Taliana – Утекая в вечность (СИ) (страница 4)
«Прошу вас, потерпите еще немного!», — сообщал его взгляд. И Калина терпела. В чем-то министр был прав. Недопустимая невежливость оскорбить хозяина этого дома. Или точнее будет сказать — мира?..
Происходящее ее настораживало. Если не сказать, злило. Но женщина отлично понимала, что Вишнар проверял, как она на него реагирует, насколько он ей приятен или же нет. Но это же видели и все сидящие за столом. И ей стоило большого труда делать вид, что ничего не происходит. Что она сама не вкладывает в эти прикосновения никакого подтекста и смысла. Прикоснулся и все. Это просто разговор. Банальный вежливый разговор.
— А что если я покажу вам свой сад? Свои виноградники? Как вы к этому относитесь, милая Ягодка? Вечерняя прогулка…
— С удовольствием наслажусь этим зрелищем… Позже, например, завтра, когда достаточно наберусь сил. Кстати, вы хотели что-то рассказать. Еще возмутились, что вам не напомнили.
Вишнар улыбался каким-то своим мыслям. Не без сожаления, прекрасно понимая, что пока ему дали отставку.
— Я же не представил вам своих друзей. Впрочем, кому это интересно? Сидят себе и пусть сидят. Помалкивают…
Вишнар пригубил вина, откинувшись в глубоком кресле, наблюдал за гостьей. Она изящно промокнула платком рот и повернулась к правителю.
— Мне очень интересно. Ждала, пока вы сами про это заговорите. Но очень хотела спросить…
— Ждали?! Вы точно журналистка? — он задорно улыбнулся, прищурившись, оценивая гостью подозрительным взглядом.
— Если не журналистка, то кто же я тогда?
— Может, ваше правительство умышленно прислало вас, что бы обольстить старого больного… не человека? — Вишнар раскатисто расхохотался. Впрочем, над этой шуткой больше не смеялся никто. Еще бы — старый и больной. Это не про него. Впрочем, в сути своей это была не шутка, теперь государь пытливо смотрел на гостью, ждал ее слов.
— Если бы это было так, наше правительство подыскало бы кого-то… — Калина задумалась — более изысканного и обворожительного. В общем, достойного вас.
Правитель бессмертных сощурил глаза и улыбнулся. А затем вновь взял гостью за руку и поцеловал ее ладонь.
— Вряд ли они смогли бы угодить мне больше, чем уже угодили…
После этой фразы Вишнар внезапно стал представлять делегатам своих сородичей. Все без исключения — князья, представители знати или высокие армейские чины. Вишнар называл громкие длинные имена и регалии. Калина практически сразу отказались от идеи запомнить вампиров поименно, тем более что у первого же из князей этих самых имен оказалось около десяти. Одно из них, самое выговариваемое, звучало как Шриминауриус. Журналистка решила ограничиться запоминанием должности и лица. Для начала более чем довольно. Слишком много вампиров сидит за столом, и все без исключения что-то возглавляют.
После знакомства с бессмертными Калина представила Вишнару членов делегации мира. Безусловно, только после его просьбы. Назвала всех сидящих за столом военных из числа людей, потом министров. В конце процедуры государь внезапно скривился.
— Значит, ваше правительство все-таки не верит в наши добрые намерения, раз прислало сюда только овец на убой.
Все замерли. Все без исключения делегаты.
— Что вы имеете в виду? — осторожно спросила Проскурина, хотя, по сути, она думала так же.
— Ни одного из тех, кто и правда что-то решает… Впрочем, вы правы. Самый важный человек — это тот, кто донесет истину о нас людям. Это вы, моя Калина.
— За столом нет никого из вашей семьи, государь? — спросила журналистка, резко меняя тему разговора. Ее необходимо было поменять. Военные занервничали, да и сам Вишнар резко переменился в настроении, мгновенно растеряв позитивность, что так и сочилась из государя до того. И это пугало. Его резкая переменчивость. Складки, что образовались на высоком лбу, в уголках губ и глаз. Как и выражение янтарных. Что-то опасное, хищное, звериное. Даже мурашки пробежали по спине женщины при виде выражения этих глаз.
— Вы совершенно правы, Ягода. Мой сын не за столом. Я представлю вам будущего правителя завтра. Если он будет тут. У него вечно какие-то срочные дела и разъезды…
— А ваша… государыня? Где она?
— Калина, мы вновь возвращаемся к старой теме. Вы точно журналист? — Вишнар вдруг снова хитро улыбнулся и сощурил глаза. — Не похоже. У вас не точные сведения. Я много лет вдовец. Ваше правительство не может об этом не знать. А если они знают, почему не сообщили вам?
Поймал врасплох. Калина не знала. Более того, этого, кажется, не знали и в правительстве.
— Мои соболезнования… — шепнула она, не зная как быть в этой ситуации.
— Ну-ну… не огорчайтесь вы так. Вероятно, они скрыли это не просто так.
— Полагаю, они сами не знали об этом.
