Таш Оу – Пятизвездочный миллиардер (страница 28)
Несоблюдение привычных ритуалов – мать манкирует приготовлением вечернего чая, отец категорически отказывается от ежевечерних заплывов, что некогда, мощно рассекая волны, гордо исполнял перед женой и детьми, – являло собой изощренный балет, в котором каждый поочередно исполнял партии жертвы и обвинителя. Мать, не желавшая следовать заведенному в доме порядку, обвиняет отца в их нынешнем положении – невозможности содержать полный штат слуг и нехватке сил и средств для выкупа прилегающих земель ради сохранения драгоценного вида, – а тот, пребывая в бездеятельном домашнем заточении, ставит ей в вину утрату пыла и гордости. Они всегда исхитрялись уклониться от непреложного факта, что годами мучили друг друга, но вот теперь вынуждены сосуществовать в быстро ветшающем доме, обозревая изуродованные окрестности и изломанные судьбы детей. Им пришлось продать пентхаус в Гонконге, огромную квартиру в фешенебельной части Манхэттена и жилье возле Риджентс-парка. Сбежать друг от друга было некуда. Интересно, где сейчас Шестой дядюшка? – подумал Джастин. Укатил, как грозился, на ферму на Тасмании или по-прежнему на побегушках у родичей?
Джастин смежил веки, радуясь, что ныне он так далеко от семьи и местонахождение его никому не известно.
Потом снова открыл ноутбук и набрал адрес дома, на покупку которого еще недавно возлагались большие надежды. Первая же информация подтвердила его предположение.
У Джастина устали глаза, за все это время уже отвыкшие от компьютера. Он решил прогуляться по набережной. На ступенях крыльца кто-то сидел – девушка лет двадцати играла с маленькой кошкой, похоже, приблудной. Карамельно-розовая пижама, собранные в конский хвост волосы прихвачены резинкой – девушка выглядела вполне обычно, и Джастин прошел бы мимо, если б не услышал, как она, немилосердно фальшивя, напевает «Песню маленькой луны», неоднократно нарушавшую его сон. Теперь, не отфильтрованный бетонными слоями, голос казался чище и нежнее, и Джастин, хоть на секунду усомнился, понял, что исполнительница та же.
– Чего уставился? – спросила девушка.
– Ничего. Твоя кошка?
– Нет, ничья. Появляется вечерами, когда я выхожу. Мы общаемся. Я ее подкармливаю.
Кошка дугой выгнула спину и потерлась о ее ноги.
– Не стоит трогать бродячих животных, – сказал Джастин. – Кто знает, какая на них зараза.
Девушка подхватила кошку на руки и, пригнувшись, позволила ей потереться о свой подбородок. Потом кошка спрыгнула с ее коленей, приземлившись на толстую тетрадь, что лежала рядом. Девушка схватила тетрадь, прижала к груди, оберегая то ли ее, то ли себя. Джастин увидел, что глаза у девушки воспаленные, а лицо явно опухшее со сна, с сухой, шелушащейся кожей.
– Что изучаешь? – спросил он.
– Ничего. – Девушка встала, прошла в вестибюль и вызвала лифт. В мигающем резком свете неоновой панели, отмечающей движение кабины, лицо ее казалось почти детским.
Назавтра в то же время Джастин вышел из дома, надеясь на крыльце вновь встретить девушку, однако ее не было ни в тот вечер, ни в следующий. Пение караоке прекратилось, что ничуть не обрадовало, а, напротив, вселило беспокойство, не случилось ли чего. Джастин поднялся к известной ему квартире и постучал по решетке, хоть знал, что ответа не дождется. Теперь около полуночи он отправлялся на прогулку к реке, где ветерок уже нес дыхание лета.
А потом одним вечером он вновь увидел девушку – все в той же розовой пижаме и с той же тетрадью в руках она сидела на крыльце. Заметив Джастина, девушка захлопнула тетрадку.
– Куда ты пропала? – Джастин сам удивился радостной требовательности своего тона. – Ты же сказала, что приходишь сюда каждый вечер.
– Иногда я сплю. Тебе-то что?
Джастин подсел к ней, она не отодвинулась.
– Почему ты занимаешься на улице и среди ночи? Как-то странно, а?
– Я не занимаюсь. А сам-то чего разгуливаешь по ночам? Это не странно? И впрямь, в Шанхае полно чокнутых.
От неожиданности Джастин вздрогнул и чуть отпрянул, когда бесшумно возникшая кошка вспрыгнула к девушке на колени.
– Бездомных животных лучше не трогать, – сказал он.
Девушка засмеялась.
