Таня Ульянова – Ты моя тайна. Муж моей сестры (страница 28)
— Я полюбил Вику с первой встречи, — сказал я честно, смотря в глаза, пока что своей жене. — Сразу. Не потом. Не со временем. С первой секунды. Я не хотел этой любви. Я боролся с ней. Я пытался быть «правильным», удобным, таким, каким ты хотела меня видеть. Я сделал выбор не сердцем — и за это расплачивался каждый день, не зная что у меня где-то далеко растет дочь, от по настоящему любимой девушки.
Лена побледнела, но ничего не сказала.
— Всё, что было между нами… — я горько усмехнулся, опустив голову. — Это была попытка убежать от себя. А от себя, как оказалось, не убежишь.
Я медленно отпустил ее, отойдя на шаг.
— Вика — не враг тебе. И Алиса — не орудие мести. Это мой ребёнок. Моя дочь. И если ты ещё раз позволишь себе даже мысль причинить им вред… — мой голос казалось стал ледяным, — ты очень пожалеешь. Я не позволю никому тронуть мою семью. Никому. Даже тебе.
Лена смотрела на меня так, будто видела впервые. Словно перед ней сейчас стоит абсолютно посторонний человек, а не тот, с которым она прожила пять лет. Хотя в них и не было счастья.
— Ты меня уничтожил… — прошептала она, смотря мне в глаза. — Я же так тебя любила… Я на все пошла ради тебя… А ты…
— Нет, Лена, — устало ответил я, проводя ладонями по лицу. — Ты уничтожила всё сама. Ложью. Завистью. Желанием удержать то, что удержать было невозможно. Рано или поздно, мы бы с Викой все равно встретились. Это было неизбежно. А сейчас уходи, и больше никогда не приходи.
— Ты пожалеешь, Игорь, — злобно прошипела она. — Очень горько пожалеешь.
Слегка ухмыльнувшись, я на миг опустил голову.
— Я уже пожалел, что однажды женился на тебе…
Я развернулся и зашел в дом, не оглядываясь.
Закрывая за собой дверь, я впервые за долгое время почувствовал странное спокойствие. Как будто всё встало на свои места. Как будто огромный груз свалился с плеч, полностью развязав мне руки.
Пройдя на кухню, остановился в дверях, смотря на Еву, а затем перевел взгляд на Вику.
Вика сидела на полу, прижимая к себе Алису. Обе подняли на меня взгляд.
Медленно подойдя к ним с Алисой, я тяжело вздохнул. Опустившись рядом, тут же осторожно обнял их обеих. Давая понять, что я рядом, что никуда не денусь. Что они в безопасности.
— Всё, — тихо проговорил я, целуя в щеку сначала Вику, затем в макушку Алису, которая была напугана. — Я рядом. Больше никто вас не тронет.
Медленно отпустив шею Вики, Алиса перебралась в мои руки, обнимая меня за шею. Я тут же прижал ее к себе, бережно поглаживая кудряшки. В груди трепетно заныло, от разрывающих меня эмоций. Моя… Моя дочь. Которую я не видел пять лет… И о существовании которой я не знал… Если бы я только знал… Я бы… Я бы мир перевернул, для своих девочек.
— Все хорошо, малышка… Папа рядом. Папа тебя в обиду не даст…
И в этот момент я понял:
Я вернулся туда, где должен был быть с самого начала, и к тем с кем должен был быть.
Глава 23
Вика.
Игорь долго молчал, сидя рядом со мной и Алисой на диване, словно находясь в своих каких-то мыслях. Алиса уже уснула, обнимая своего любимого плюшевого зайца, тихо посапывая, словно весь этот день был для неё просто утомительным приключением. Меня до сих пор колотило после прихода Лены, но я старалась не подавать вида. Хотя внутри был самый настоящий ураган эмоций.
С одной стороны мне было страшно, что Лена теперь знает об Алисе. Ведь она видела ее. Видела как она похожа на Игоря. А с другой, я чувствовала некое облегчение, словно с души упал огромный груз.
— Переезжай ко мне, — наконец проговорил Игорь негромко, нарушая молчание, будто боялся спугнуть момент. — Ты. И Алиса. Не могу я без вас… Не хочу я вас больше отпускать от себя…
Я вздрогнула, и подняла на него взгляд — растерянный, уставший, полный сомнений, и в тоже время желания быть рядом с любимым человеком. Просыпаться рядом с ним, готовить кофе по утрам, засыпать на его плече, с пониманием что рядом самая надежная защита, которая только может быть.
— Игорь… — выдохнула я, смотря ему в глаза. — Я не уверена, что это правильно, именно сейчас. Лена… теперь она знает. Я боюсь последствий. Боюсь за Алису. За тебя. За нас… За Еву…
Стоило мне подумать о Еве, меня словно током ударило. В груди все неприятно сжалось, стояло вспомнить о том что уже пережила эта хрупкая девочка. На языке так и крутилось, плюнуть на всё, и рассказать Игорю, чтоб он знал что натворила Лена, но я не могла. Ева не простит меня если я расскажу ему. Я не имею на это никакого права.
