Таня Свон – Маленькая слабость профессора некромантии (страница 37)
Я приложила все усилия, чтобы не стиснуть до хруста пальцы Мора. Что он творит?! Нам нужно уезжать прямо сейчас!
Но раз профессор что-то задумал, нужно подыграть. Я улыбнулась и кивнула, глядя на заулыбавшегося лекаря и его команду. Они выглядели удивленными, но довольными таким исходом.
— Это разумное решение, господин…
— Мор, — без колебаний назвал настоящую фамилию профессор.
В попытке скрыть волнение я изнутри прокусила щеку.
Что он делает?! Хочет остаться в деревне, где явно что-то нечисто, еще и личность свою раскрыл!
Тем не менее, шоу продолжалось.
Помощники лекаря вывели нас на улицу, залитую ярким зимним солнцем. Желтый диск повис высоко в небе. Похоже, сейчас за полдень.
Наши провожатые шагали быстро, а вот мы с Мором ковыляли из-за его хромоты. Зато было время осмотреться. Все же ночью было темно, да и из сугроба я не особо много смогла увидеть.
Деревня небольшая. Судя по всему, здесь улочки три-четыре и чуть больше десятка домов. Жилище лекаря – самое высокое и выдающееся из них.
А еще я знала, что за нами следят. Кожей чувствовала. Пару раз заметила людей, которые делали вид, что чистят снег или идут к лесу, которым деревенька была окружена, а сами глазели на нас с Мором.
Тревога рядом с профессором чуть успокоилась. Я знала, что вдвоем мы можем легко разобраться со всем и этими людьми. Но сначала, похоже, нужно выяснить, что тут происходит.
Нас подвели к дому, который казался почти заброшенным. Забора не было, дверь покосилась, стекла в окнах в мутных разводах…
— Я побуду с вами, — улыбнулась одна из провожатых и потянулась к дверной ручке.
Мор застыл. Я остановилась следом за ним.
— Зачем? – строго спросил профессор.
— Госпожа Лирида вам невеста, но не жена. Нельзя незамужней девушке оставаться с мужчиной наедине.
Неприятное волнение ледяными пальцами стиснуло горло.
Я ведь не называла своего имени!..
64
Я не называла своего имени.
Откуда она его знает?! И почему не хочет, чтобы мы с Мором остались вдвоем? Боятся заговора?
— Если переживаете за мою девственность, то не стоит, — я смотрела женщине прямо в глаза. – Я давно отдала ее своему возлюбленному.
Я постаралась вложить во взгляд, которым одарила Мора, нежность и влюбленность. Когда наши взоры встретились, в глазах профессора на миг я разглядела немое изумление.
Ну, извините, профессор Мор! Что смогла придумать, то и сказала!
— Вам незачем идти с нами. И защищать уже тоже нечего, — я пожала плечами и первая шагнула за дверь. Мор вошел следом.
Дверь захлопнулась. Женщина за нами не вошла.
Первое, что мы сделали, не сговариваясь, — наложили цепи заклятий на окна и дверь. Теперь если кто-то попытается ворваться внутрь, его ждет неприятный сюрприз. Некротическая энергия вгрызется в недоброжелателя и обездвижит на какое-то время. У нас будет шанс подготовиться к дальнейшим действиям.
После того, как работа была завершена, я позволила себе оглядеться. Ну и захудалое же местечко! Пахнет сыростью. Стол, лавки, печь – все в пыли и паутине! На стеллаж с книгами, которых не больше пяти, даже смотреть страшно.
Пока я оглядывалась, Мор сделал кое-что еще. На пол под дверью лег знакомый предмет, похожий на конверт. Он быстро расправился, вырос и полупрозрачной сетью затянул окна и дверь.
— Вы одолжили у Гаата заглушающий артефакт, профессор?
— Я его украл, — признался Мор. Он брезгливо смахнул какой-то тряпицей пыль с лавки и сел. – Гаат ушел завтракать, когда я обнаружил вашу пропажу. Ждать возвращение Гаата в номер было некогда, поэтому я вскрыл замок и взял артефакт сам. Как чувствовал, что потребуется.
От тяжелого взгляда Мора захотелось присесть. А желательно и вовсе под землю провалиться.
— Лирида, почему вы ушли одна?
Я виновато молчала, не зная, что сказать. Не признаваться же: «Профессор, кажется, вы мне нравитесь. Я боюсь этой внезапной симпатии, боюсь быть рядом с вами, боюсь, что Пустошь сотрет вас в порошок, если забудусь… Поэтому и сбежала». А ведь еще этот дурацкий поцелуй, который явно был для публики, а не для нас!..
Как же все сложно!
— Скажите. Я жду.
— Профессор, но и я жду от вас ответов, — нашлась я и уверено вскинула подбородок. – Что
Теперь настала очередь Мора растеряно отводить глаза.
— Как вы меня выследили? – повторила я жестче и уперлась ладонями в стол, за которым сидел Мор.
— Прямо сейчас вы похожи на дознавателя, Лирида. Не думали в будущем «сменить профессию»?
Меня как кипятком ошпарило.
— Вы хоть понимаете, что предлагаете? Пустошь уничтожит вас за то, что пытаетесь сбить меня с пути.
«А я сбиваться только рада», — промелькнуло в мыслях, и что-то больно кольнуло в груди. Я схожу с ума. Не иначе!
— Лирида, вы хоть представляете, что я испытал, когда проснулся утром и понял, что вас нет? Нет нигде. Ни в покоях, ни где-то в замке. Вас никто не видел, вы никому ничего не сказали.
«Представляю», — хотела ответить я, но слово застыло на губах, когда взглянула профессору Мору в глаза.
Он выглядел разбитым, печальным. Почти несчастным.
Почему?
В груди вместо сердца точно осколок повис и резал-резал…
— Вы не ответили, профессор. Как вы нашли меня?
В тяжелом молчании будто случилась дуэль наших взглядов, в которой Мор проиграл. Он тяжело вздохнул, опустив голову, а затем вынул что-то из внутреннего кармана пальто.
Крохотный предмет с тихим стуком лег передо мной на пыльный стол.
Что?.. Этого не может быть!..
65
Дрожащими руками я нащупала цепочку, которая уходила под воротник моей рубашки. Вытянула из-под нее мамин кулон… Да, я обещала, что избавлюсь от него, но пока не сумела это сделать.
А теперь передо мной лежала его точная копия! И принадлежала она никому иному, как Люциусу Мору!
— Что это значит? Профессор… Вы…
Он молчал. Выжидающе смотрел на меня и жадно следил за каждым изменением в мимике или голосе.
— Не знаю даже, — покачала головой я и всплеснула руками. – Откуда у вас кулон моей мамы?
Я была уверена, что это именно
— Вы мой старший брат, о котором я никогда не знала? – глупо предположила я и сама нервно рассмеялась над этой догадкой.
Невозможно. Мор по возрасту не подходит.
— Лирида, вы серьезно? Думаете, если бы я и правда был вашим братом, то стал бы…
Он резко умолк, кашлянул и отвернулся. Даже в полумраке обветшалого домика я заметила, что скулы профессора чуть порозовели.
Он, как и я, думал про поцелуй.