Тамара Дулёва – Шёпот белых лилий (страница 9)

Станислав медленно подошёл к другу с аптечкой; в груди жгло раздражение, отчасти из-за того, что Олег привёл сюда брата, отчасти – из-за шутки, вышедшей из-под контроля. Мысль о том, что ещё и его драгоценность пропала, подливала масла в огонь.

– На, – отрезал Станислав и бросил аптечку к ногам друга.

– Ты что, псих?

– А что ты хотел? Я же не целенаправленно тебе втащил. Можно сказать, ты сам это сделал.

Олег задыхался от возмущения. Он больше не хотел разговаривать. Он хотел отомстить: ударить в ответ, но вспомнил, что есть дело поважнее. Когда он в очередной раз взглянул на отражение в камере телефона, Станислав от души посмеялся.

– Что ты, как баба? Если бы нос сломал, то болело бы в разы сильнее. А это пустяк – до свадьбы заживёт.

Олег вскочил с места. Станислав, не замечая, как накаляется воздух, взглянул на разбитый телефон в руке друга.

– Когда ты успел угробить телефон? Недавно же взял.

Олег шумно вдохнул, выдохнул – ему удалось усмирить подступающую ярость. Кусты снова заговорили шорохами – уже ближе. Звук, который они сначала приняли за ветер, приобрёл ритм. Фонарики выхватили из темноты ближайшие заросли – место, откуда доносился шум.

Из кустов на тропинку выскочила белка и застыла. Глаза – два чёрных янтаря – испуганно уставились на парней, хвост дёрнулся – и зверёк бросился дальше, будто убегая от невидимого преследователя. Станислав вздрогнул.

– Вспомнил! – крикнул он и рассказал другу о том, что нашёл Андрея и с ним всё в порядке. Но когда он упомянул о теле животного на дереве, Олег и бровью не повёл. Он снова выглядел таким же собранным, как и всегда, предложил сходить за братом и обсудить, что делать дальше, всем вместе.

– Нет.

– Что значит «нет»?

Впервые Станислав вёл себя так, впервые возразил ему. Раньше в компании все прислушивались к нему. С горечью Олег ощутил, что теряет авторитет.

– Я сам схожу. Я ведь знаю, где Андрей. А ты останься тут и подожди Мишаню. Знаешь же, какой он у нас тревожник.

– Брось. Пойдём вместе.

– Незачем. Тут недалеко. – Станислав махнул рукой и двинулся в тёмные заросли. Тропинка поглотила его силуэт, ветки хвои заскрипели под ботинками.

Олег всё равно пошёл за ним. Он не мог позволить другу остаться наедине с братом, ведь помнил, как странно тот вёл себя в последнее время, и опасался его непредсказуемости.

Прошло несколько минут. Боль в носу не стихала, ветер обжигал кожу. Олег сжал кулаки. В груди клокотала ярость. Он решил: сейчас или никогда. Подкравшись к Станиславу со спины, он открыл рот и хотел было что-то сказать, как вдруг они увидели Андрея перед собой.

Юноша с интересом разглядывал что-то на земле. Его сутулая фигура застыла, словно статуя. Олег почувствовал тревогу и осторожно подошёл ближе. Он мягко коснулся плеча брата. Андрей обернулся. В приглушённом свете Олег увидел его бледное, как мел, лицо.

– Не смотри, – прошептал Андрей одними губами, хватаясь за рукав ледяными пальцами. – Не смотри туда.

Но Олег посмотрел – и отшатнулся, едва слышно охнув. Теперь он ясно увидел то, что скрывала полутьма.

– Миша?.. Миша! – крикнул Олег, опускаясь на землю.

– Я не учился в мединституте, но могу предположить, что он мёртв, – заключил Андрей, почесав голову.

Олег судорожно пытался привести друга в чувства, хотя понимал – всё бесполезно. Множественные ножевые ранения изуродовали тело, куртка превратилась в кровавое месиво. Глаза были широко раскрыты, застывший ужас навсегда запечатлелся в них.

Мысли Андрея текли дальше:

– Нет… Не просто умер. Она сказала, его убили. Как и её тогда.

Стас, всё это время державшийся в тени и молча наблюдавший, рванул к Андрею. Наконец пазл в голове собрался. Тратить время на разговоры он не собирался.

– Это был не он! Он не мог! – в защиту брата выкрикнул Олег. В голосе – ужас и непримиримость.

Он резко ударил Станислава плечом в спину, чтобы оттолкнуть, но движение оказалось сильнее. Друг потерял равновесие и упал, ударившись головой о старый пень. Мир поплыл перед глазами, а после – вовсе потускнел.

Что-то блеснуло у руки Олега, но он вовремя увернулся. Отступив, он понял: это был нож. Андрей смотрел на него затуманенным взглядом, а после повернулся в сторону – к темноте между деревьев. Он заговорил ровным, чужим голосом, будто отвечая на чей-то невидимый шёпот:

– Тогда в этом походе есть смысл. Тогда я понимаю, почему он просил сделать это.

– С кем ты разговариваешь?

Андрей хмыкнул и отрезал, не глядя:

– Замолчи. Я не с тобой говорю. Ещё раз – для чего он так поступил?

– Там никого нет. Очнись же! Ты взял лекарства с собой?

– Таблетки… Эти таблетки, – Андрей усмехнулся и направил остриё на брата. – Разве они мне помогут? Ты ведь заменил их на пустышки.

Олег обомлел. Тот продолжил говорить в пустоту:

– Да, он всегда был жадным.

Станислав очнулся – и мгновенно почувствовал сильную головную боль. С трудом он поднялся на ноги, едва не упав. В руке, которая только что была пустой, оказался булыжник. Сквозь мутную пелену перед глазами он распознал Андрея. Тот склонился над неподвижным Олегом, в руке блеснула сталь – занесённый нож.

– Ей тут одиноко. Она будет рада твоей компании. Она – единственная, кто хочет видеть тебя. Настоящего.

В Стасе что-то надломилось: разум уступил место первобытному, животному инстинкту. Не думая, не рассуждая, он обрушил камень на голову Андрея. Звук был громким, хрустящим. Андрей рухнул на Олега, как подкошенный. Юноши затихли. Лес шумел. Сырая земля вокруг была испещрена следами борьбы, пахло кровью и прелой листвой.

– Что ты сделал?! – Олег с трудом скинул с себя тяжёлое, безжизненное тело брата. Проверив пульс на шее Андрея, он содрогнулся. – Он… он мёртв! Не должен был он так… Что мне теперь делать?!

– Я… я понимаю. Он был твоим братом, но ты же видел! Видел ведь?.. – Станислав задыхался, дрожа всем телом. Холодный, влажный воздух проникал под кожу, зубы стучали. – У меня не было… выбора. Не было выбора. У меня не было выбора.

Олег схватился за голову, всё происходящее казалось бредом. Стас направил фонарик на Мишу. Слёзы, которые он пытался сдержать, хлынули неудержимым потоком, когда рядом с распростёртым телом он заметил резной скол от рукояти. По спине пробежал холод, в голове помутилось от ужасающего осознания: друг был убит его новым ножом. Обыскав траву вокруг Миши, он не нашёл лезвия. Близ Андрея юноши обнаружили кухонный нож – тупой, не способный оставить такие раны. Олег хотел забрать его, но Стас оказался быстрее.

Передвигать трупы никто не осмелился. Когда оцепенение отпустило юношей, они приняли решение направиться в лагерь. До него было недалеко – от силы несколько минут ходьбы. Они поняли: им обоим нужно как можно скорее прийти в себя и обсудить, как быть дальше. Здесь больше нельзя оставаться.

Проходя мимо поваленного дерева, Станислав заметил в траве блеск. Это оказался телефон Михаила. Наклонившись, он поднял его и включил. Сердце пропустило удар – экран вспыхнул, на нём тут же отобразились заметки.

– Аней за мной. Я видле как о, – пробубнил Стас.

Олег наклонился, чтобы прочитать то, что так заинтересовало друга, но тот вздрогнул и чуть не выронил устройство из рук.

– Что там написано? Отдай мне!

Выхватив телефон, он пробежался глазами по тексту. Стас помрачнел ещё сильнее.

– Он не говорил, что у него есть девушка.

– Ты о чём?

– Ну, он про какую-то Аню написал.

Олег ничего не ответил. Они двинулись дальше.

Вскоре юноши подошли к палаткам. Станислав, раненый и исцарапанный, с горечью взглянул на товарища.

– Как мы теперь без него?.. Не могу поверить в то, что это и правда произошло…

По лицу Олега пробежала судорога, исказив черты в гримасе неприкрытой ненависти. Глаза налились кровью. Стас этого не заметил – он раз за разом прокручивал в голове последний разговор с Михаилом. Ком в горле мешал дышать, губы дрожали в беззвучном рыдании.

– Не верь ему! – Голос Михаила раздался так отчётливо, что Станислав оглянулся по сторонам – никого.

– Что с тобой?

– Ты слышал? – прошептал он, приблизившись к другу.

– Что?

Ответа не последовало.

– Ну? О чём ты?

– Не верь ему! – тихий, но отчётливый звук прозвучал прямо в голове, и Станислав вздрогнул, как от удара током. Светя фонариком в разные стороны, он резко оборачивался, пытаясь выхватить из темноты хоть что-то, намекающее на опасность, но так и не заметил ничего, кроме колышущихся крон и изогнутых веток. Олег замер, молча наблюдая за ним.