Он повернулся ко мне всем телом, взял мои ладони в свои — тёплые, уверенные.
— Вика, — его голос стал твёрдым, но очень нежным. — Ты всю жизнь думаешь о других. О маме. О Лене. О том, «как правильно». О том, кто что подумает. А о себе ты подумала хоть раз?
Я опустила глаза, понимая что он прав. Во всем. Только легче от этого не становилось.
— Мы уже потеряли пять лет, — продолжил он тихо, неотрывно смотря мне в глаза. — Пять лет жизни. Пять лет, которые могли быть счастливыми. Я не хочу терять ни одного дня больше. Хватит, Вика. Прошу, хватит. Мне кажется, мы заслужили счастье.
Игорь наклонился ближе, и обнял меня. Так нежно, и крепко одновременно, что внутри стало непередаваемо тепло.
— Лена знает правду — и это больше не твоя проблема. Я отвечу за вас. За тебя. За Алису. Я рядом. Я взрослый мужчина, Вика. Я осознанно делаю свой выбор.
Я сжала его пальцы, смотря ему в глаза. В груди защемило — от страха и от надежды одновременно.
— А если я снова всё разрушу? — прошептала я. — Если из-за меня тебе будет больно?
Игорь мягко коснулся моей щеки, слегка улыбнувшись. Нежно, тепло.
— Ты ничего не разрушаешь. Ты — мой дом. И Алиса — мой дом. Вы самое важное, и дорогое что у меня есть. Ты, Алиса, и Ева самые дорогие мне люди… — проводя большим пальцем по моей щеке, проговорил он. — Хватит быть сильной в одиночку. Дай мне быть сильным за нас двоих. И мы справимся, Вика.
Я посмотрела на спящую дочь, затем снова на Игоря. В моих глазах стояли слёзы, но теперь это были совершенно другие слезы. Слезы радости, слезы счастья.
— Мне страшно… — призналась я честно.
— Мне тоже, — ответил он, чуть сжав мою руку. — Но впервые в жизни мне не страшно идти вперёд. Потому что рядом ты.
Я медленно кивнула.
И в этом кивке было всё: усталость, доверие и первая настоящая готовность выбрать себя, своё счастье.
Жизнь не стала идеальной — но я снова начала дышать. Медленно, осторожно, словно боялась спугнуть себя саму, и это тихое счастье, которое поселилось внутри рядом с Игорем и Евой.
Я переехала к Игорю. Осознанно. Перебаривая внутри все страхи. Квартира, в которой раньше было слишком много тишины и недосказанности, наполнилась шагами, смехом и детским лепетом. Алиса будто всегда была здесь. Она легко освоилась — с тем доверием, на которое способны только дети.
Больше всех она радовалась Игорю. И каждый раз, когда я смотрела на них со стороны, мое сердце просто разрывалось от счастья, и переполняющих меня эмоций.
— Папа, смотри! — звала она его каждые пять минут.
Игорь каждый раз оборачивался, словно это слово было самым дорогим подарком в его жизни.
Ева стала для Алисы не просто тётей — союзником, подругой, старшей сестрой. Они вместе рисовали, строили домики из подушек, шептались по вечерам. Алиса тянулась к ней, а Ева расцветала рядом с ребёнком, которого полюбила почти сразу — без условий, без вопросов. Смотря на Еву, я заметила как рядом с Алисой, ей становилось легче, словно она забывала на некоторое время о пережитом, и от этого на душе становилось теплее.
Я наблюдала за ними со стороны и ловила себя на мысли, что улыбаюсь. Искренне. Счастливо. Всё выглядело… правильно. Слишком правильно. Слишком хорошо, чтобы быть правдой.
Именно это и пугало.
Иногда, поздно вечером, когда дом засыпал, я сидела на кухне с чашкой чая и прислушивалась к себе. К тому самому тревожному ощущению внутри. Маленькому, но настойчивому.
Слишком хорошо, — шептал внутренний голос.
Так не бывает. За это обязательно придётся заплатить.
Я даже ловила себя на том, что жду беды. Как будто счастье — это что-то временное, хрупкое, словно стекло. Как будто в любой момент раздастся звонок, хлопнет дверь, или что-то произойдет.
Игорь чувствовал это. Он ничего не спрашивал — просто обнимал меня сзади, целовал в висок, тихо, успокаивающе говорил:
— Ты со мной. Всё остальное неважно.
Я кивала, прижимаясь к нему, но червячок сомнения не исчезал. Он шевелился где-то глубоко внутри, напоминая: Счастье не даётся просто так.
Я старалась верить. Ради Алисы. Ради Игоря. Ради себя.
Но сердце всё ещё ждало удара — даже в тот момент, когда наконец научилось биться спокойно.