Таманцев Андрей – Закон подлости (страница 10)

Покончив со съёмкой, возвращаюсь к кабинету и, дойдя до двери, слышу, как Макс с кем-то разговаривает. Воровато осматриваюсь по сторонам, чтобы убедиться, что никто не уличит меня в подслушивании, и прислоняюсь ухом к щели.

– Давай ты не будешь устраивать истерик! – почему-то представляю, как он стоит у окна, убрав одну руку в карман брюк, и хмуро смотрит вдаль. – Это временно, – пауза. – Я ничего тебе не обещал! – снова пауза, во время которой я явственно слышу женские вскрики из динамиков его сотового. И теперь хмурюсь я, поскольку этот монолог напоминает ссору влюблённых. У Кроу кто-то есть? Это объясняет его холодность ко мне. А его заключительная фраза подтверждает мои догадки: – И да, не забудь перевезти свои вещи.

– И чего мы тут уши греем? – отскакиваю от стены как ошпаренная, услышав хорошо знакомый голос.

– Зачем так пугать, папа! – кричу шёпотом, прижимая ладонь к груди, чтобы унять сердцебиение.

Отец стоит, сложив руки на животе и всем видом показывая, насколько он мной недоволен.

– Дочь, сказать, как это выглядит со стороны?

– Я… Пап… – бросаю на него беспомощный взгляд, беспокойно перебирая пальцами прядь волос. – Если к замочной скважине не подходит ключик, приходится пользоваться отмычкой. Понимаешь, о чём я?

Недоумённо сдвинув брови, папа со вздохом берёт меня за плечи и, глядя прямо в глаза, чеканит:

– Лили, ты уже взрослая девочка, чтобы учить тебя жизни, но послушай совет: прежде чем брать в руки отмычку, убедись, что тебе нужно то, что находится за закрытой дверью. Понимаешь, о чём я? – мы испепеляем друг друга взглядами ещё несколько долгих секунд, а потом он отпускает меня и уходит дальше по коридору.

Смотрю отцу вслед, осознавая, что он прав. Для чего я понапрасну сотрясаю воздух и тешу себя романтическими иллюзиями? Макс, возможно, чужой мужчина, а я положила на него глаз. Уму непостижимо.

В расстроенных чувствах вхожу в кабинет и молча марширую мимо босса к своему рабочему месту. Швыряю сумку на подоконник и плюхаюсь на стул, который от резкого движения откатывается и с грохотом ударяется о стену. Ну что сказать, быть незаметной – не про меня. Ощущаю на себе пристальный взгляд похитителя моих грёз, но делаю вид, что мне плевать, и включаю ноутбук, который мне любезно предоставили спустя два дня стажировки.

Занимаю себя поиском статей на тему сатанизма, сект и ритуальных преступлений, пытаясь понять, что движет Демоном. Вдруг в правом нижнем углу экрана всплывает окошко входящего сообщения.

Эдвард: «Я стащил твою шоколадку:) Не заметила?».

На секунду теряюсь, потому что это наша первая переписка, и я напрочь забыла переименовать Макса в списке контактов нашего корпоративного мессенджера. Шоколадного батончика от Хью действительно нет на столе. Включаюсь в игру.

Я: «Зря! Я злая, когда голодная».

Эдвард: «Твоя злость мне сегодня понадобится;)».

Окидываю босса любопытным взглядом и сталкиваюсь с его прищуренным. Он сидит, склонив голову набок, и в открытую изучает меня, будто хочет просверлить дыру в моей голове и увидеть сквозь неё мысли. Возвращаюсь к клавиатуре:

Я: «Зачем?».

Эдвард: «Увидишь. У тебя с собой спортивная одежда?».

Я: «Да».

– Что с тобой?

Начинаю печатать ответ, но до меня вовремя доходит, что Кроу задал вопрос вслух.

– Ты о чём?

– Обычно твои ответы состоят больше, чем из пары слов.

– Допустим, сегодня не совсем обычный день. А что насчёт тебя? У тебя самого всё в порядке?

– Почему у меня ощущение, что в твоём вопросе какой-то скрытый смысл?

Поражаюсь его грёбаной проницательности. Если на моём лице выведены субтитры внутреннего состояния, то по его беспечному виду и не скажешь, что он расстроен размолвкой с любимой девушкой. Железный человек! Или она нелюбимая?

– Макс, люди здороваются, спрашивают друг у друга: «Как дела?». Это называется этикет. Не ищи подвоха там, где его нет.

– Я бы не искал, если бы ты сейчас не пролетела мимо меня, как гарпия, сама же нарушив этот свой «этикет», – хмыкает босс, откинувшись на спинку кресла. – Знаешь, Лили, если ты хочешь работать в полиции, то должна научиться считывать мимику и жесты людей. Пригодится, – от моего внимания не ускользает его многозначительный тон.

– Макс, тебя мистер Батлер ждёт внизу! – в приоткрытой двери появляется улыбающаяся Мэгги. Она переводит лучистый взгляд с Кроу на меня и подбадривающе подмигивает.

– Лили, будь готова к двенадцати, – босс, с лёту надевший маску серьёзного следователя, пристёгивает кобуру, накидывает пиджак и быстрым шагом выходит за дверь.

***

– А другой спортивной одежды у тебя нет? – Макс, ожидающий у входа в женскую раздевалку, мрачно оценивает мою внешность.

