Таня Соул – Случайная помощница монстролога (страница 11)
Арвин лишь хмыкнул в ответ. Уже в замке, минуя холл, мы дошли до лечебной комнаты, и я, как ураган, бросилась раскрывать ящички в поисках знакомых приспособлений, но нашла только повязку, напоминающую бинт.
— Зелёный пузырёк на полке справа, — подсказал мне Арвин, усаживаясь на табурет. — Эссенция мирсенны отлично обеззараживает.
Приоткрыв крышку, я втянула воздух носом. Аромат оказался настолько горьким, что к глазам подступили слёзы.
— Насчёт обеззараживания не знаю, но в чувства она приводит отлично, — прокомментировала, ставя эссенцию на стол и отрезая небольшую полоску бинта. — Сюртук придётся снять, — бросила Арвину через плечо.
— Как скажете, Эрна, — согласился он.
Наступила тишина, которую нарушил только стук пузырька с эссенцией мирсенны, когда я вернула его на стол, предварительно смочив бинт, и резкое дыхание Арвина. Он втянул воздух так, будто получил ещё один удар.
Я невольно оглянулась. Сюртук, уже расстёгнутый, застрял на его раненом плече, и Арвин, морщась, пытался опустить его ниже.
— Давайте помогу, — предложила, не в силах наблюдать за его муками. — Ну, во-от, — сюртук был уложен на стол, и подошла очередь рубашки. — С ней тоже помочь? — спросила, ощущая неловкость.
Арвин, задумавшись на минуту, кивнул, и я принялась расстёгивать пуговицы на некогда белоснежной рубашке. Одна, вторая, третья. Дойдя до последней, я осторожно начала стягивать ткань, стараясь не задевать рану. Но на мгновение моё внимание переключилось на нечто, что я совершенно не ожидала увидеть. Я дёрнула рубашку чуть сильнее нужного.
— Ай-й, Эрна, аккуратней! — пожаловался Арвин.
— Простите, — я окончательно избавилась от изорванной и испачканной кровью ткани и принялась рассматривать то, что под ней скрывалось — подтянутое, жилистое тело, расчерченное целой сетью витиеватых татуировок, изображающих печати и символы. Они покрывали руки от запястий и уходили на плечи и спину. Отдельные, явно имеющие собственный смысл, они красиво вплетались в общий рисунок и перекликались друг с другом. И только две из них разительно отличались.
Одна — на правом плече, выглядела угловатой, как будто рисунок, высеченный на камне. А другая — на левом, все линии тонкие и плавные, символы аккуратные и, я бы даже сказала, женственные.
Я невольно потянулась к этому рисунку и слегка коснулась его пальцами.
— Ай, — отдёрнула руку, когда по ней ударил сильный разряд электричества. — Что это? — спросила настороженно.
— Это нательная печать, которая сегодня меня подвела, — ответил Арвин.
Мне вспомнилось желтоватое сияние, исходившее от его руки, и то, как резко оно погасло.
— И часто она вас так подводит? — поинтересовалась, усилием воли заставляя себя оторвать взгляд от рисунка и вернуться за бинтом.
— Сегодня в первый раз. — Арвин выглядел задумчивым и серьёзным. — Знаете, Эрна, я и молоха, который в зимнее время проснулся и зачем-то пришёл в город тоже сегодня видел впервые. Они ведь зимой спят, а к людям и вовсе не подходят.
— Ну, не подходят и не подходят, — пожала я плечами, примеряясь к ране. — Сейчас будет больно, — предупредила, прикладывая смоченный в эссенции бинт, но в ответ не последовало никаких «ай» и «Эрна, аккуратнее!». Арвин терпеливо ждал, пока я обработаю рану.
— Было больно? — спросила, так и не дождавшись от него реакции.
Арвин покачал головой.
— Нет, у вас удивительно лёгкая рука.
— Это у меня от бабушки, — ляпнула зачем-то. — А эти татуировки, что они означают? — поинтересовалась, чтобы сменить тему.
— Вы ведь из обычного рода? — спросил Арвин без намёка на подозрительность, и я кивнула наугад. — Значит, своими глазами не видели. Но всё равно должны были слышать про родовые печати, — он посмотрел на меня многозначительно, и я на всякий случай кивнула ещё раз. — Так вот, на плечах — это они, — сообщил Арвин с гордостью. — Такие печати активируются без искры и жестов. Они вшиты в тело и передаются по наследству.
Мне вспомнилось, как совсем недавно он обозвал меня бездарностью за отсутствие таких вот печатей. Стало немного досадно: у Арвина Макроя дара было целых два, а у Эрны Лоренц ни единого. Правда зачем он ей, или мне, нужен, я пока не понимала. Но тем не менее.
— А что именно они делают? — спросила, не сдержав любопытства.
— Это у магов спрашивать не принято, — ответил Арвин, слегка холодеющим голосом.
