Тальяна Орлова – Дракон, демон и другие учебные проблемы (страница 12)

– Хватит и десяти, – обрадовал он. – Как раз по пятаку за каждый месяц обучения.

Мирта вскрикнула, а затем сразу охнула. Напрасно она мне весь путь напевала, что выручила целое состояние – должно быть, втайне надеялась, что эта сумма покроет все расходы до самого диплома. А улыбчивый член приемной комиссии пока нас не добил, чем теперь и занимался:

– Еще по золотому – оплата проживания и питания. Вам же нужны места в общежитии? Всем нужны, кто на платные специальности идет – зачем же отсюда уходить, особенно когда время поиска и построения глазок сильно ограничено? Еще по золотому – на книги и канцелярские принадлежности. Ну, и личными вещами вас здесь никто снабжать не станет – ваша подруга ведь не собирается идти на лекции в этих деревянных башмаках? По моим прикидкам, на эту сумму можно благополучно прожить месяц лишь одной из вас.

Служанка забилась на стуле, будто бы изображала припадок эпилепсии. Но зря она разволновалась – я такого щеночка без своего присмотра не оставлю. И ведь хватает же! Месяц как-нибудь протянем, а потом уже начнем искать варианты. Раз можно жить не на территории академии – значит, отсюда в любой момент после занятий студентам разрешено уходить. Например, для подработки.

– Мы обе, – решительно заявила я и отсчитала четырнадцать монет.

– Замечательно, – он и не думал уговаривать, а вынул список группы. – Тогда поздравляю, девушки. Сейчас запишу и можете сразу заселяться.

Облегченно выдохнуть я не успела, поскольку он потребовал:

– Документы уже давайте! Или от радости забыли?

Во-о-от. Это был тот самый пункт, который я мусолила в голове все время, пока сюда добирались. Сказки сказками, но без бюрократии всякая сказка будет выглядеть неправдоподобно. Мирта же совсем не испугалась такого поворота и развела руками:

– Да у меня никаких документов отродясь не водилось. И у мамки моей, и у бабки. Я в десятом поколении прислуга – кому ж могло понадобиться мне бумаги справлять? Я при своей госпоже и ее документах неплохо себя чувствую, – указала она на меня подбородком.

Все-таки она немного туповата, раз не сообразила, что и у меня местных паспортов в десяти последних поколениях не водилось.

Мужичок бросил еще один внимательный взгляд на ее простое платье и фартук, и, тотчас приняв объяснение на веру, уставился на меня:

– В этом случае запишем служанку на вашу фамилию, никаких нарушений в этом не вижу. Предъявите уже документы, не задерживайте очередь.

Понадеявшись, что и мне удастся отговориться с той же легкостью, я запела:

– Я Элея, третья дочь барона Феррино! Во время долгого путешествия меня ограбили, поэтому никаких бумаг нет!

Он неожиданно хитро прищурился:

– А кто-то может подтвердить вашу личность, благородная Элея? – Он увидел, как я торжествующе посмотрела на Мирту, и опередил мой ответ: – Нет-нет, разумеется, не ваша служанка… которая может уже быть вовсе и не служанкой благородной дамы. Мне нужны правильно оформленные документы, подтверждающие личность! А то теперь я начинаю подозревать: эти золотые вы у кого-то сперли и решили явиться сюда, чтобы в первую же ночь ограбить студентов!

– Но…

– Уходите! – рявкнул он, вмиг перестав быть добродушным и приятным.

Как это ужасно – уже вкусить победу, а потом столкнуться с полным провалом из-за какой-то канцелярщины. Аж слезы на глаза навернулись. Всего лишь на секундочку – долго раскисать непозволительно ни сейчас, ни в любой другой ситуации. Надо просто хорошенько подумать, как выкрасть все свои вещи у Абеля и успеть вернуться до окончания зачисления. Я схватила Мирту за локоть, повернулась к двери… и застыла. А служанка и вовсе тихо вскрикнула.

Что здесь забыл Кьяр Ремер?! Демон действительно стоял недалеко от двери. Равнодушно скользнул по мне взглядом, не задержавшись, будто бы не узнал. Но я от радости завопила:

– Он может подтвердить! – с облегчением указала на демона. – Ваша светлость, умоляю, скажите, что мы знакомы!

Пухлый мужичок вскочил из-за своего маленького столика и закряхтел:

– Куратор Ремер, вы действительно знакомы…

Очаровательный блондин повернулся, когда к нему обратились, и смысл моей мольбы уловил. Однако перебил учителя, скривив губы:

– Не знаком и не собираюсь.

– Но как же… – растерялась я и от неожиданности перешла на ты: – Кьяр, посмотри внимательнее! Разве тебе сложно просто кивнуть? И не притворяйся, что не знаешь мое имя – ты сам тогда в лесу называл меня баронессой Феррино!

– А еще я говорил, что мы с тобой незнакомы, девка. Господин Корбус, вышвырните этих выскочек отсюда. От одной из них до сих пор несет гнилым драконьим запашком. – Он еще и нос наморщил для полноты картины.