– По-твоему, я должна носить в сумке кимоно? Это обычная одежда для фитнеса! – тут я, конечно, лукавлю.

С тех пор, как мы с Кроу начали периодически сталкиваться в тренажёрном зале, я стала надевать крошечные шорты, непозволительные для Департамента полиции, и короткий спортивный топ с эффектом пуш-ап, выгодно подчёркивающий мои верхние округлости. Кто же знал, что именно сегодня утром я перестану хотеть его соблазнять.

Сам он одет в лаконичные светло-серые спортивные штаны и белую майку-борцовку. Бог мой, да сквозь неё просматриваются даже мышцы его пресса! Это насколько же они выпуклые… И твёрдые наверняка.

Макс торопливо берёт меня за руку и тянет за собой мимо разных секций огромного спорткомплекса, в котором тренируются профессиональные борцы. С большого красочного плаката на стене нам улыбается Сильвестр Сталлоне, а в комикс-облачке, вылетающем из его рта, заключён слоган: «Если нет ветра, беритесь за вёсла»! Мысленно высовываю язык папе, перефразировав эту фразу на свой лад: «Если нет ключа, бери отмычку»!

Судя по тому, какая тишина повисает в залах, мимо которых мы проходим, шорты производят нужный эффект. Совру, если скажу, что такое внимание не тешит моё самолюбие. В конце концов, я свободная девушка.

– Ты слышала что-нибудь о крав-мага? – в голосе спутника лёд. Он что, сердится?

– Да, в академии пару раз ходила на пробные занятия, но в итоге остановилась на джиу-джитсу. Этот вид боевого искусства мне ближе.

– И что же тебя зацепило в джиу-джитсу?

– Люблю легенды, тайны, загадки… Один японский мудрец однажды заметил, что в сильную бурю ветки высоких деревьев сломались, а ветки ивы прогнулись, но уцелели и после бури поднялись. Из данного наблюдения и родился основной принцип этой техники: «Не идти на прямое противостояние, чтобы победить», – вещаю тоном профессора, чем явно озадачиваю своего босса.

– То есть для победы нужно поддаться противнику? Он же уделает тебя в два счета!

– Мне кажется, или ты бросаешь мне вызов?

Кроу оставляет мой вопрос без ответа. Мы как раз заходим в пустой просторный зал с большим борцовским ковром по центру. Он молча встаёт в середину жёлтого поля в боевую стойку, хитро подзывая меня обеими руками. Я принимаю его приглашение и не спеша двигаюсь к нему, впопыхах собирая волосы в высокий пучок. Его призывный взгляд вызывает у меня улыбку. Что он затеял? Хочет проверить мои способности?

Останавливаюсь в двух шагах от Макса и, немного пригнувшись, совершаю бодрый выпад вперёд, чтобы он отклонился, и я смогла сделать подсечку. Конечно, наивно было полагать, что я одним махом сражу противника наповал. Он проворно перехватывает мою руку и разворачивает к себе спиной, делая удушающий захват. Стараюсь отогнать от себя непрошеную мысль о близости мужского тела, но это чертовски сложно. Босс до того крепко прижимает меня к себе, что я чувствую его горячее дыхание возле уха.

– Твоя главная ошибка: никогда не нападай первая. Лев всегда сначала обходит свою жертву, чтобы оценить её поведение, – бархатистый полушёпот будоражит до того сильно, что из моей головы мигом выветриваются все разумные мысли.

Кроу странно на меня влияет, напрочь отключая левое полушарие мозга, отвечающее за логику. Надеюсь, у меня хотя бы нет сердечек вместо зрачков, как в том детском мультике?

Скрещиваю ноги и, резко крутанувшись, высвобождаюсь из крепких тисков. Слегка подпрыгивая на месте, наклоняю голову вправо и влево, чтобы расслабить напряжённые мышцы. Макс ухмыляется, забавляясь нашей вознёй, а во мне разгорается ещё большее желание уделать его. Желание доказать, что меня можно и нужно воспринимать всерьёз.

Мы начинаем переступать по кругу, не отрывая друг от друга глаз. В его взгляде искры веселья, распаляющие азартный огонь внутри меня до пожара. И тут босс совершает фатальную ошибку, опустив глаза к моим губам. Оттопырив большой палец правой руки, я с шумным выдохом наношу прямой удар по незащищённой шее, вынуждающий его отпрянуть назад. Пользуясь коротким замешательством, хватаю Макса за правую руку и выкручиваю так, что он сгибается пополам. И в ту секунду, когда мне начинает казаться, что победа за мной, он свободной левой рукой обхватывает мои ноги, поднимая их вверх так, что я падаю на пол. Дёргаю Кроу на себя и немедля перепрыгиваю через него, усаживаясь верхом и одновременно фиксируя его руки своими коленями.

– Да! Я тебя сделала! – заливисто смеюсь, крайне довольная собой.

– Лили! – Макс тоже хохочет. – Что это за смесь приемов рукопашного боя?

– В любви и на войне все средства хороши. Ты разве не знал? – опираюсь на руки по обе стороны от его головы и, наклонившись к лицу, шепчу: – К тому же, ты не дослушал принцип джиу-джитсу до конца. Нужно уступать натиску соперника, направляя его действия нужным тебе образом, пока он не окажется в ловушке. И тогда… – склоняюсь ещё ближе, замирая над губами. – Обратить силу врага против него самого.