Таня Виннер – Брошенка. Я тебя верну (страница 3)

Лиля уже приготовила мне специальный завтрак – антипохмельный. Я вылез из душа и кое-как дополз до спасительной порции кислых щей.

Скорее всего, экономка уже поняла, что Кристина в этом доме больше не живет, поэтому второй прибор не поставила.

– Что желаете на ужин?

– Рыбу! – выпалил я.

И не потому, что сильно ее хотел, а потому что Кристина не переносила ее запах. Я мог полакомиться любимой рыбкой лишь в ресторане.

Удивительно, как девица, которую изначально я завел просто как статусную жену, смогла так меня к себе приручить.

И не сказать, что я был сильно в нее влюблен. Скорее, она была для меня, как дорогой автомобиль, с которого сначала пылинки сдуваешь, а потом либо забываешь в углу гаража, либо без сожалений меняешь на новую.

Вот только не знаю, захочу ли я теперь другую? Я уже сроднился с мыслью о наследнике, и пока меня больше беспокоила дыра в сердце, откуда вырвали моего сына.

Очень странная боль – потерять то, чего и не было на самом деле.

Дождавшись, когда похмелье отступит, я оделся и вызвал такси. В таком состоянии за руль точно садиться не стоило.

***

МАЙЯ

Тимур Перовский – самый страшный страх для любого сотрудника. Он лез буквально во все!

Я была скромным бухгалтером, и даже не самым главным, поэтому мне удавалась вжаться в кресло и не отсвечивать, когда он заходил в наш отдел. А вот Галине Николаевне доставалось по полной. Я прямо видела, как корежится её лицо от того, что Перовский нависает над ее столом и пытается вчитаться в строчку бухгалтерской таблицы.

Мы занимались оптовыми поставками бакалеи. Перовский искренне верил, что любой провис в выручке происходит от того, что кто-то из сотрудников бездельничает. А еще он любил доносы. Чтобы сотрудники разных отделов стучали друг на друга. И за это лично я уважала его еще меньше.

Из приятного в этом человеке была лишь внешность. Будучи верной женой, я все равно не могла не замечать, что у Перовского именно тот типаж, которого женщины мечтают видеть рядом с собой. Кажется, что за его широкой спиной можно спрятаться от всех бед, а на могучей груди прикорнуть, когда окружающий мир окончательно тебя достанет.

Девчонки откровенно завидовали Кристине, его жене.

А теперь я недоумевала: как можно было найти партию лучше, чем Перовский? Несмотря на все свои чудачества, он казался надежным. И она вот так отказалась от стабильного будущего для себя и своего ребенка?

Я сцепила зубы, чтобы рефлекторно не положить руки на живот.

Никто на работе так и не знал о моей беременности. Я должна была уволиться после второго триместра и засесть дома. Кристина выплачивала бы мне пособие, соизмеримое с зарплатой, оплатила бы восстановление. А дальше у меня оставались деньги, чтобы начать новую жизнь.

Я мечтала уйти из финансов и заняться тем, что всегда любила – кулинарией. Хотела печь торты на заказ. Начать зарабатывать, осесть дома, родить ребенка. Федор увидел бы, что нам хватает моего заработка, и разрешил бы не возвращаться в офис.

К сожалению, моим планам не суждено было сбыться. А, значит, пора было строить новые. Для начала, я должна сообщить отделу кадров о своей беременности. Они должны готовиться к тому, что им придется выплачивать мне декретное пособие.

Именно этим я и занялась в те десять минут, в которые разрешалось добежать до кофемашины.

Не знаю, какой реакции я ждала от Блокиной, нашей кадровички, но она громко икнула и в ужасе округлила глаза.

– А это точно? Может, ты ошиблась?

– Точнее некуда, – улыбнулась я. – Третий месяц.

– Ох… – Юлия Владимировна провела рукой по стянутым в пучок волосам. – Надо как-то Перовскому сообщить.

– Точно надо? – испуганно уточнила я.

Не понравилась мне реакция Блокиной. Та медленно кивнула.

– Только ты… это. Посмотри, где накосячила и подотри хвосты.

– Зачем? – удивилась я.

Вообще не помню, чтобы я косячила.

– Чтобы шефу было сложнее тебя уволить, – Юлия Владимировна тяжело вздохнула и встала. – Ладно. Держи за меня кулачки.

Глава 5

ТИМУР

– Беременна? – я переживал это слово, и оно мне не понравилось.

Вызвало еще не отболевшее.

– Третий месяц уже, – Блокина жалась, пыталась подпихнуть резюме и поскорее проскочить сообщение о будущей декретницы.

– На какой она должности? – не отрывая взгляда от накладной по сомнительной отгрузке, спросил я.

– Помощник бухгалтера, – как бы отмахнулась женщина, нервно поправив очки в тонкой оправе. – Еще двое останется. Не переживайте.

– По мне видно, что я переживаю? – холодно ответил я. – Не люблю декретниц. Ты это знаешь. На ее место придется взять временного работника, а они хорошо не работают.

– Можем не брать, – робко предложила Блокина. – Пусть она пару месяцев в отпуске побудет, а потом на удаленку уйдет. У нее там с мужем все плохо, она от денег не откажется. Вы же знаете, что пособие у мамочек маленькое.

– Хорошо, – разрешил я. – Предложи ей, потом обсудим еще раз. Резюме оставь, потом гляну.

Юля вышла, а я откинулся на спинку и задумался. Почему какая-то дура готова рожать от мужа-бездельника, а другой недостаточно счета в банке, машины и полного дома слуг?

Мне казалось, что я разбираюсь в людях, но, видимо, это касается только их рабочей стороны, а эмоции для меня – темный лес.

Поэтому Кристина и бросила меня? Я был слеп к ее чувствам? Может, они были настолько сильными, что она даже на придуманного ребенка решилась?

Я бы мог попытаться ее вернуть, но зачем? Я не изменюсь. Она снова будет страдать, а потом уйдет. Или заведет любовника.

Совершенно забыл про этого Кубу. Не просто же так она к нему сорвалась. Получается, у них отношения были.

Я все накручивал и накручивал себя, а потом решился. Встал и вышел из кабинета.

***

МАЙЯ

У меня было очень много работы, но я не могла на ней сосредоточиться, пока не вернется Юлия Владимировна. Минут пятнадцать я просидела в ее кабинете, потом не выдержала и пошла к себе.

Просто села и уставилась в монитор. Если Тимур решит меня уволить, то я расскажу ему о дочке, и пошло оно все лесом. Остаться без зарплаты страшнее, нежели без последних траншей по договору. Конечно, это было нечестно, но и со мной поступили совершенно не по совести.

– Ты чего такая смурная? – Наташа, которая сидела напротив, закрыла очередную папку с отчетами, и вопросительно уставилась на меня. – Прям серая вся. Плохо себя чувствуешь?

– Немного, – призналась я.

Скорей бы уже Юлия Владимировна вызвала меня к себе и сообщила результаты разговора с шефом.

– Может, тебе таблеточку какую дать? – Наташа встала, схватила свою сумочку и подошла ко мне. – Нурофенчик или ношпу? Что хочешь?

– Нет, Натусь, таблеток не нужно, – я протестующе замахала руками. – Чайку сладкого попью и отпустит.

– Чаек – это хорошо, но и таблеточку можно.

Наташка очень мнительная была, любила таблетки глотать. То у нее давление повышенное было, то пониженное. То тошнота, то изжога. Она вывалила все таблетки на стол и начала разгребать эту гору.

В этот момент дверь в кабинет открылась, и на пороге появился Тимур Перовский.

Он смерил грозным взглядом Наталью, затем меня, а потом увидел гору таблеток.

– Совсем сдурели? – мужчина подошел к нам, взял корзину для бумаг и сгреб туда все таблетки. – Любавина, на выход.

Мы с Наташкой испуганно переглянулись, я встала и вышла из-за рабочего стола.

Неужели моя беременность произвела на него такое впечатления, что он сам решил прийти в наш кабинет, чтобы меня уволить?