Таня Свон – Маленькая слабость профессора некромантии (страница 42)
Деревенские были уверены, что я пришла только благодаря их усердным молитвам и пожертвованиям…
— Мы поможем им, когда закроем брешь, — напомнил Мор.
Он заметил, с какой тоской я через окно наблюдала за жителями деревни. На завтра они затеяли целый праздник в мою честь. Только вот меня уже к утру тут не будет.
— Давайте готовиться, — я заставила себя отойти от окна. Некогда раскисать. Нужно действовать.
К моменту, когда на Ампло опустилась ночь, в крыше нашего укрытия появилось небольшое отверстие. Мы бесшумно, по чуть-чуть проделывали его целый вечер с помощью некротической магии. Теперь в крыше зияла дыра где-то метр на метр.
Не уверена, что этого достаточно… Но тратить время, чтобы расширить ход, было боязно. Вдруг охранники что-то заподозрят и попытаются войти? Тогда сбежать будет гораздо сложнее.
— Вы готовы? – шепнул Мор.
Мы оба стояли под дырой, через которую в дом заглядывало звездное небо. Скоро я взмою к нему птицей… Если все получится.
— Готова, — кивнула твердо, хотя в мыслях царил хаос.
Я не готова! И понятия не имею, получится ли? Смогу ли призвать крылья Пустоши, которые спасли меня от падения с дирижабля? И даже если смогу, то сумею ли поднять вместе с собой еще и профессора?
— Лирида, вы плохая лгунья. Эмоции написаны на вашем лице.
— Это потому что вы, профессор, слишком хорошо меня знаете, — подловила его я.
Хотела, чтобы это звучало беззлобно, но вышло так, будто я осуждала Мора. Хотя частично так и было. Сложно принять, что кто-то долгие годы тайно наблюдал за тобой.
— О чем вы переживаете? Не хотите бросать этих людей?
Я слабо покачала головой и шепотом, чтобы ненароком не привлечь внимание стражников, сказала:
— Это мой первый осознанный полет.
Прикрыв глаза, я тяжело вздохнула. Услышала шаги Мора совсем рядом и не спешила поднимать веки.
Пока я не видела, можно было представить себе любую картину. Сейчас я вообразила, будто Мор тянется ко мне, чтобы успокаивающе погладить по волосам, потом по щеке.
Сколько бы мне не твердила Пустошь, что это опасные желания, что они под запретом, я не могла перестать думать о Море.
— Обнимите меня, — попросила, резко вскинув взгляд. – Скорее.
Глаза Люциуса Мора округлились, он сделал шаг ко мне… Но остановился, когда его руки почти легли на мою талию.
— Это шутка? Если так, то вы очень жестоки, Лирида.
Мор всегда выглядел человеком, на которого окружающие смотрят с уважением и даже восторгом. И как же странно было видеть его смущенным и растерянным…
Странно было чувствовать власть над ним. Будто в моих руках поводок, ведущий к сердцу Мора.
От этих мыслей жаром обожгло лицо, а сердце сжала щемящая боль.
Я не заслуживала симпатии Мора. Было нечестно, что он знал меня годами, проникался ко мне чувствами… Пока я о нем даже не помнила.
— Я не шучу. Нам ведь нужно как-то покинуть это место.
— В моих объятьях не откроется портал. Простите, Лирида, просто я действительно не понимаю. Вы ясно дали понять, что между нами не может быть…
Проклятье.
Я сама подалась вперед и крепко обхватила Мора руками, прижалась лицом к его груди. Он тотчас умолк, а спустя всего пару секунд обнял меня в ответ.
Меня окутало нежностью и тоской. Желание быть к Мору еще ближе, о котором я даже не подозревала, топило под собой все мысли. Часть из них вопила: «Это убьет тебя, Лирида!».
Но убьют меня вовсе не объятья, а то, что я жаждала их всем сердцем.
У будущего оракула не должно быть привязанностей. Но прямо сейчас я чувствовала, будто мое сердце к сердцу Люциуса Мора приковано цепями.
Стало так горько и больно, будто я снова летела с огромной высоты на верную смерть…
И тут за моей спиной расправились черные крылья.
73
Я едва не взвизгнула, когда первый мощный рывок крыльев поднял нас вверх. Мор будто ничего не весил в моих объятиях, и сначала я испугалась… Со мной ли он вообще?
Открыла глаза и поняла – профессор рядом, и он тоже взмывает все выше к небу. Его удерживала магия и тени, что отделялись от крыльев и подчинялись моей воле.
Второй взмах крыльев уже не был таким бесшумным.
Той небольшой дыры, которую мы сделали в крыше, оказалось недостаточно, чтобы уйти без проблем. Размах крыльев был в разы больше, и теперь во все стороны летели доски и черепица. Грохот стоял такой, что не только стражники вскинули головы к небу.
Люди стали выбегать из домов в чем спали. Я успела заметить Ану. Она выскочила босиком и в сорочке, увидела меня и упала на колени, рыдая.
— Не покидайте нас, госпожа! – ревела она в унисон с остальными. – Госпожа!
Их голоса будто пробирались в голову ядовитыми змеями. В панике и волнении я растерялась и упустила контроль над крыльями.
Порыв ветра толкнул меня в грудь, и я стала падать вместе с Мором.
— Лирида! Придите в чувства! – он хорошенько встряхнул меня. – Возьмите себя в руки!
Перед глазами все кружилось, будто я выпила целую бочку чистого спирта. Конечно, такое приключение не могло бы пройти без последствий… Так что я вот-вот должна была поплатиться за ошибку головой.
Но тут Мор поймал мое лицо в ладони и буквально заставил посмотреть ему в глаза.
— Боритесь! – приказал он, и в тот момент я явственно поняла, что переживал профессор не за себя… Он отчаянно желал спасти
Забавно. Ведь его жизнь продолжится, когда моя совсем скоро подойдет к концу.
Я распахнула крылья, и ветер тотчас подкинул нас обратно ввысь.
— Вы в порядке? – сказали мы одновременно, после чего стушевались.
Я сделала вид, что усердно машу крыльями, а Мор кашлянул. Хотя у меня лететь получалось почти интуитивно, да и у профессора простуды точно не наблюдалось.
Деревня под нами становилась все дальше. Мы уже летели над лесом, через который я шла днем ранее. Он стелился между гор, укрытых снегом.
— Извините… Просто те люди…
— В них много заблуждений и отчаяния. Это не ваша вина, Лирида.
— Но моя ответственность открыть им глаза на правду. Научить верить в Пустошь. В настоящую Пустошь, а не в сказку, которую написал Лоркраф.
— Уверен, вам это под силу.
Я чувствовала, что Мор смотрит на меня, а не на волшебный пейзаж, что нам открывался. И это было так волнительно, что сердце начало трепетать.
Но из-за этого же я и не сдержала следующих слов:
— А вот я сильно сомневаюсь, что смогу. Вести к вере – долг жрецов и оракулов. Но, боюсь, мне уже не суждено быть ни тем, ни другим.
Я грустно улыбнулась и приготовилась слушать. Знала, Мор не станет молчать. Он обязательно спросит, почему так считаю. И я расскажу о том, чем стоило поделиться еще несколько часов назад: Пустошь являлась мне, мы заключили сделку. И конец у этого теперь был только один.
Или еще был шанс вырвать с корнем росток зарождающихся чувств?
«Зачем? – шепнул внутренний голос. – Для тебя исход все равно одинаков. Лирида перестанет существовать. Так зачем пытаться быть послушной?»
В тот момент я подумала, что мои мысли навлекли злой рок. Иначе как объяснить, почему Мор вдруг закричал от боли и изогнулся всем телом, будто его ломало?
Что случилось?