taramans – Шенондоа, дочь звезд. (страница 61)

Неожиданно для всех десятник, посоветовавшись с Брюсом «Данди», решил сделать крюк в маршруте и заглянуть подальше в горы.

— Это Брюс решил с индейцем переговорить, может, тот видел кого, — пояснил Сэм.

Фургон и толстяка оставили в удобной, с хорошим подъездом по дороге, долинке, а остальные двинули повыше. Эти места Гюнтер уже знал, не раз забирался сюда с братом или Паулем, когда охотились в этих краях. И чем ближе он был к родной ферме, тем больше хотел, чтобы этот рейд поскорее закончился: и тело почему-то начало почесываться активнее, говоря, что по-настоящему, в мыльне, он не мылся уже давненько. Да и одежду нужно было бы почистить, постирать, а то и подштопать кое-где: в лесу и в горах она быстро в негодность приходит. Опять же, хоть стряпня Сэма была вполне пригодной на вкус, но нормальной еды, приготовленной на плите, да еще и бабкой Греттой, умелой поварихой, несмотря на все ее «закидоны», захотелось вдруг очень сильно. Кровать, опять же, нормальная кровать, а не войлок, брошенный на землю. Ну и его подружки: Кейтрин и Гленна.

«Вот с Гленной надо бы повторить, закрепить, так скажем, достигнутый результат!».

Индейца он видел мельком, когда тот разговаривал неподалеку с «Данди». Гюнтер подъезжать не стал, лишь кивнул и получил в ответ такой же кивок. А потом…

— Йона сказал, что видел три дня назад следы неподалеку. Пять или шесть человек ушли на Север, — рассказывал негромко следопыт десятнику.

— А чего сам не перехватил? — усомнился Джо.

— Х-м-м… Пять или шесть человек, а он — один. К тому же, как сказал «Медведь», двое из них, судя по следам, люди опытные. В горах и по лесу ходить умеют, да и наверняка вооруженные. Рисковать он не стал.

Последующее назвать гонкой все же было нельзя. Никто никуда галопом не гнал, в горах это вообще чревато, а преследуя вооруженных людей — тем более. Джо отправил «француза» в долину, где оставили фургон, с наказом Сэму следовать к Пинчер-Хиллу.

«Это… Это миль тридцать севернее, насколько помню. Х-м-м… Но это же уже не наш округ?!».

Однако принятое решение никто не оспаривал, вопросов не задавал, и вообще патрульные действовали как будто, так и надо.

«Наверное, это обычная практика: чуток забираться на земли соседей!».

Не галопом, но дальше следовали ощутимо быстрее, нигде не задерживаясь. Даже стоянки для отдыха лошадей сделали куда короче: полчаса, чтобы напоить животных, справить нужду самим и снова вперед. Люди перешли на сухой паек: предусмотрительный Пулавски снабдил всех вяленым, жестким как подошва, мясом, сухими лепешками, немногим мягче того мяса, а вода здесь была в каждом ручье.

Улучив момент, Гюнтер, сопровождаемый Паулем, которого тоже охватило нетерпение и даже азарт, подъехал к Айвену и негромко спросил: на что рассчитывает десятник?

— Здесь мы их вряд ли найдем, слишком уж много троп и удобных долин, по которым можно уйти в любую сторону. По следам? Х-м-м… Можно, но займет много времени: следы же не везде отчетливо видны. Камни, осыпи разные, сухая земля с уже изрядно подсохшей травой. Брюс, конечно, найдет след и потом, но сколько времени уйдет на поиск того следа? А там, у Пинчер-Хилла, у них будет только три возможных пути на Север. И все эти пути расположены неподалеку друг от друга. То есть, начало этих путей — практически в одном месте. Проверить, выяснить, по какому они пошли, а там уже искать возможность догнать, обойти и встретить в засаде. Там такие возможности есть, и мы их знаем.

Неспешная прежде езда шагом сменилась рысью, на ровных участках переходя на весьма бодрый рэк. Пару раз даже в галоп шли, но Пулавски этим не увлекался: все же тропы и узкие дороги каменисты и угробить коней, а также угробиться самому… Как два пальца об асфальт!

У Пинчер-Хилла, то ли крохотной деревушки, то ли вообще — хутора, по определению Плехова, они встретили и Сэма. Потом отъехали чуть дальше в горы и остановились на ночлег. Однако «Данди», поужинав, не стал, в отличие от остальных укладываться на отдых, а пешком ушел в горы.

— А чего он в ночь-то подался? Что сейчас можно найти? — удивился Пауль, обращаясь к толстячку.

Тот хмыкнул, доставая изо рта трубку:

— Вообще-то, еще не темно. А в сумерках наш Брюс ориентируется не хуже, чем другой человек ясным днем. Да и ночью… У него свои способы находить то, что ему нужно в данный момент. А нет… Так с утра пораньше двинет дальше.

Ранним утром, как обычно, Гюнтер занимался с саблей. Занимался, но нет-нет да поглядывал по сторонам более внимательно, чем обычно. Потому, услышав тихий свист, не подскочил испуганно, а, отложив клинок на землю, взялся за рукоять револьвера и присел на колено. «Данди» появился из туманной дымки, как привидение, кивнул Киду, проходя мимо.

