Тальяна Орлова – Соблазн двойной, без сахара (страница 4)

– Она на тебя что? – Андрей Николаевич уже выходил из кабинета и полностью озвучил мое же изумление.

Однако счастливый вид его друга намекал на то, что тот несколько преувеличивал. Я от неожиданности подскочила на ноги и выпалила, хотя прямого предложения мне еще не поступало:

– Простите, я не могу. У меня сводка за квартал!

Но Андрей Николаевич почему-то смотрел на приятеля и начинал улыбаться – кстати, это был первый раз, когда я видела на его лице намек на улыбку. А потом пожал плечами и обратился ко мне:

– Ее и завтра можно сдать, если не успеешь сегодня. Иди, Анна, пообедай спокойно. Я же не тиран какой-нибудь.

И мне даже не дали возможности ответить – схватили за локоть и потащили к выходу. Да что же такое происходит? И Константин Сергеевич будто обрадовался, правда, с каким-то подчеркнутым задором:

– Ты так офигенно ввернула, что я не твой непосредственный начальник – я прямо впечатлился. Ну, раз не начальник, то почему бы нам и не пообщаться разок без статусов. Да не бойся ты меня так! Просто пообедаем. Интересный у тебя характер, хочется поближе разглядеть.

Я смогла справиться с дыханием, только когда мы оказались на крыльце:

– Константин Сергеевич!

– Во, а давай за пределами офиса просто по имени? Это вообще адова конструкция выйдет!

Я не имела представления, что он несет. В мужчине явно разгорелся какой-то азарт – то ли поставить меня на место, то ли поиздеваться. Выхватила у него свой локоть и остановилась. Он развернулся и посмотрел в глаза.

– Анют, ты почему так смущаешься? Я наглею, но это свойство природы, ничего не могу с этим поделать. Собираюсь просто пообедать с тобой, тут в пяти минутах ресторан – отличные бизнес-ланчи…

– Зачем вам это? – я действительно смущалась, поэтому оставалось только удивляться, что я еще способна что-то говорить.

– Потому что мы неправильно начали! На сто процентов уверен, что ты эту речевку со вчерашнего дня придумывала. Значит, обиделась. А раз обиделась – значит, есть что мне сказать. Зачем злиться, если можно поговорить? В неформальной обстановке как выскажешь мне все накипевшее – и сразу полегчает. Корпоративный дух и все такое.

Я только ресницами хлопала, не представляя, как еще можно реагировать. У него очень открытая улыбка, красивое лицо – и он прекрасно об этом осведомлен, потому и ведет себя так, словно никогда слова «нет» не слышал. Но и говорил такое, чего я не ожидала от него услышать:

– Хочу просто пообедать. Можно, я приглашу тебя составить компанию? Чтобы завтра утром в офисе ты меня встречала не заготовленными тирадами, а самым обычным «Здравствуйте».

Ему будто бы действительно было важно услышать мое мнение. Я неуверенно кивнула, потому что на такую искреннюю просьбу надо было бы придумывать стоящую причину для отказа.

Ресторан, действительно, оказался поблизости. Константин Сергеевич словно отвлекал меня от напряжения, почти постоянно что-то рассказывая:

– Мы с Андреем часто здесь обедаем. Он сейчас, наверное, злится, что его не позвали. Кстати, а почему мы его не позвали? А, точно! Тогда бы ты смущалась еще сильнее. А нам же аппетит нужен, а не напряжение.

Официант поприветствовал его по имени-отчеству, и Константин Сергеевич показал мне на столик возле стены. Ну, бизнес-ланч так бизнес-ланч. Вроде бы никакой катастрофы. Интересно, мне кусок-то в горло полезет?

Подали довольно быстро, я и эти пять минут не знала, куда деть глаза. Затем Константин Сергеевич спросил неожиданно серьезно:

– А вот теперь говори – выскажись. Обещаю, что не припомню.

Я собиралась с духом, делая вид, что слишком сильно увлечена рагу. Блюда в самом деле были вкусными – притворяться не пришлось. Зато я использовала это время, чтобы тщательно обдумать ответ. Подняла глаза, но не смогла долго смотреть прямо. Подхватила салфетку и затеребила ее в пальцах.

– Во-первых, – начала осторожно, – хочу сказать, что мне очень нужна эта работа, поэтому конфликтовать с кем-то, включая вас, я не намерена.

– Мы и не будем конфликтовать. С чего ты взяла?

