Таша Танари – Университет Чароплетства. Ворон. Книга 2 (страница 38)

– …впрочем, неважно. Суть ясна: советую не упускать столь редкую возможность и внимательно слушать все, что я вам расскажу.

Чувствую, этот предмет станет моим «любимым». Даже интересно, смогу ли получить по нему аттестацию без вмешательства Асти? Словно в подтверждение этих мыслей Болинджер сделала вид, что изучает список наших фамилий, а затем произнесла:

– Предлагаю начать знакомство с наглядной демонстрации. Посмотрим, что происходит с человеком, попавшим под влияние «мертвой» энергии. Адептка так-так… Дакаста, будьте любезны пройти ко мне.

Я стиснула кулаки, но подчинилась. С прямой спиной и задранным подбородком прошагала на место будущей пытки. Не сомневаюсь, Ирель захочет отомстить.

Тем временем она продолжала:

– Записывайте. Простейший способ защитить сознание от воздействия потусторонних сил с другого плана бытия – это мысленно вернуться в тот момент, где вам было по-настоящему хорошо. Чем сильнее эмоции, тем эффективнее защита. Есть у вас, Мартинити, особенные воспоминания, которые действительно наполняют счастьем?

– Думаю, подобные моменты есть у каждого человека, – пожала я плечами.

– Сейчас выясним, – ласково пообещала Ирель, от чего у меня мороз по коже прошелся. – Мало иметь светлые воспоминания, нужно научиться ими пользоваться. Значит, так: первое – сила вдохновения и концентрации счастья в моменте. Второе – алгоритм вхождения в измененное сознание.

– Может быть, я вернусь на место? Хотелось бы тоже записать лекцию, – все больше раздражаясь, поинтересовалась я. Стоять перед всей аудиторией и чувствовать себя подопытным кроликом совершенно отвратительно.

– Уверена, кто-нибудь обязательно поделится конспектом. А на практике все запоминается гораздо лучше. Немного терпения, адептка, никому не нравятся маленькие капризные девочки.

Вот ведь… трупоедка недобитая! Болинджер забавлялась, это было очевидно. Любопытно, причина предвзятого отношения лишь в том, что я посмела бросить вызов? Или дело в Рантаре?

– Как скажете, магиана Болинджер. Ведь и к излишне настойчивым девочкам тоже не питают теплых чувств. Благодарю за напоминание.

Некромантка недобро сощурилась. Кажется, намек она поняла верно. Пусть нашей связи с Шэдар больше не существовало, я по-прежнему чувствовала ее присутствие. Магическая книга и сейчас лежала в моем рюкзаке с другими учебниками. И я по-прежнему продолжала делиться с ней силой, только теперь добровольно.

Не сказать чтобы мне легко далось это решение или доставляло удовольствие, но… На кону стояли жизни Вехель и многих других ни в чем не повинных людей. Я согласилась с условиями ведьмы, тем более наши конечные цели совпадали.

Так или иначе, а целый семестр под влиянием темной из Вольных Земель наложил отпечаток на мой характер. Ирель Болинджер сильно ошибается, если считает, что я проникнусь ее властью и красотой и позволю себя запугать.

Ирель многообещающе оскалилась:

– Обращайся, мне не сложно. Возвращаемся к теме!

Она обвела взглядом притихшую группу.

– Правильное вхождение в состояние, которое, возможно, сохранит вам жизнь. Ну или частично рассудок, в жизни разное случается, – беспечно уточнила некромантка.

Особо впечатлительные не удержались от вздохов и шепотков.

– Для начала следует сделать несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоить ум. Затем сосредоточить внимание на счастливом воспоминании, так вы очистите сознание от страха. И наконец, удерживайте этот образ, входите в него, делайте картинку объемной. Заполните ее красками, звуками, тактильными ощущениями. Пропитайтесь полученными эмоциями, уплотните их, визуализируйте в материальную составляющую: пленку, щит, ткань – кому что ближе. Завернитесь в полученный образ, как в кокон. Насколько сильными и яркими будут ваши эмоции, насколько долго и качественно вы сможете удерживать это состояние, настолько и сможете противостоять атакам сущностей с других планов.

Какие бы противоречивые чувства я не испытывала к этой женщине, однако впитывала ее слова с повышенным интересом. Асти говорил: Зогард относится именно к таким сущностям. Только он гораздо могущественнее, чем какие-нибудь призрачные посмертные остатки «мертвой» энергии.

– Что ж, вот и ваш звездный час, адептка Дакаста, – ехидно промурлыкала магиана Болинджер. – Проверим вашу память на яркость событий из прошлого.

Без предупреждения, ничего не поясняя, она сделала пас рукой и прошептала заклинание. Мир вокруг померк, мне стало холодно и тоскливо…

Неприятные мгновения длились недолго. Не успела я осознать, что именно произошло, как наведенный морок развеялся. На меня с интересом взирали одиннадцать пар глаз одногруппников и одна удивленная преподавательницы.

– Как интере-е-есно, – что-то высматривая в полуметре над моей головой, протянула Ирель. – Кажется, кое-кто утаил от меня самое пикантное.

Я зло скрипнула зубами: мало мне было косых взглядов и желающих узнать, что со мной происходит! С того памятного дня, когда наконец-таки закончилось проклятое зелье профессора Зигисоля, прошла неделя. За это время я полностью восстановила здоровье и смогла ходить на занятия. Теперь приходилось всеми силами избегать расспросов от друзей, что пока удавалось. Сложнее было с Рантаром. Он легко чувствовал ложь, к тому же я в этом деле никогда не преуспевала.

Шэдар запретила рассказывать ему что-либо до встречи с невестой шифу Лао. Эта ведьма умела быть убедительной: ее аргумент, что и Асти, и самому ректору проще избавиться от Вехель, чем помогать, в свете открывшихся знаний уже не казался бредовым. Конечно, я не верила, что Рантар причастен к гибели Родрика Дахила, но подозрительное исчезновение заключенного из охраняемой камеры наводило на мысли. Слабо верилось во всемогущество заговорщиков, так удачно совпавшее с халатностью лучших сотрудников Управления правопорядка.

В последнее время я уже ничему не удивлялась. Кажется, в этом мире не существует ни единого живого существа, неспособного причинить боль ближнему. Меня окружали маги, все они были безумны в той или иной степени, и я сама не исключение. Развитие дара не проходило бесследно, за управление тонкими материями приходилось платить.

Не удивилась я и появлению незнакомки из Великой Степи, с ее неожиданной осведомленностью и интересом к ведьмам. Да, узнать как, откуда и почему было любопытно, выслушать ее, но не удивиться. Наверное, после всего, что со мной приключилось, было бы странно, если бы я еще могла испытывать это чувство.

Хорошо, что остаток лекции прошел относительно спокойно. Во всяком случае, магиана Болинджер от меня отстала, подыскав других жертв для развлечений. Я исправно конспектировала ключевые мысли в тетради, терпеливо ожидая конца занятий. Именно сегодня мы должны были встретиться с невестой шифу Лао. Вехель – как посредник, Шэдар – как виновница встречи, я – как питательный элемент для книги-тюрьмы. Теперь без магической связи с ведьмой для подпитки артефакта нам приходилось постоянно находиться рядом. Ну и Кир увязался с нами – упертый защитник – на правах более старшего и опытного мага. Целая свита для приватной беседы с высокопоставленной леди, но других вариантов не оставалось.

Раздался долгожданный звук гонга. Я подхватила тетради, рюкзак и торопливо выскользнула из аудитории. Ни окрик Дилаэля, ни физически ощутимый взгляд в спину от Ирель Болинджер не заставили меня замедлиться даже на секунду. Решение принято, время брать происходящее со своей жизнью в собственные руки, достаточно я пребывала в роли куклы.

Пока петляла по университетскому парку, размышляла над ситуацией. На крайний случай у меня есть Рантар, если что-то пойдет не так, молчать я не стану.

А пока… пока я очень хотела, чтобы у Вехель был шанс.

Мир Шэдар трещал по швам. Причем в самом что ни на есть прямом смысле. Если бы не Проглот, ведьма с бесом давно бы отправилась в иные планы бытия. Шорох чувствовала, как их клетку защищает сама прародительница – Тьма, но это была лишь отсрочка неизбежного конца, не более. Плохо было и то, что теперь покинуть проклятую книгу они могли только вместе с Проглотом.

Когда связь с Мартинити начала рушиться, у узников появилась возможность сбежать: казалось бы, вот она – удача! И в пекло алтари и кровавые ритуалы. Но пень лишил их нежданного шанса на спасение. Познавший вкус осмысленного существования, он не захотел остаться в ловушке и сгинуть в одиночестве, он просто их не выпустил.

Момент был упущен.

Теперь иллюзорный мир рушился, как карточный домик. Бес не смог простить приятелю подобной, как он считал, подлости. Хвостатый захлебывался бессильной злобой, не в силах что-либо изменить. У них оставалась чаша низвергнутого бога, но без Мартинити она была бесполезна. Кровь девчонки связала ее с артефактом, в руках ведьмы ключ на пути к алтарю превратился в бесполезную посуду.

Наверняка последнее – происки Такары Алой; было бы наивно полагать, что чаша появилась у Дакасты случайно. Тогда-то Шэдар и решилась просить помощи у адептки, как бы эта мысль ни претила гордой ночной охотнице. А разорванная с Мартинити связь вынудила действовать решительно, не оставляя времени для сомнений.

Шэдар глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, выходило плохо. От отчаяния она даже всерьез рассматривала вариант отправиться в родной мир беса. Правда, быстро одумалась, задушив на корню момент слабости. В пекле она станет игрушкой, причем даже не хвостатого, к которому волей-неволей уже привыкла. Нет, ей будет владеть высший демон – хозяин домена, где обитал бес. Лучше Шэдар умрет, чем согласится на подобное существование.