— Подумаешь, секрет, — буркнула я обиженно. — Не больно то и хотелось.
Взяла со стола бинт, чтобы наложить повязку, но Арвин меня остановил.
— Постойте. — Он наспех начертил в воздухе какую-то печать и ладонью направил её ко мне. — Активируйте над раной.
Про активацию я уже начитаться в книгах, поэтому без труда сделала то, что он велел. Рана начала затягиваться прямо на глазах.
— Теперь можно перевязывать, — сказал Арвин, пробуждая меня от изумлённого оцепенения.
Если бы в нашем мире существовала такая магия, то в больницу можно было бы и вовсе не ходить.
Когда плечо Арвина было крепко перебинтовано, я прошлась прощальным взглядом по его татуировкам — настолько они меня завораживали — и протянула ему сюртук.
— Накиньте, а то в коридоре холодно.
Его ладонь вместо того, чтобы забрать одежду, легла на моё запястье.
— Вы и вправду пошли бы за мной в лес, если бы я не вернулся? — спросил он, внимательно всматриваясь в моё лицо и считывая реакцию.
Не сказать, что я такая уж смелая, но и бросить его на растерзание диким животным вряд ли смогла бы.
— Ну, куда бы я делась? Пошла бы за вами, конечно.
Стоило этим словам прозвучать, как кожу на запястье обожгло огнём. Арвин убрал руку, и я возмущённо ахнула. На моей белоснежной коже теперь красовалась небольшая татуировка в виде обвитого плющом ключа.
— Что это?! — судорожно начала тереть кожу.
— Ну, вам же нравились нательные печати, — пожал плечами Арвин.
— Они мне нравились
Он ухмыльнулся, усматривая в этой фразе какой-то особый смысл.
— Зато теперь вы можете спасать меня с утра и до вечера, — сообщил он. — Это ключ от завесы, закрывающей лес. Только ни в коем случае не пересекайте её без меня, — предупредил он.
— Мне бы такое даже в голову не пришло, — сказала, с досадой глядя на тёмный рисунок на коже. — А её можно будет свети? — вздохнула я.
— Её можно будет вернуть, — ответил Арвин с улыбкой.
— Ну, если можно вернуть… — протянула я смиренно.
Глава 7
Если этот рисунок будет красоваться на моей коже не всю оставшуюся жизнь, то пусть пока остаётся. Тем более он вполне мог оказаться полезен, с моим-то рисковым работодателем. Чем дольше я смогу сохранять Арвину жизнь, тем больше шансов, что он успеет выдать мне аванс.
— О чём мечтаете, Эрна? — голос Арвина выдернул меня из фантазий о богатстве и вернул в безденежное настоящее.
— О вашей благодетельности… — ляпнула я и почувствовала, как к щекам прилила краска. — То есть… о благополучии вашем, конечно же. Ну, что, идёмте? — кивнула в сторону двери.
Поднявшись с табурета, Арвин накинул сюртук и, вероятно, из вежливости предложил мне руку. Ранен был он, а в опоре почему-то нуждалась я. Что ж, не отказывать же кавалеру.
Замковый холл встретил нас тёплым воздухом, несущим аромат леса. Он цеплялся за одежду, оседал в ноздрях и провожал нас до самой двери, ведущей из параллели в особняк.
— Вы забыли в замке свои вещи, — напомнил мне Арвин.
— Вернусь за ними потом, — отмахнулась я. — Сейчас у меня миссия поважнее.
Например, довести раненого до гостиной, усадить его в кресло и быстренько справиться об обеде. Встала я рано, поэтому утренние пирожки с повидлом давным-давно превратились в приятное воспоминание. К тому же на магию уходило много энергии, а на встречу с молохом так и вовсе.
Арвин устроился у камина в гостиной, а я, минуя прихожую, направилась на кухню. Позади послышалось что-то похожее на стук. Я замерла прислушиваясь.
— Бух-бух-бух, — повторилось сзади, как будто кто-то стучал в дверь.
Паула поблизости видно не было, поэтому я, со вздохом, отложила свой визит на кухню и решила проверить, не гости ли к нам пожаловали. И ведь как чувствовали, именно к обеду.
Но стук в дверь услышала не только я. Арвин опередил меня и уже стоял в прихожей.
— Бух-бух-бух, — настаивал визитёр.
Арвин отодвинул щеколду и распахнул дверь. На пороге стоял порядком припорошенный снегом молодой человек, в тёмном пальто и с квадратной сумкой, перекинутой через плечо.
— Ну, наконец-то, — заявил он, едва дверь открылась. — Я тут полчаса уже долблю. Думал, не дождусь.
— Кхм-кхм, — прокашлялся Арвин, явно непривычный к хамоватым гостям. — Возможно, стоило воспользоваться колокольчиком. Тогда не пришлось бы ждать так долго.