Из кабинета нас выталкивали в спины. А я от негодования даже слова выдавить не могла. Что за мразь скрывается под такой симпатичной личиной? Ведь узнал же, точно узнал! Зачем же так бессердечно поступил? Нас выгоняют не просто так – а с его непосредственной подачи, и такое трудно воспринять как обычный провал. Мужчинка выпроводил нас в коридор и уже традиционно прикрикнул, как делали с каждым, кого не приняли:

– Найдете документы – возвращайтесь. А до тех пор даже не думайте подобраться к студенческим кошелькам! Ишь, удумали, проходимки!

Я так низко опустила голову, что вообще ничего впереди не видела. К счастью, теперь Мирта поддерживала меня под локоть. И вдруг со стороны очереди кто-то удивленно воскликнул:

– Благородная Элея? Это действительно ты? Но… как же?

Подняв затуманенный взгляд, я не сразу поняла, кто это говорит. Однако уже через пару секунд с тем же изумлением выхватила в толпе знакомое лицо – девушка с отбора!

– Благородная Селина, – подсказала мне служанка шепотом.

– Благородная Селина, и ты здесь! – тут же подхватила я. – Я уж думала, ты сразу пойдешь колотить карьеру художницы – твое море было потрясающим.

– Еще раз спасибо за комплимент, благородная Элея! Но разве ты не стала налож…

Я перебила, пока кто-нибудь не услышал это мерзкое слово целиком:

– Так получилось, долго рассказывать. Так ты тоже на артефакторику?

– Выбираю между зельеварением и алхимией, – ответила она. – Хотя склоняюсь к последнему, там огневики совсем рядышком. Раз я провалилась в отборе, попытаю удачи здесь! Но ты… Благородная Элея, что же такого произошло…

Оказалось, что Корбус не успел удалиться в кабинет, а внимательно прислушивался к нашему разговору. И задал закономерный вопрос:

– Благородная Селина, а у вас документы при себе?

– Разумеется, господин учитель! – она красиво склонила перед ним голову.

– И вы подтверждаете, что дама перед вами – Элея Феррино?

– Подтверждаю, – непонимающе отозвалась девушка. – Это в самом деле баронесса Феррино, самая добрая, скромная и милосердная налож… – Мне пришлось очень громко прочистить горло, чтобы ненужное слово так и не было озвучено. Селина намек поняла и просто повторила: – Подтверждаю, господин Корбус!

– Тогда вынужден принести свои извинения, и все трое за мной, – на одной ноте выпалил он.

В очереди слабо возмущались, но громко возражать никто не осмелился. Уже через пять минут я была записана в группу по изучению артефактов как «Элея Феррино», а служанку обозначили как «Мирта Феррино». Демон Кьяр, все еще находящийся в кабинете, и бровью не повел, будто ему не было никакого дела, вышвырнут нас с позором или зачислят на самый престижный факультет. Сволочь белобрысая! Что он вообще такое? Почему себя так ведет? И кому пришло в голову называть эту красивенькую мразь уважительным словом «куратор»? Что ему тут курировать с таким-то характером?

Я благодарила судьбу и саму себя за то, что совершенно случайно похвалила работу Селины. Вот это совпадение! Однако, когда вышла в коридор, тотчас догадалась, что не столь уж и необычно было мое везение – в очереди, как оказалось, сидели и другие девушки с отбора. А куда им еще податься? В любовницы не получилось, пора и замуж попробовать. Видимо, полным составом оттуда сюда и причалили. Пролетели с высшим магическим образованием только избранные драконом – ну, те из избранных, кого прямо из спальни не похитили. И на мою персону все знакомые пялились квадратными глазами, а одна – самая смелая – еще и заголосила:

– Что ты здесь забыла, благородная Элея?! Неужели его светлость решил, что тебе надо обучиться на какую-нибудь зельеварку вместо того, чтобы скрашивать его ночи?

Тихий шепоток в ухо с подсказкой:

– Благородная Инэтта, герцогиня Мелларио.

Эту я тоже помнила – она была в фаворитках отбора до моего появления там. Отсюда и эта ненависть в синих глазах. Я же пребывала в отличном настроении, поэтому чужим психозом не заражалась:

– А его светлость передумал, благородная Инэтта! Присмотрелся получше и грит – да где были мои черны очи, что я на эту баронессу позарился? Так что место вакантно. Возможно, тебя пригласят вернуться – молись, хорошо кушай и держись. Только желательно не на артефакторике. Не то чтобы я была против видеть тебя ежедневно… Хотя, чего врать, я бы тебя и раз в полгода видеть не хотела. Адиос!

За спиной с разных сторон раздавалось приятное и уважительное:

– Это исагонское наречие?

– Боги, зря я его не учила, сейчас могла бы так же…

– Благородная Элея такая образованная!

– Несчастная брошенка! Какой позор – быть сначала выбранной и сразу отвергнутой. Ее сердце навечно разбито!