Тара Девитт – Лови момент (страница 24)

– Ты имеешь в виду гонки на каноэ?

– Да, но не только. Помнишь, я говорила об отборочных соревнованиях?

– Было дело.

– В общем, чтобы получить более выгодную стартовую позицию, нужно показать хорошие результаты в двух состязаниях. Первое – викторина по истории тихоокеанского побережья, плюс отдельный блок вопросов по истории Спунса.

– А второе?

– Второе… кулинарный конкурс. – Сейдж то ли морщится, то ли улыбается. – Каждый год выбирается местный продукт, который необходимо использовать. Вроде шоу «Железный шеф-повар», только нужно применить этот ингредиент во всех трех блюдах.

Ничего себе. Какой кошмар.

– Почему именно кулинарный конкурс?

– Изначально это был способ заработать побольше денег. В качестве специального ингредиента устанавливали продукт, который требовалось поскорее сбыть.

– Искусственный спрос рождает предложение? – Да, жители Спунса те еще жуки, как я погляжу.

– Вроде того.

На такое я не рассчитывал, но вовсе не по тем причинам, о которых можно предположить. Разумеется, кулинарный конкурс меня не пугает, тренировки для участия в гонке – тоже. Однако перспектива официально считаться парой и демонстрировать романтические отношения внушает серьезную тревогу. Стоит оказаться рядом с Сейдж, как мне хочется увидеть ее снова. Еще не кончилась наша встреча, а я уже мечтаю о следующей. Сегодня утром примчался к ней, едва рассвело. Меня манит вкус ее губ и слетающие с них добрые слова.

Я научился лучше разбираться в своих чувствах и уже не смогу заглушать их, даже если захочу. Неразумно привязываться к Сейдж, ведь наши отношения ни к чему не приведут.

Впрочем, попробуем насладиться моментом. Просто ради развлечения.

– Выходит, ты знаешь правила во всех подробностях? – через пару мгновений спрашиваю я. – Лазейки, исключения и так далее?

– Точно.

– Хорошо. Если мы в это впишемся, я ни в коем случае не намерен проигрывать.

Сейдж издает радостный вопль, набрасывается на меня с объятиями.

– Нужно составить расписание тренировок и занятий, – с энтузиазмом заявляет она.

– Ладно, ладно. – Не могу удержаться от улыбки. – На следующей неделе я должен приступить к работе в «Звездолете». Точнее, должен был, пока дело не застопорилось. Чем быстрее мы со всем разберемся, тем быстрее я пойму, когда у меня свободное время.

– Не переживай, мы совместим работу и тренировки. Я уже знаю как.

– Правда?

– Ага. Тебе это не понравится.

Кто бы сомневался. Но я все равно улыбаюсь.

Глава 16

Фишер

– Подобные мероприятия формируют чувство общности и доверия, – объявляет Сейдж. Через три дня после заключения соглашения о взаимопомощи она организовала общественные слушания, на которые мы сейчас и направляемся. – Конструктивное обсуждение – путь к совместному процветанию, а вовсе не нудная показуха, как ты, вероятно, думаешь.

– Да неужели? Поэтому тот мужчина принес с собой морскую свинку? – невозмутимо киваю в сторону человека, ожидающего у входа в библиотеку.

– Это Уолтер, хозяин закусочной. После окончания сезона он уйдет на пенсию. Вроде бы. Он уже несколько лет так говорит.

– Мужик с мышью работает в общепите? – Какой кошмар.

– Тише! Пегас – шиншилла. И вообще, Уолтер не держит его в кармане, когда готовит. – От моего внимания не укрылось, что Сейдж не сказала, будто он оставляет крысу дома. Впрочем, не стоит вдаваться в расспросы.

Мы входим в импровизированный актовый зал, которым служит нижний этаж библиотеки, и занимаем места в первом ряду перед временным подиумом. На Сейдж черное платье в цветочек, завлекательно обволакивающее фигуру. Ногти накрашены ярко-алым лаком, пальцы унизаны кольцами, но сегодня они расположены как-то иначе. Или это другие, не те, которые я видел раньше?

Зал заполняется людьми. Многие лица мне знакомы – среди них ветеринарша, парикмахерша и самодовольная Марта О’Дойл. При виде Сайласа и Эллиса некстати вспоминается происшествие с пылесосом.

– Твои братья не разозлятся, что мы с тобой вместе?

От переливчатого смеха Сейдж по спине пробегает сладкая судорога. С усилием отвожу взгляд от ее ключицы. Раньше я никогда так не реагировал на смех.

– Пусть только попробуют. С радостью напомню, как они надевали на меня шлем и заставляли бодаться с козами. У них нет морального права изображать заботу о моем благополучии. – Сейдж со вздохом улыбается. – Мои братья в основном ведут себя как придурки, но их нельзя назвать женоненавистниками. Они не указывают мне, с кем встречаться.

Зрители рассаживаются на стульях. В зал входят полицейский и его невеста. Мне подмигивает смутно знакомая женщина – кажется, Венера. За последние три дня Сейдж не только дала множество полезных советов и разработала тактику переговоров, но и помогла выучить имена наиболее значимых людей в ее жизни.

– Главное, не забудь сказать, что собираешься нанять на стройку как можно больше местных, и упомяни про план Б, если ресторан не успеет открыться к фестивалю, – шепчет она. – Афина начнет собрание, введет всех в курс дела и предоставит слово О’Дойл.

– Понял.

– Не нервничай.

– Я не нервничаю, – нервно говорю я.

– Позволь им почувствовать собственную значимость, и они с радостью поддержат твой проект, обещаю. А сейчас я тебя поцелую.

– Что?!

– Хочу выиграть еще пару очков, понимаешь? Продемонстрирую счастье и довольство жизнью. Пусть думают, будто я получаю с тобой полную меру оргазмов.

Господи помилуй, она только что прошептала мне на ухо слово «оргазмы»?

Кто-то начинает выступать, однако мое внимание сосредоточено совсем на другом.

– А ты нет? – хрипло спрашиваю я.

– Что нет? – Сейдж недоуменно хлопает глазами.

Чувствую себя растлителем святой невинности, но она первая начала.

– Не получаешь полную меру оргазмов? – Севший голос предательски выдает волнение.

Сейдж заливается краской до ушей.

– Ну я уже полтора года одна.

– Значит, нет.

Она возмущенно фыркает и тут же широко ухмыляется.

– Я, конечно, стараюсь по мере сил, но мне еще есть над чем работать.

Теперь моя очередь ошарашенно хлопать глазами. Воображение рисует соблазнительные картины, как она «старается по мере сил».

Лукаво хихикнув, Сейдж целует меня в подбородок. Кажется, нарочно дразнит. Кладу руку ей на бедро и украдкой сжимаю.

На подиуме появляется О’Дойл.

– Уолтер!

Старик отвлекается от своего грызуна и поднимает растерянный взгляд.

– Ты что, забыл? Проектор!

Уолтер вскакивает, сует Пегаса, словно горячую картошку, ближайшему соседу, шаркая, устремляется в конец зала и принимается возиться с техникой. Не возьму в толк, с чего такая спешка.

– Включил в розетку? – осведомляется О’Дойл, едва хозяин закусочной садится на место. Тот сокрушенно разводит руками.

– Я включил, Марта! – Оборачиваюсь. Разумеется, это офицер Карвер, чертов подлиза. Встретившись с ним взглядом, изображаю самоуверенную и вызывающую улыбку. Он не улыбается в ответ.

– Свет! – приказывает О’Дойл.