«Индеец, мать твою! И по морде не понять — нашел он что-то или проспал всю ночь где-нибудь под кустом!».

Разбудив десятника, переговорив с ним пару минут, Брюс подсел к костру и налил себе кружку кофе.

— Так, джентльмены. У нас хорошие известия: Брюс нашел их. Милях в трех отсюда. Потому… Быстро пьем кофе и собираемся. Потом Рокери, Джек, Марк и Карл — вы выдвигаетесь по тропе, что идет левее, и быстрым маршем направляетесь к тому ручью, где водопад и озерцо. Рокери! Ты старший, на месте определишься, коней отгонишь в сторонку… Ну и сядете там у тропы. Я, Брюс, и молодые идем с этой стороны. Постараемся подобраться поближе. Если получится, возьмем их тихо, без шума. А нет, так погоним их на вас. Смотрите, нас не подстрелите! Все, джентльмены, и пошустрее — времени мало. Они хоть и не знают о нас, и особо не торопятся, но… Все же не наша уже земля, нам бы дело сделать и уйти в свой округ!

Гюнтер не был настолько опытен, чтобы точно сказать, сколько они проехали верхом. Вверх-вниз, вверх-вниз… Подъем сменялся спуском, тропа то превращалась в узкую тропинку, то расширялась до ширины обычной дороги. Низины, поросшие кустарником, лиственный лес, местами переходящий в заросли невысоких елей. Наконец, Брюс остановился, спешился и, осмотревшись, нырнул в кусты справа от тропы.

Азарт у парней несколько спал, и Пауль негромко спросил у Пулавски:

— Закурить можно?

Десятник, о чем-то задумавшийся, покачал головой:

— Не стоит сейчас этого делать. Мы не знаем, как они далеко. А может среди них есть кто-то, у кого нюх как у собаки. Не надо раньше времени давать о себе знать.

Наконец «Данди» вернулся, также неожиданно вынырнув из кустов немного дальше от места стоянки.

— Они ушли. Ушли совсем недавно, можно сказать: вот только что. Что будем делать? Поедем верхами или будем догонять ногами?

Джо раздумывал недолго:

— Ногами? А если они уже отошли на милю-другую? Коней здесь оставим, а если срочно понадобятся? Нет, двинемся верхом. Брюс, ты впереди ярдов на пятьдесят. Дашь знать, если что заметишь. А вы молодцы… Значит, Брюс впереди. Потом Пауль, дальше — Кид. Я замыкаю! Не торопитесь, держите дистанцию до Брюса.

По примеру Пулавски, Гюнтер вытащил «Шарпса» из седельной кобуры, проверил картридж, капсюль, осторожно спустил курок, сняв его со взвода, чтобы случайно не бахнуть выстрелом, оповестив о себе всю округу. Положил карабин поперек седла, придерживая его рукой.

Таким макаром, не быстро, но и не останавливаясь, они проехали еще примерно две мили. И только выехали на довольно широкую и длинную поляну, как впереди неожиданно забахали выстрелы. Стреляли из револьверов, насколько смог определить Кид.

— Стоять! — рявкнул Пулавски, пресекая порыв Пауля пришпорить коня и рвануть вперед, — Не надо торопиться. Не надо… Ни к чему лезть под пули. Сначала разберемся, что там происходит, дадим знать о себе нашим. А то от своих же пуля и прилетит. Брюс!

Но «Данди» и без напоминаний уже скользнул вперед, оставив коня на поляне.

Бах! — снова ударил выстрел и уже куда ближе. Послышались крики. На поляну выскочил на коне Марк и, зло оскалившись, крикнул:

— Они подстрелили Джека! Шарль одного свалил. Негры разбежались вон в ту сторону! — «блондин» махнул рукой, — А еще один белый побежал туда, по руслу ручья!

— Пауль — с Марком! Ищите и ловите рабов. Без нужды не стреляйте. Быстрее, факен шит! Быстрее же! Разбегутся — собирай их потом по горам до самого Рождества.

Так как десятник Гюнтеру никаких распоряжений не отдал, тот остался на тропе, вглядываясь в окружающие кусты. Только чуть отъехал в сторону, чтобы не маячить на открытом месте. Из кустов вывалился Брюс, осмотрел поляну, усмехнулся Киду и кинул Пулавски:

— Этот, бойкий который… По руслу ручья вверх побежал. Надо добирать, Джо. Надо добирать.

Десятник как будто только сейчас заметил Гюнтера:

— А ты что же за Марком…

— Ты сам сказал, Джо: «Пауль! За Марком!». Про меня ничего не говорил…

— Эх, ладно! С нами пойдешь. Только аккуратно, видишь же — один из проводников резким оказался. Поперек нас и вперед не лезь. Веди, Брюс!

Они еще с полчаса карабкались все выше и выше: от тропы местность довольно резко начала подниматься. Текущий здесь ручеек то совсем скрывался в россыпи камней, то бежал мелкими прядками поверх.

— Добирать нужно его, как зверя раненого добирают, — негромко пояснил Джо Гюнтеру, — Он сейчас злой, а может, и напуганный. Опасный… Таких дел может натворить, что мы потом не отмоемся!

Еще минут через десять «Данди» усмехнулся и шепотом сказал: