Таманцев Андрей – Закон подлости (страница 7)

– Чем тебе не угодила моя крошка? Ты в курсе, что чем заметнее машина, тем меньше она вызывает подозрений? К тому же, Крис не знает, что у меня за тачка! – и я с вызовом несколько раз выжимаю педаль газа для наглядной демонстрации способностей моей «старушки».

– Ладно-ладно! Сдаюсь. – подруга небрежно машет рукой, усаживаясь на соседнее сиденье, и начинает сканировать меня цепким взглядом. – Ты что, собралась на детский утренник?

Это она про моё короткое лёгкое платье с россыпью вишенок. Но и на улице сегодня печёт нещадно.

– Ну прости, что не вырядилась, как Лара Крофт! – подмигиваю с издёвкой, а у самой от предвкушения в крови начинает бурлить адреналин.

Это волнующее состояние окунает меня в детские воспоминания. На мой десятый день рождения мы с родителями отправились в Диснейленд, где я испытывала схожие чувства.

Вот до запуска поезда американских горок остаются считанные секунды, и я сильнее сжимаю поручни, хотя надёжно пристёгнута. Сердце бешено колотится где-то в районе горла в ожидании старта, но это не страх, нет. Так выглядит столкновение с неизвестностью. Вот поезд трогается, и все мысли махом исчезают, оставляя лишь восторг. Тело то парит в состоянии невесомости, то прижимается к спинке сиденья с неимоверной силой, погружая в разнообразный спектр ощущений.

Пожалуй, я всегда была немного повёрнутой на экстриме. Тогда я впервые побывала в Калифорнии и влюбилась в местный климат, зелёные пальмы, залитые солнцем проспекты. Мне казалось, что жители там улыбчивее, чем в хмуром Нью-Йорке, где из-за небоскрёбов и солнца видно не было. Ещё тогда я про себя размечталась: «Вот бы жить в таком месте!» Забавно, но моё желание исполнилось, пусть и в несколько извращённой форме. И на другом конце континента.

Тут по радио начинает играть песня «Policeman6» в исполнении Евы Симонс. Готова поспорить, мы с Джилл думаем об одном и том же, и она подтверждает мою догадку вопросом:

– Как поживает твой горячий коп?

Мне не очень нравится разговаривать на эту тему, потому что всякий раз, когда думаю о Максе, мои щёки начинают непроизвольно гореть, выдавая меня с потрохами. Не хочу расспросов, ибо рассказывать нечего.

– Ой-ёй… Лиииил! – картинно тянет подруга.

Бросаю взгляд в боковое зеркало, якобы оценивая дорожную обстановку, а на самом деле – чтобы скрыть эмоции. Или, может, лучше выговориться, чем держать всё внутри? Вдруг Джилл даст дельный совет и поможет избавиться от навязчивых фантазий, в которых мы с боссом занимаемся всякими непристойностями?

– Меня тянет к нему. Не понимаю, что во мне изменилось? Ты же знаешь, мне всегда нравились смазливые блондины-качки, любившие целовать свои бицепсы больше, чем меня. А он… Такой взрослый, мужественный, рассудительный, неприступный, загадочный. То он серьёзный и холодный, словно ледяная глыба, то милый и даже игривый, – запинаюсь, ибо чаще он игривый с Кейт, а не со мной.

– А его к тебе тянет?

Молча пожимаю плечами. Как я могу ответить на этот вопрос? Порой кажется, что да, а порой – что нет.

– Слушай, ну и забей на него! Вообще, от этих мужиков одни проблемы. Посмотри, что происходит с Мел! А мой вчерашний спаситель… – она переводит печальный взгляд в окно. – Так и не позвонил. Наверное, взял номер телефона ради приличия.

Подруга обречённо вздыхает, а потом откидывает солнцезащитный козырёк, рассматривает своё отражение в зеркале, взбивая распущенные волосы, и заявляет (больше себе, чем мне, видимо):

– Всё, решено! На ближайшее время моим единственным мужчиной, которому я отдам всю свою любовь и заботу, будет Бинго.

С сомнением закатываю глаза. Сейчас в ней говорит задетое самолюбие. Понимаю её, как никто другой. Ну почему меня не привлекает молодой офицер Хью, который ежедневно оставляет на моём столе шоколад или конфеты и поджидает у входа, чтобы пожелать доброго утра и услужливо открыть дверь? Даже детектив Коллинз, старый извращенец, не может оторвать липкого взгляда от моей груди, когда бы я ни проходила мимо. И только для одного человека в здании я не более, чем сотрудница. Лишь однажды я поймала его на разглядывании своей персоны. Этот мимолётный эпизод произошёл в тренажёрном зале, оплачиваемом Департаментом.

ФЛЭШБЕК

Уже почти час бегу без остановки под бодрящую музыку из наушников. Обожаю эту эйфорию, вызываемую борьбой со своей слабостью. Кажется, что сердце вот-вот выскочит из груди. Где-то под рёбрами начинает покалывать, потому что я не уделила разминке должного внимания, и теперь кровь попросту не успевает разгоняться по организму. Но стоит свыкнуться с этой пиковой нагрузкой – и сердце выравнивает ритм. По телу разливается тепло, и благодаря выбросу эндорфинов у меня открывается второе дыхание.

Смотрю на себя в зеркале напротив и безумно горжусь. «Трудно победить человека, который никогда не сдаётся», – пожалуй, эта надпись на сегодняшнем стаканчике с кофе из Starbucks станет моим девизом по жизни.

Ни с того ни с сего по моему затылку прокатывается жгучая волна. Так случается, когда ощущаешь на себе чей-то пристальный взгляд. Не прерывая бега, через зеркало начинаю искать «объект» и нахожу его. Макс, одетый в белую футболку и спортивные шорты, делает вид, что слушает подошедшую к нему девушку, а сам не отрывает от меня глаз. Почему не отводит взгляд, как это обычно бывает? Не знаю, сколько бы продолжалась наша игра в гляделки, если бы я случайно не оступилась. Моё падение было бы фееричным, если бы не страховочный трос беговой дорожки, прицепленный к легинсам! Почувствовав крепкий захват на своей талии, в изумлении оборачиваюсь.

– Ты в порядке? – спрашивает босс, обеспокоенно разглядывая мои ноги.

Расплываюсь в очаровательной улыбке:

– Нет, ты точно Эдвард Каллен! Как ты смог так быстро подбежать ко мне?

– Не одна ты занимаешься бегом, – подмигивает Кроу, одарив ответной улыбкой.

Он что, заигрывает со мной? Или мне показалось?

Продолжая удерживать меня, он опускает взгляд к ложбинке на моей груди и медленно возвращает обратно к глазам. Молча смотрит несколько секунд, а затем резко отодвигается, будто очнувшись.

Показалось, значит.

– Привет, девочки! – вздрагиваю от голоса Мелиссы, и мне приходится встряхнуть головой, чтобы туман воспоминаний рассеялся, и я вновь начала трезво мыслить.

Мы договорились подобрать Мел возле кофейни на Оушен драйв недалеко от её жилого комплекса. Она ещё утром отвезла детей к маме, а Крису сказала, что проведёт день с нами, раз их планы изменились.

Оборачиваюсь, чтобы рассмотреть её, и не могу не удивиться:

– Вы сговорились с Джилл?

Она вся в чёрном, длинные волосы собраны в высокий хвост, чего она обычно никогда не делает, губы накрашены алой помадой, а завершает образ макияж «смоки айс». Джилл присвистывает, на что Мел стервозно ухмыляется:

– Что бы мы сейчас ни выяснили, я должна выглядеть так, чтобы утереть нос этой сучке. Не зря же два часа в салоне проторчала!

– Дай пять, крошка! – мои подруги обмениваются приветственным хлопком ладоней. Ведут себя как дети, ей-богу.

Дожидаемся, когда Крис выйдет из дома и сядет в свой чёрный BMW, и только потом трогаемся сами. На всякий случай держимся в трех машинах от него, направляясь к побережью. Подмечаю, что он не особо торопится к своей любовнице, но не произношу этого вслух, дабы не давать Мел ложных надежд.

Проезжаем мимо многострадального клуба «E11even», и Джилл оживляется:

– С понедельника выхожу на работу. Вчера босс звонил, оповестил, что убийство девушки не имеет никакого отношения к клубу, и мы можем спокойно работать дальше. Уф-ф… Такой камень с души упал, честное слово! Лили, а ты в курсе подробностей? Полицейские напали на след убийцы? – лучшая подруга выжидательно смотрит на меня, и я понимаю, что сейчас наиболее подходящий момент для новости.

Приложив максимум усилий, чтобы не покраснеть от вранья, выкладываю:

– Тут такое дело. Вы были правы, когда говорили, что полиция – это не моё, и я решила не терять времени и поступить в универ на другую специальность.

Кошусь в их сторону, чтобы оценить реакцию, и слышу вселенский вздох облегчения.

Джилл кидается меня обнимать с радостными возгласами, Мел сзади обхватывает мою шею так, что я начинаю задыхаться от нехватки воздуха.

– Я, конечно, знала, что вы были против моей работы в полиции, но чтобы настолько! – потираю шею, высматривая BMW Криса, поскольку мои безумные подруги на несколько мгновений закрыли весь обзор.

– Лили, это лучшая новость за сегодня! Не представляешь, как я рада! – восклицает Мел, сложив ладони в молитвенном жесте.

Мысль о том, что обо мне переживают, невероятно греет душу. Эх, если бы они только знали. Надеюсь, когда-нибудь девочки простят меня за ложь.

Сворачиваем с Брикелл-авеню и наблюдаем, как машина Криса тормозит у ресторана «Komodo», довольно модного местечка в Даунтауне. Была там с папой на прошлой неделе перед его очередным отъездом. Странный выбор для встречи с любовницей. Это, скорее, семейное заведение, в котором стоит шум и гам. Вряд ли такая обстановка поможет настроиться на интим.

Мне необязательно поворачиваться, чтобы ощутить волны напряжения, исходящие от подруги. Ждём, пока объект слежки припаркуется и зайдёт внутрь, и следуем за ним. Я тоже надеваю солнечные очки, чтобы подыграть девчонкам в их желании замаскироваться и не провалить наш «шпионаж».