— Знали, — кивнул он, усмехаясь. — Вот эти знали.
Вишнар откинулся на троне, махнув рукой в сторону делегатов. Пара министров и правда бегала глазами. Точнее переглядывалась в легкой панике.
— Не вижу причин скрывать это от меня.
— И я не вижу. Потому и не скрываю, — улыбнулся правитель. — А они видят. Вдруг бы вы испугались ехать к старому холостяку. Одна одинешенька. Кто его знает, что взбредет мне в голову, когда я вас увижу? Такую красивую и беззащитную.
— Вряд ли я так красива. У вас тут наверняка есть дамы многим… приятнее.
— Не прибедняйтесь.
— Не имею привычки. Знаю себе цену и от недостатка внимания не умираю. Но знаю так же и то, что я не идеал, — нервничая все больше от того поворота, что вдруг приняла беседа, оборонялась Калина.
— А кому они нужны, идеалы? Главное, что вкусу моему угодили.
— Что?..
— А почему не подают десерт? Я хочу угостить гостей сладким! Очень рекомендую вам, Калина, вино, что я припас на десерт. Оно терпкое и густое. И у него отменный аромат…
Обслуга меняла тарелки, Калина обескуражено смотрела перед собой, в пол уха слушая правителя. Думая только об одном. Что он имел в виду, когда говорил «угодили моему вкусу?». Что это значит? Сюда она напросилась сама. Это была ее давняя мечта. Она собирала информацию о бессмертных по крупицам. Всю свою жизнь. И тут такой шанс, увидеть все своими глазами. Первой приехать в этот мир. А он говорит, что ее направили сюда, выбрав из числа других возможных?.. Нет, он просто пугает ее. Но зачем ему это?
Калина покосилась на Вишнара. Он слушал рассказ одного из своих князей, но смотрел на нее. И когда их взгляды встретились, подмигнул. Словно сообщил — «Я пошутил».
— Зачем?
— Стариковские причуды.
Вот и все. И далее еще разговоры. Много, но ни о чем. Светская беседа, ни слова о политике. Пока не было сигнала от правителя, что можно. Он наслаждается вечером в обществе дамы или только делает вид, но никто не смеет навязывать ему свое, не осмеливается внести хоть малейшие изменения в праздное течение этого вечера.
— Вы всегда так мало пьете, Ягодка?
— Всегда.
— А я думал это из-за меня, — Вишнар в очередной раз загадочно улыбнулся, намекая, уж не боится ли она потерять голову от него, и Калина вновь проигнорировала его намек. Только вежливость, напомнила себе она. Очень важно его не оскорбить, но и принимать подобные шутки опасно. Кто знает, что за игру он затеял и к чему ведет? Никакое благожелательное настроение не может помочь ей забыть, что это вампир. Она ест торт, а он пьет на ужин кровь…
Когда прием пищи был окончен, Вишнар сообщил:
— Ваши покои будут в самой живописной части дворца. Вас ждет замечательный вид из окна. Желаю всем доброй ночи и жду всех утром на завтрак. Желательно невредимыми, с обычным объемом крови, — он посмеялся этой своей остроте и ушел в сопровождении охраны.
Члены делегации нерешительно переглядывались, не покидая своих мест. Настоящей беседы так и не произошло. Калина тоже сидела на своем месте неподвижно, когда услышала вежливое:
— Позвольте помочь?
Амир. Не оглянулась, потому что увидела его боковым зрением. Помог отодвинуть ее стул и жестом руки пригласил всех следовать за ним. Сразу за дверью большого обеденного зала их ждали солдаты, одетые в штатское — почти те же мундиры, только без оторочки золотом или серебром. Но это были солдаты. По мощным фигурам и выправке понять это было не сложно. Да и взгляды у них жесткие. Это не робкий персонал, что прислуживал за столом.
— Это что значит? — возмущенно пробасил генерал Васнецов.
— Ваша личная охрана. По приказу государя. Что бы вы чувствовали себя в безопасности.
— Понятно, — хмуро оценил старый вояка, и живописно посмотрел на своих коллег. — Естественно, свои апартаменты нам покидать нельзя?
— Почему же? Можно! Но днем и в сопровождении охраны. Мы не может рисковать дорогими гостями, — склонившись в очередном поклоне, ответил Амир. Но его учтивость не выглядела искренней, хотя именно так звучал голос.
Всех членов делегации повели по длинному, лишенному каких-то украшений коридору. Просто голые былые стены и черный блестящий пол. Но по мере движения всех разделили. Кого-то уводили в один коридор, кого-то в другой. На протесты был дан очередной условно вежливый ответ, и пришлось подчиниться.
Двигались очень долго, были еще лифт, коридор, узкая лестница, подъем вверх, затем новый коридор. Вскоре из членов делегации осталась одна Калина. В сопровождении лишь Амира, она шла куда-то в неизвестность, постоянно оглядываясь назад. По ее подсчетам они уже очень и очень высоко. Где-то на самом верху этого огромного дворца. Журналистка немало устала двигаться в неизвестном направлении.