– С того, как вы иногда… давите. Я понимаю, что могу вас чем-то раздражать, но я не делаю это специально. И любое замечание готова выслушать и принять. При условии, что оно не будет похоже на издевку.

– Ошибаешься, Анют. Ты меня совсем не раздражаешь.

Я мельком глянула на него – едва заметная улыбка и сосредоточенный взгляд.

– Но моя одежда…

– А, да. Одежда раздражает. Не ты. Ты без одежды вообще бы не… о чем это я? – он сам же усмехнулся. Наверное, шутит по инерции. Это сорт людей такой.

Но я решила, что корчить из себя королеву неуместно, поэтому тоже сделала шаг навстречу:

– Обещаю, что постараюсь пересмотреть стиль. Со временем. Это все, вопрос исчерпан?

Поскольку пауза затянулась, я снова посмотрела на его лицо. А он будто бы именно этого и ждал:

– Итак, я понял две важные вещи: тебе очень нужна эта работа, и ты стеснена в средствах. Все правильно?

Мои щеки снова начали пылать.

– Нет-нет, посмотри на меня. – Он вдруг протянул руку и беспардонно тронул пальцами мой подбородок, вынуждая поднять лицо. Пальцы тотчас убрал. – Это будет большой наглостью с моей стороны, если я буду использовать эту информацию в своих интересах?

– Как использовать? – испугалась я. – Каких еще интересах?

– Пока не определился. Да не бойся ты меня так! Твоя стеснительность порождает в мужчинах желание бить себя кулаками в грудь и орать, что убил мамонта. Шикарное оружие. Но не злоупотребляй.

– О чем вы?! – я начала злиться от непонимания.

Но Константин Сергеевич приподнял обе ладони вверх:

– Стоп, опять не туда свернули. И, Анют, можешь звать меня по имени, пока не в офисе. Серьезно.

– Вряд ли я смогу. Вы хоть и не мой босс, но все же босс. А я подчиненная.

Он наконец-то перестал прожигать меня взглядом, откинулся на спинку стула и потянул за воротник рубашки, как будто ему стало жарко.

– Ох, Анют. Эта твоя покорность подчиненной уж точно не облегчает мне задачу. Все, сменим тему. Можешь и меня спросить о чем угодно, чтобы в тишине не сидеть.

Его намеки никак не оформлялись в голове законченными мыслями, но я была согласна сменить колею разговора на любую другую:

– Как давно вы знакомы с Андреем Николаевичем?

Он ответил легко и без паузы:

– Друзья детства. И в институте вместе учились. Самые близкие люди, полное доверие и все такое, что принято перечислять в подобных темах.

– Это здорово, – сказала я, чтобы что-то ответить. – И немного удивительно. Вы очень разные.

– В этом и есть смысл, – он снова улыбнулся. – Друзья и не должны быть копиями друг друга. Хорошо, когда они совпадают в чем-то важном – это основа взаимодействия, но и нужно, чтобы в деталях они расходились. Мы ни за что не потянули бы такой бизнес, если бы не умели друг друга дополнять и делегировать обязанности. Андрей – талантливый планировщик, он с ходу просчитывает все варианты развития событий и анализирует все мелкие детали. Я хорош в переговорах… Тебе действительно это интересно?

– Да, – честно ответила я. – И спасибо за откровенность. Вы сейчас как описали – и сразу стало понятно, что у меня с подругой такие же отношения. Совпадаем в главном: в отношении к важным вещам, а по характерам – прямые противоположности.

Он чуть подался вперед и уперся локтями в стол:

– Та самая подруга, которая устроила тебя на собеседование?

– Она.

– С меня бутылка шампанского, – он махнул официанту, чтобы подошел. – Ей. Не тебе.

Я вновь опешила:

– За что? Не надо!

– Это наши с ней личные отношения, ты не вмешивайся.

– Но вы ее даже не знаете!

– До сих пор меня это ни разу не останавливало.

На столе появилась бутылка, упакованная в бумажный пакет с ручками. Я пока понятия не имела, как буду объяснять Кате, за что такой презент. В любом пересказе прозвучит абсурдно.

Но Константин Сергеевич не позволял мне углубиться в размышления, постоянно меняя тему:

– Итак, с твой точки зрения, я наглый хам?

– Не совсем так, – я немного слукавила, но улыбку не удержала. Все же его бронебойная прямолинейность впечатляла.

Но он не обратил внимания на мой ответ: