Таня Свон – Мой истинный – злодей любовного романа (страница 45)
Теперь остается только держаться на достаточно расстоянии, внимательно следить и быть бесшумной…
— Я знаю, что ты здесь, — слышу голос Леи оттуда, где только что ее видела.
Обмираю, не шевелюсь. До последнего делаю вид, что меня здесь нет, но Лею не провести.
— Надин, — воркует она. Удары каблуков о каменную дорожку лабиринта становятся ближе. – Я слышала тебя. А теперь… еще и вижу.
Она встает прямо напротив меня. Глубокие синие глаза блестят, как у кошки в темноте.
— Какая неожиданная встреча. Ты, я и мой кулон, — я киваю на камень в руке Леи.
Жду, что мерзавка скривит недовольное личико, но та лишь довольно улыбается.
— Ты не представляешь, как он мне помогает. Я даже дорожку под собственными ногами не вижу, все в тумане… А тут такой подарок судьбы!
Она игриво встряхивает кулон за веревочку, будто дразня. Я пытаюсь его поймать, но Лея ловко отступает назад. Вот бы эта коза оступилась и упала! Все равно ведь ничего не видит в лабиринте.
Кстати, это странно.
Меня лабиринт путает, но поддается. А Лею, выходит, он вообще пускать не хочет? Если бы не кулон, она бы и десяти метров не сумела бы правильно пройти?
Это придает немного сил. Даже без кулона я справляюсь лучше Леи. Мне все по плечу!
— Ты же понимаешь, что даже если придешь первой, это ничего не изменит? – смотрю ей в глаза, пытаюсь внушить Лее, что все ее попытки вновь завоевать Калеба бесплодны.
Но принц Лее, похоже, и не нужен.
— Понимаю. Но вот ты, Надин, совсем глупая, если думаешь, что я здесь ради Калеба.
Она вскидывает руку. Я знаю, что сейчас последует удар. Готовлюсь защищаться, собираюсь отбить руку Леи или увернуться… Но забываю, что она – темный эльф. А значит, не слабый маг.
Тени, будто сплетенные из звездного неба, ударяют мне в грудь. Эти чары показались бы мне красивыми, если бы не били так больно, резко. Они откидывают меня назад, я даже вскрикнуть не успеваю. Перед глазами мелькают лишь стены лабиринта, ночное небо и острая ухмылка Леи.
— Надеюсь, тебя никогда не найдут, — напоследок бросает она и уходит.
А я чувствую, что мое тело скручивают живые путы…
Дергаюсь, пытаясь отойти от зеленой стены. Бесполезно! Корни и ветви все крепче обвиваются вокруг меня и тянут вглубь. Вырваться не получается. От моих усилий процесс наоборот будто ускоряется. Меня словно утягивает в болото, которое на любые попытки высвободиться кусает открытую кожу колючками и сухими ветками.
Когда понимаю, что сама ни за что не выберусь, решаю позвать на помощь. Вдруг все-таки кто-то услышит? В небе вон до сих пор салюты гремят… Значит, зрители не разошлись.
Но стоит только рот открыть, чтобы закричать, как ветки одним рывком утягивают меня под листву.
Мир окунается в тишину и мрак.
68
Я ожидаю, что после того, как меня затянет под корни и ветви, мое тело начнет мучительно умирать. Жду боли, тяжести удушья под почвой и пугающей слепоты. Но окончательно погрузившись под землю лабиринта, я будто оказываюсь в безупречной пустоте.
Здесь нет ни пола, ни стен. Вокруг – чернота.
Я не иду, а будто плыву по воздуху. Может, так ощущается смерть?
— Надин, — звенит в темноте. – Надин!
Каждый раз, когда мое имя повторяется, в пространстве загораются крошечные искры. Они похожи на ожившие звезды или светлячков, которые выстраиваются в светящуюся нить, что тянется от меня куда-то вперед.
— Иди, иди! – пищат огоньки.
Они звенят, точно колокольчики, когда прохожу мимо. В них сплетаются сотни голосов… И в какой-то момент меня пронзает знание – это не просто огоньки. Это духи, что живут в эльфийском алтаре. Сами прародители явились, чтобы помочь мне.
Я не могу знать этого наверняка, но я чувствую. И верю в это всем сердцем.
Чем дольше иду вдоль сверкающей нити, тем быстрее становится шаг. Я будто лечу навстречу последним двум искрам, что ждут в конце путеводного Млечного Пути. Но что ждет меня там?
Вздрагиваю, когда последние два огонька вдруг сами подлетают к моей руке и касаются ее. На коже остается ощущение тепла, а в мыслях отчетливо звучит два незнакомых голоса:
— Доченька…
Не успеваю даже осознать услышанное. Лавина вопросов только готовится сорваться и накрыть с головой. А мир уже меняется, пустота вокруг развеивается, легкость сменяется знакомым ощущение во всем теле…
Будто я под водой.
Открываю рот, чтобы закричать, но из него вырываются пузыри воздуха. Начинаю барахтаться, двигать ногами и руками, чтобы всплыть. Я и в своем-то мире делала это с трудом, а сейчас – в пышном платье – это ни капли не легче!
Кто-то хватает меня за руку и рывком вытягивает на поверхность. Глотаю свежий воздух и протираю глаза от воды. Еще не вижу своего спасителя, но
— Я ждал тебя.
Калеб осыпает мое лицо и волосы поцелуями. Обнимает так крепко, что кажется, мы сейчас превратимся в одно целое. Мы сидим на траве священной поляны, у небольшого озера, что пряталось за деревьями и алтарем. В прошлый раз я даже не видела его…
— Калеб, — выдыхаю я, когда, наконец, снова могу говорить. – Лея и Гринн…
— Т-с-с… Не надо сейчас о них, Надин. Тебе нужно отдохнуть, прийти в себя…
— Калеб, они что-то задумали! Они в сговоре!
Тут он перестает зацеловывать мое лицо и серьезно всматривается в него. Он удивлен, но не встревожен.
— Почему ты так думаешь?
Хочу рассказать о кулоне, который Гринн сорвал, а тот потом каким-то образом оказался у Леи. Хочу предположить, что именно эта парочка подстроила нападение зверя на арене. И они… Они сделают что-то еще.
Однако времени на предупреждения больше нет. На поляне кроме нас появляется кто-то еще.
— Ау-у! – насмешливый женский голос разносится над священным местом. – Муж мой, где ты?
Меня аж коробит от этих слов, от этого голоса. Лея еще не видит меня и чувствует себя победительницей.
— Ты опоздала, Лея, — Калеб поднимается с земли и помогает встать мне.
Вместе мы выходим из-за деревьев к алтарю и встаем перед руническим камнем.
То, как вытягивается и бледнеет лицо Леи, — бесценно. Но лучше бы ее здесь все-таки не было.
— Как? – кривится она, глядя на меня. Сжимает в дрожащем кулаке украденный кулон, а потом швыряет его в меня. Не попадает и бесится еще сильнее. – Ты должна была сгинуть в лабиринте!
— Упс, — пожимаю плечами, а сама мысленно благодарю странные огоньки. Мне еще предстоит узнать, что это было, и почему пара из них назвала меня дочкой. – Сократила путь, получается.
Челюсть Леи ходит ходуном от ярости. Почти слышу, как скрипят ее зубы.
— Уходи, Лея, — строго приказывает Калеб, крепко держа меня за руку. – Ты показала свое лицо в этих испытаниях, и оно противно Тэйну. Я даю тебе шанс покинуть наши земли добровольно и мирно, а иначе…
— Можешь не продолжать, дорогой, — перебивает принца Лея, и даже я выпадаю в осадок от ее наглости. – Мне не нужна твоя милость. Ведь скоро ты будешь умолять о моей.
Лея одним быстрым движением достает что-то из своего декольте. Между ее пальцев мелькает знакомая подвеска… Я видела ее у Гринна. Кажется, он назвал этот предмет печатью короля.
Но разве он не использовал мощь этого предмета в темнице, когда пришел мучить меня в подвалах Ульвании? Или же… Это новая печать!
Хочу броситься вперед, чтобы помешать Лее. Надо выхватить печать, что-то предпринять! Не знаю, на что способен этот артефакт и почему король Ульвании выдал Гринну еще один такой, но хорошим это точно не кончится!
Но я забываю, что одета в объемное платье, которое еще и промокло до нитки. Идти в нем сложно, и я спотыкаюсь об юбку, которая путается под ногами. Начинаю падать и вот-вот ударюсь головой об алтарь, но на помощь приходит Калеб.
Он подхватывает меня, прикрывает висок ладонью. Мы оба заваливаемся на алтарь, но остаемся целы. На мне ни царапинки благодаря Калебу, но Лею останавливать уже поздно…
— Брак скреплен, — шепчет Калеб. – Мы вдвоем коснулись алтаря.
Да, я вижу магические тени, что клубятся вокруг нас. Замечаю знакомые искры, что парят в этих черных клубах…