– Боишься кошек? Потеха! Ну ты чудной! С тобой и впрямь нелады, коль шарахаешься от такой крохи. – Она подсунула кошку Джастину: – Давай, погладь ее.
– Не буду.
– Пусть хоть потрется о тебя, знаешь, как приятно!
– Пожалуйста, убери ее.
Девушка хмыкнула и уложила кошку себе на колени. Порыв ветра открыл тетрадь, где на первой странице было крупно написано: «Журнал тайного “Я”».
– Твой дневник? – спросил Джастин.
– Ты невоспитанный и любопытный. – Девушка убрала тетрадь. – Нет, не мой. Моей соседки.
– Кто бы говорил о воспитанности! Разве можно читать чужие дневники?
Девушка пожала плечами:
– У нее такая интересная жизнь. Она все время на людях. Теперь даже обзавелась богатым парнем. Я читаю и будто сама живу насыщенной жизнью. Раньше я часто ходила в кино, на концерты. Но это было давно, теперь боюсь. Страшно выходить на улицу. Крыльцо – это мой предел.
На кошачьей лапе Джастин заметил кровящую ранку, измазавшую розовую пижаму.
– Слушай-ка! – сказала девушка, словно вдруг вспомнив нечто важное. – У тебя, случайно, не найдется мороженого? Ты ведь здесь живешь, да? Я прям умираю, как хочу мороженого.
Джастин помотал головой, не признаваясь, что в его холодильнике нет ничего, кроме куска прогорклого сливочного масла.
– Завтра я бы мог принести, – сказал он. – Конечно, если ты будешь здесь.
– Правда? Обещаешь?
Улыбка, озарившая ее лицо, ошеломила Джастина, ибо из взрослой девушки она мгновенно превратилась в ребенка, даже не школьницу, а ясноглазую доверчивую малышку. Вдруг стало крайне важно сдержать данное ей обещание. Джастин сам не знал, почему так озаботился покупкой мороженого и даже спросил, какой сорт она предпочитает, зачем соврал, что ему тоже нравится патбинсу, хотя вообще не любил мороженое, и отчего заинтересовался содержанием дневника, беспокоясь, что хозяйка его угодит в беду. Какое ему дело до незадачливой провинциалки, поверившей, что богатый ухажер бросит семью и женится на ней? Эти девушки ничего не понимали. Не знали жизни. Юные создания, они думали, что вся жизнь состоит из концертов поп-музыки, мороженого и котят, но вот уже слегка отведали ее горечи. Жаль, если им придется испить полную чашу, однако он не в силах этого предотвратить.
– Хорошо, возьму патбинсу, – сказал Джастин.
Следующим вечером они сидели на крыльце и лакомились мороженым. Девушка сказала, что ее зовут Яньянь, Джастин назвал свое имя, и она несколько раз его повторила, радуясь непривычному звучанию. В китайской манере она произносила имя в два слога, Чжаст Ин, с восходящей и ниспадающей интонацией, превращая его в нечто особенное и красивое. Джастин всегда считал свое имя самым обычным и даже не предполагал, что кто-то найдет его забавным.
Яньянь рассказывала о своей жизни подробно, не торопясь. Джастину всегда говорили, что он умеет слушать, и это воспринималось им как характеристика человека, которому нечего сказать, этакого поглотителя, а не излучателя. Бывало, он с головой погружался в интересный разговор, а собеседник вдруг смолкал и потом говорил: «Знаешь, ты прекрасный слушатель». Джастин считал подобное выражение эвфемизмом унылого сухаря, но сейчас все это не имело значения. Яньянь хотела выговориться, хотела, чтобы ее выслушали, и не нуждалась, чтобы кто-то поддерживал беседу.
И вот так в этот и последующие вечера Джастин узнал, что родом она из поселка в провинции Фуцзянь, служила в компании по производству пищевых добавок, но год назад потеряла работу. Вины ее в том не было, она ничем не проштрафилась, но в продукции, которую экспортировали в Соединенные Штаты, обнаружилась какая-то зараза, и фирма лопнула. Яньянь тяжело переживала это событие, которое, как она выразилась, «подорвало ее уверенность в себе». С детства она была неженкой и мечтательницей. Однажды прочла статью о похищениях инопланетянами в провинции Хунань и убедила себя, что именно это случилось и с ней. Как иначе объяснить временами снившийся ей ослепительный свет или ощущение, что она отделилась от своего тела? Теперь ей не хватало духу выйти из квартиры, иногда она проводила вообще весь день в постели. Внешний мир пугал, даже выход на крыльцо для нее был подвигом. С появлением соседки, которая вносила деньги за жилье и покупала вкусную еду, жизнь стала гораздо лучше, но…