Тамара Михеева – Школа дорог и мостов (страница 53)
– Помнишь, на УиВМ Алехин рассказывал нам о пряхах?
– Ну.
– Что, если дело вовсе не в твоей панике, Рич?
– Что? О чем ты?
– Сбой в книге истин. Лу и Лота. Тимьянова пустошь. Драконы. Закрытые двери. Что, если ты ни при чем? Вдруг это Элоис не хотела нас к себе подпускать? А когда мы все-таки прорвались, да еще и внучку ее увели, она наслала на нас драконов и все остальное.
Кир фыркнул:
– Она кто, по-твоему? Злая ведьма?
– Нет. Она пряха.
Он смотрел на меня недоуменно.
– Ну пряха, Рич! Вспомни, нам Алехин рассказывал! Они тянут нити, меняют мир…
– Нет-нет-нет, – прервал меня Кир. – Ты все неправильно поняла, ничего такого пряхи не могут. Они, наоборот, должны чинить миры, а не драконов насылать, ты что! Какая пряха в здравом уме нашлет драконов, да еще и на свою внучку? Нет, это точно моя паника.
Но я осталась при своем мнении. В Элоис я чувствовала огромную силу, и, кроме того, забрать детей из приюта, дать им возможность учиться в хорошей школе, сделать этот мир чуть лучше, чуть гуманнее и справедливее – разве это не дело пряхи?
Было уже не до споров – мы дошли до стены. Она заходила в воду, и сразу стало понятно, что здесь очень глубоко. Но Кира это не остановило.
– Вернемся, куплю Петру Романовичу самый вкусный тортик, – сказал он, оглядел стену, примериваясь, вытер о штаны руки и полез.
Я вздохнула. Ладно, я тоже, пожалуй, скажу Петру Романовичу спасибо, хотя скалолазание, конечно, не мой вид спорта.
Вообще, стена оказалась довольно удобной для скалолазания – булыжники, подъеденные ветром и дождями, не скользили, пальцам было за что зацепиться. А если сорвемся, то в воду – не страшно, только холодно. Я подумала, что, может, Этьен Гаррэт так и попадал в город в молодости. Не так уж и сложно. Если стражников на стене нет. Я глянула вверх. Стражник был. Скучающим взглядом смотрел на реку и не замечал нас, мелких букашек у подножия стены. Но Киру я все-таки шепнула, чтобы был поосторожнее.
– Хорошо, что приютская роба такого невнятного цвета, – кивнул он.
А ведь и правда! Мы почти сливались с камнем!
Перебравшись на другую сторону (о, воздух свободы! о, ветер странствий!), мы прижались к стене и медленно двинулись вдоль нее. Если побежим, привлечем внимание стражника, он заметит движение периферийным зрением, а так – мы только тени.
Наша кибитка стояла нетронутая на том же месте, где мы ее оставили. Зимние ветра сдернули полог, ливни смыли яркие краски, промочили насквозь одеяла и матрасы, набитые сеном, но было видно, что ни один человек ни к чему тут даже не притронулся.
– Странно, да?
– Может, им запрещено прикасаться ко всему, что приходит с этой стороны, – пожал плечами Кир. – Типа «нечистое». Ну, или потому что мы агибы.
Да, пожалуй, так и есть. И прекрасно! Наша книга лежала под моей подушкой – разбухшая от влаги, уставшая и абсолютно пустая. Ни единой карты, даже картинка с Мией и маяком пропала. Мне было страшно показывать ее Киру, вдруг опять драконов нагонит? Но он, как ни странно, воспринял это спокойно:
– Надо же метку найти. Морского конька и сладости. Тогда и появится.
Я вздохнула. Надоели мне эти метки!
Кир сунул книгу под резинку штанов и вдруг сказал с необыкновенной для здешнего себя тоской в голосе:
– Интересно, как там Савва?
А я подумала про родителей: они уже давно вернулись из Патагонии, а дочь шляется неизвестно где. Какую пневмонию Алехин придумал на этот раз?
– Кир, – сказала я, – мы должны принять какое-то решение. С нами больше нет взрослых, которые могли бы нам подсказать.
Кир помолчал, покусал губу. Уверена: думал про Арса.
– Считаешь, Элоис пойдет с нами?
– Нет, – сказала я. – Поспорить готова, что нет. Ну и точно не сейчас, она сорок детей везет в Алекту. Она же их не бросит. Но нам надо с ней поговорить.
– Замучаемся объяснять, – покачал головой Кир. – Слушай, но ведь мы ее нашли, так? Мы знаем, где она живет и все такое. Мы добыли информацию, то есть фактически выполнили задание. Давай вернемся в ШДиМ, и пусть Алехин решит, что делать дальше. Главное, чтобы хоть одна дверь открылась.
Что ж… я сыта по горло приключениями в этом мире. Я очень устала. Я хочу домой.
– Проводим их – и сразу уходим, – кивнула я.
– Только сначала отыщем Арса в холмах, – бодро сказал Кир.
Пряхи
Усадив в лодку всех желающих отправиться с Элоис в далекую и теплую Алекту, тщетно пробродив весь день в серых унылых холмах в поисках Арса, объяснив Мии, что она не может пойти с нами, мы с Киром двинулись к дворцу наместника Рионелы. Легко и спокойно открыли дверь черного хода и оказались в холле первого этажа ШДиМ, том самом, с кружевными абажурами. Навстречу нам почти бежал Алехин. Наверное, ему сообщила Маат. А может, у него есть какая-то сигнализация, а может… я уткнулась лицом в колени и заплакала. Мы дома! Мы вырвались! Я прекрасно понимала, что мои приключения там не закончены, что мы закрутили какую-то воронку событий и всем нам еще аукнется, да и Арс ведь остался там, и я буду скучать по Мии… но сейчас я – дома.
– Ну-ну, Саша, все, все, моя хорошая, пойдем, пойдем.
Алехин помог мне подняться, и мы побрели в сторону его кабинета. Был вечер, наверное, уже все по комнатам спят, коридоры абсолютно пусты.
Сначала Алехин напоил нас чаем. Потом устроил выговор.
– Я не понимаю, почему вы сразу не вернулись, как только поняли, что книга истин не работает? Ведь ясно же, что что-то пошло не так!
Ему легко говорить, сидя в кабинете! Но Алехин уже и сам понял, что перегнул палку. И отправил меня спать, ура.
Сначала я подумала, что это какой-то выверт пространства. Ну, или психики. Алехин спросил меня: «Ты к ней привязалась?» – и я честно ответила, что да, привязалась, еще как! К ней трудно не привязаться, потому что вся она – искрящийся свет. Я собиралась лелеять эту привязанность к Мии и нашу разлуку вечно (ну, или до следующей фазы, в которую Алехин меня перевел, ибо Элоис-то все же надо соединить с Гаррэтом) и чуть не упала в обморок, когда Мия окликнула меня. Здесь, в ШДиМ!
К этому нас не готовили.
Никто не говорил нам, что герои историй будут шастать за нами в наш мир.
Срывать наши планы.
Задавать такие сложные вопросы.
Я растерялась, но «всегда слушай мастера…». Мастер отправил меня спать. И я повела Мию в свою комнату. Потому что я не знала, что еще могу сейчас сделать.
«Этого не может быть, не может быть, не может быть», – настойчиво стучало в моей голове. Мне показалось, что от этого стука я и проснулась. Мии не было. Я уже готова была выдохнуть с облегчением, но на стуле лежал воротничок ее платья. Видимо, она торопилась, не стала его повязывать. Торопилась куда?! Я вскочила.
И бросилась к Алехину.
У которого уже сидел Кир.
Он снова был собой: мрачноватый, замкнутый, будто всегда занят обдумыванием слишком серьезных мыслей. В этот раз его мысли были об Арсе. Он уговаривал Алехина отпустить нас его искать. Алехин молчал и выглядел по-настоящему подавленным. Ну что ж… сейчас я огорчу его еще больше.
– Мия здесь, – выпалила я без всяких предисловий, пусть испытают такой же шок, как и я вчера.
Насладившись эффектом, я передала все, о чем мы с ней говорили ночью.
Алехин слушал очень внимательно, а потом вдруг попросил рассказать всю нашу одиссею с начала, точнее, с того момента, как в книге истин вместо карты появилась картинка с Мией. И все вопросы у него были теперь про нее.
Что делала Мия?
А что Мия на это сказала?
Тулукт?! (Полез в ящик стола, достал какой-то древний справочник, пролистал, прочитал, присвистнул.)
Драконы?
Погоди, погоди, она выжила в ливневой неделе?!
Я кивнула, и Алехин надолго замолчал. Тарабанил пальцами по столу, смотрел в окно. Потом провел ладонью по лицу, сказал не к месту:
– Арс, Арс, как же ты не увидел…
– Мы его вытащим! – пылко воскликнул Кирилл.
Алехин посмотрел на него странно. И спросил: