собой жену и детей. Кажется, они переехали в префектуру Фукуока, на родину супруги, так что главный офис его компании тоже перевезли туда.

Кацураги сощурился.

– Как отреагировал на это сам Юдзан?

– Похоже, это сильно расстроило его, – ответил Фумио.

– Люди – жуткие эгоисты, – вступил Такаюки. – Он так пал духом, что подолгу оставался в постели. Его мышцы ослабли, выносливость снизилась, и он стал неспособен самостоятельно ухаживать за собой. А после того, как в мае прошлого года скончалась его жена, он стал полностью полагаться на других людей, помогавших ему с простейшими каждодневными делами. К декабрю прошлого года Юдзан настолько ослаб, что оказался прикован к постели. Тогда помощники связались с его сыном, но тот категорически отказался возвращаться. Заявив, что они окончательно разорвали связь со стариком, он просто перестал отвечать на любые звонки.

– Вот тут-то мы и пришли на помощь, – продолжил Фумио. – Мы вошли в дом, выдав себя за Такаюки Такараду и его детей. Никто из работников, помогавших Юдзану по дому, никогда не видел его настоящих родственников. Такаюки отказался идти на контакт с сиделками, поэтому роль связного взял на себя Фумио. Увидев поддельное удостоверение личности, работники были только рады объявившимся наконец родственникам. Я легко убедил их, что дед наговорил много гадостей по телефону, но мы не могли позволить себе оставить его без ухода. То, что у меня не было с собой ключа от особняка, могло показаться подозрительным, но я сказал, что мы выбросили ключи, когда собирались разорвать отношения, – и меня впустили. Мы постепенно уволили или заменили всех, кто работал в доме до нашего прихода. Сделали все, чтобы нас невозможно было разоблачить. Но это было маловероятно – настоящие члены семьи находились далеко и ни разу не позвонили.

Описанный Фумио и Такаюки план показался мне пугающим. Они провели предварительное расследование и действовали смело, но с оглядкой. Фумио еще при первой встрече показался мне уверенным в себе человеком, а Такаюки, напротив, был излишне осторожным. Эти двое хорошо дополняли друг друга.

– Мы пришли сюда с одной целью – найти сокровища Юдзана Такарады.

Они так давно находились в особняке, что, должно быть, могли найти все тайные проходы и приспособления, но потратили все время на поиск сокровищ. Теперь у них не осталось времени – дом окружало пламя.

– Мы надеялись найти хоть какую-то подсказку, но… ничего!

– Но вы же успели изучить механизм работы подвесного потолка? – спросил Кацураги.

Такаюки и Фумио кивнули.

Кугасима и Коидэ услышали об этом впервые.

– Могли бы сказать и раньше! – возмутилась девушка.