Таня Соул – Случайная помощница монстролога (страница 27)

— Да, — кивнул Орман, — именно предложение.

Не отпуская моей руки, он стал вести её ближе к диску и ослабил хватку, когда между моей ладонью и начерченными на металлической поверхности символами осталось всего несколько сантиметров.

— Нужно всего лишь прикоснуться, — подначивал меня Орман.

Страшно не было, зато было любопытно.

Покосившись на стоявшего рядом хитреца, который собирался сделать мне «предложение», я вздохнула и таки положила руку на диск. Поначалу ничего не происходило, но спустя несколько секунд диск начал нагреваться и сиять. Сперва слабо, потом — сильнее. В какой-то момент, накопив достаточное количество магии, он вспыхнул и выпустил из сердцевины яркий луч. Тот, ударившись о потолок, стал сокращаться, становясь не больше полуметра в высоту, а на его вершине начали появляться вращающиеся кольца. Одно, второе, третье — всего шесть.

Они пересекались в центре и двигались под одинаковым углом друг к другу, внешне напоминая изображение электронов, которое нам показывали на школьном уроке физики.

— Что это значит? — спросила я шёпотом, опасаясь каким-то образом помешать артефакту.

— Это ваши кольца силы, — ответил Орман. — У вас их целых шесть.

— А максимум сколько?

— Восемь. Но такое богатство достаётся единицам. Появись у вас даже седьмое, я был бы окончательно восхищён.

Пока он говорил, кольца силы закружились быстрее и разъехались в стороны, освобождая место для ещё одного. Но оно, в отличие от остальных, едва светилось и было почти прозрачным.

— Теперь вы поразили меня бесповоротно, — произнёс Орман, заворожено наблюдая, как кольца, теперь уже всемером, снова наладили размеренный, геометрически безупречный ход.

— Ну так что? Будете делать мне предложение? — спросила, поглядывая на Ормана с улыбкой.

— Однозначно, — заверил он. — Можете убирать руку, — показал на магический диск.

Стоило моим пальцам покинуть испещрённую символами поверхность артефакта, как он тут же погас.

— Присядем? — предложил Орман и, дождавшись, когда я займу место на софе, позвонил в колокольчик.

В гостиную заглянул слуга.

— Принеси нам чаю с печеньем, — попросил Орман.

Слуга кивнул и поспешил на кухню, а мы остались в напряжённой, наполненной моим любопытством тишине.

— Ну, что вы там хотели предложить? Не томите.

— Хм, — хмыкнул Орман самодовольно. — Как насчёт руки и сердца? — спросил ухмыляясь. Его голубые глаза искрились игривостью, придававшей общению приятную неформальность. Если бы с Арвином было так же легко общаться, возможно, мы понимали бы друг друга чуточку лучше.

— Бросьте. Неужели в вашем окружении больше некому предложить руку и сердце? Сомневаюсь, — покачала я головой. — Да и вряд ли вы проверяли мой магический потенциал именно для этого.

— А может, я всегда мечтал жениться на сильной магессе? — продолжал Орман свой неприкрытый флирт.

— А если серьёзно?

Он вздохнул.

— Похоже, Арвин на вас отрицательно влияет. Ещё немного и вы тоже перестанете улыбаться.

— Арвин хмурится только с вами, — вступилась за начальника. — И вообще, при чём здесь мой работодатель?

— В общем-то, об этом я и хотел поговорить, — начал Орман. — Станьте моей напарницей, Эрна.

— К-какой напарницей? — не поняла я.

— Деловой и магической… — прошептал Орман, многозначительно приподнимая брови. — О зарплате не переживайте. Сколько бы Арвин вам ни платил, я предложу вдвое больше.

Дожили. Вместо ухаживаний мне предлагают товарно-денежные отношения.

— Но почему я? — продолжала недоумевать.

— Потому что вы мне нравитесь и потому что у вас невероятный магический потенциал. Монстрологу он, конечно, тоже пригодится, но вот по-настоящему подходит только мастеру печатей.

— Но… я не училась на мастера печатей.

В общем-то я и на монстролога не училась тоже, но сейчас не об этом.

— За обучение не переживайте. Пройдёте у меня быструю практику, получите в академии диплом о переподготовке и сразу же оформим трудовой договор.

— Но у меня уже есть один договор, — продолжала недоумевать.

— От него мы обязательно избавимся.

На этих словах молчаливо слушавший наш диалог Озрик тоскливо и громко завыл. Перспектива переезда в особняк Ронерсов, куда он раньше сбегал с невероятным рвением, теперь почему-то пришлась ему не по душе.

— Я ещё ничего не решила, — принялась успокаивать остервеневшего лилохвоста, который, довыв свою партию, со злостью вцепился зубами в обшивку софы.

— А вы, — обратилась к Орману строго, — часто переманиваете работников у своих бывших друзей?

— Нет, — покачал он головой. — До тебя… — Орман осёкся. — Мы же можем на ты, правильно?

Я растерянно кивнула, не знаю зачем.

— Отлично, — обрадовался он. — Так вот… Я ещё ни разу и ни у кого не переманивал работников. Но за тебя, считаю, стоит побороться.

Как и многие девушки, я частенько фантазировала о том, как за меня будут бороться статные и обаятельные мужчины, желательно не обделённые властью. И вот сегодня моя фантазия наконец сбылась, но почему-то в происходящем чувствовался подвох. Возможно, дело было в том, что вместо беззаботной и обеспеченной жизни статные мужчины предлагали мне работу по найму.

— Очень заманчивое, конечно, предложение. Но, пожалуй, я возьму время подумать.

«И перечитать свой трудовой договор», — добавила я уже про себя.

В глазах Ормана читалось разочарование, но он с достоинством принял мой неопределённый ответ.

— Конечно. Мы можем вернуться к этому разговору позже. Но только обязательно подумай об этом, ладно?

— Обещаю.

И в момент моего обещания слуга торжественно занёс в гостиную поднос с чаем. За ним и за разговорами о детстве мы провели оставшееся до густых сумерек время.

— Думаю, на улице уже достаточно темно, — сказала я, поднимаясь с софы и подзывая к себе Озрика. — Ещё немного и за нами отправят поисковый отряд.

Мне мысленно уже виделось гневное выражение лица Арвина, за которым, конечно же, скрывалось беспокойство.

— Рад, что нам удалось поговорить, Эрна, — сказал Орман, протягивая мне руку. — Надеюсь, ты примешь моё предложение.

— Принять не обещаю, но подумаю точно.

Когда я вышла из особняка Ронерсов, на улице было уже совсем темно. На этот раз я решила обойтись без штурмов изгородей и, как нормальный человек, вышла через калитку. Для опасений причин уже не было, ведь Горкан Шарлоу наверняка находился на пути домой, а Арвин не так часто выглядывал из окна. Потому моё нахождение на территории Ронерсов, скорее всего, останется никем не замеченным.

Так я думала, когда шла к калитке Макроев. Но у моих похождений, как оказалось, был один очень вредный и бессовестный свидетель — магический фонарь, висевший у двери особняка. Он, как сторожевой пёс, встрепенулся при звуке моих шагов и направил на нас с Озриком яркий луч света. Мы стояли у калитки, как два преступника, пойманные с поличным. Захотелось поднять руки и крикнуть, что я сдаюсь и требую адвоката. Пришлось перебороть охвативший меня испуг и побыстрее войти в сад.

Фонарь бдел за нами со всей серьёзностью, поэтому луч провожал нас до самого крыльца, навязчиво светя в лицо.

— Да видно мне всё и без тебя. Отвернись, — взмолилась, когда от яркого света глазам стало больно.

Только тогда фонарь снисходительно снизил градус бдения и опустил свой луч, как положено, на снег.

Я облегчённо вздохнула, и моя рука потянулась к дверной ручке, но не успела её коснуться. Дверь скрипнула и отъехала в сторону. Я бы сказала, что это случилось по волшебству, если бы произошедшее не напоминало больше злой рок.

Не глядя на меня, полубоком к двери, в прихожей стоял Горкан Шарлоу, а напротив него — Арвин.

Горкан, отпустив дверную ручку, на прощание похлопал Арвина по плечу и зачем-то задержал на нём ладонь, будто пытаясь в чём-то удостовериться. В этот момент, честное слово, на его лице я прочитала разочарование.

— Что ж, мне пора, — сказал Горкан вздыхая. — Рад был повидаться.

Снова ухватившись за ручку, он распахнул дверь пошире и чуть было не налетел на меня.