Такаббир – Трон Знания. Книга 1 (СИ) (страница 89)

Адэр достал из шкафа ключи, бросил на стол. Цокнув, связка проехала по столешнице и уперлась в горку алмазов, сверкающих в свете люстры.

— Можете звонить Трою Дадье. Когда угодно.

Охранители переглянулись.

После небольшой паузы прозвучал надломленный голос:

— Что ему говорить?

— Правду.

— Какую правду, мой господин? — спросил кто-то с заднего ряда.

— Вы принесли клятву служить верой и правдой Тезару, и я не позволю вам стать клятвопреступниками. Из ваших уст не должно прозвучать ни единого слова лжи. Свободны.

Когда за охранителями закрылись двери, Вилар упал в кресло:

— Неразумное решение.

Адэр сел за стол:

— Самое разумное решение за последние два месяца.

— Что ты творишь?

— Маркиз Бархат! Меня меньше всего интересует ваше мнение. И если вы не научитесь держать язык за зубами, меня не будут интересовать ваши советы.

Вилар расправил плечи:

— Прошу прощения, мой господин. — И вновь обмяк. — Я не понимаю тебя, Адэр.

— Завтра ты едешь в Ларжетай. Подыщешь зал для аукциона.

— Значит, аукцион будет.

— Еще не решил. Можешь идти. — Адэр придвинул к себе бумаги. — Гюст!

На пороге возник секретарь.

— Позови… — промолвил Адэр и прижал пальцы к виску.

Так просто сказать: «Позови ключника». Но у него есть имя. Как же его зовут? Забегал взглядом по комнате, остановил его на кристаллах. Если память сейчас же не очнется, он отдаст камни Тезару.

— Позови Тауба, — приказал Адэр и сгреб алмазы в ящик стола.

Часть 25

***

На кухне царило оживление. Раскрасневшиеся кухарки крутились возле плиты, поджаривая куски мяса, помешивая соусы и пыхтящую кашу. Посудомойки тарахтели кастрюлями. Возле стола суетилась прислуга. Перед бойцами стояли деревенские кружки с теплым вином. Тонкий ароматный парок исходил от ломтей хлеба. Тарелки пока пустовали, и бойцы поглядывали на раскаленные сковороды; ноздри трепетали, улавливая аппетитные запахи.

Малика сидела в уголке. Она пришла сюда, как только по замку пронесся слух о появлении неожиданных, редких и необычных гостей. Раньше, быстренько поев, она сбегала с кухни. Обитающая здесь челядь ее недолюбливала. Малика никогда не занимала чью-либо сторону в перебранках, не участвовала в разборе рецептов блюд и схем вязания, отмалчивалась при обсуждении мужиков из ближайшего селения и убеленных сединами слуг. Собственно, сами хозяйки сковородок и тарелок были далеко не молоды. Но жаркий огонь плит накалял их кровь и заставлял выплескивать знания о плотских утехах словесным поносом.

Прислуга наполнила тарелки. Бойцы накинулись на еду. Бабы игриво поглядывали на красавцев-мужчин, чьи тела звенели молодостью и силой. А Малика ждала, когда кто-нибудь обмолвится хоть словом о прошедших днях.

Уже выпито вино, мякишем вымакан соус. Возле плиты шептались огорченные кухарки — красавцы в солдатской форме сказали «спасибо» и не одарили их даже улыбкой. Бойцы как по команде встали из-за стола и направились к двери. Еле заметным кивком Крикс позвал Малику за собой. Сердечко судорожно забилось.

Она выскочила в коридор. Командир стоял возле кадки с разросшимся цветком. На строгом лице ничего нельзя было прочесть, но от безмолвных глаз веяло холодом.

— Ты должна покинуть замок, — тихо проговорил он. — Я ничего не имею против морун. Но моруне нельзя быть рядом с правителем. И чем быстрее ты исчезнешь, тем будет лучше для тебя.

Малика закрутила пуговицу на манжете платья:

— Крикс! Я могу попросить вас об одной услуге?

— Если эта услуга не идет вразрез с интересами правителя.

— Я давно забыла о своих интересах.

— Что ты хочешь, Малика?

— Взглянуть на ракшада.

Казалось, ее просьба ничуть не удивила командира.

— Нет, — сказал он тоном, каким отказываются от добавки супа.

— Пожалуйста, Крикс!

— Прости, но меня ждут.

Командир сделал шаг. Малика схватила его за рукав:

— Я убедила правителя оставить воина в живых. Я привела кучу доводов. Но не сказала о главном.

Крикс свел брови:

— Слушаю.

— Я должна проверить свою догадку.

— Почему бы тебе самой не поговорить с правителем?

— А вдруг я ошибаюсь? Пожалуйста, Крикс! Отведите меня к воину.

Командир аккуратно высвободил рукав из пальцев Малики:

— Я тороплюсь.

— В Ракшаде узаконена кровная месть. Если воин из знатной семьи, и если с ним что-то произойдет… Представляете, что начнется?

— На защите страны стоит армия Великого.

— Только воевать она будет на моей земле!

— Тихо, — прошептал Крикс и посмотрел по сторонам. — Значит так. Жди меня в саду, а я к правителю. Попрошу разрешения поставить в караул моих ребят.

***

Злость сжигала изнутри, сворачивала кровь, скручивала сердце, раздирала мозг. Казалось, еще немного, и скрежетать будет нечем — зубы раскрошатся. Он, великий воин, в плену! У кого? У презренных червей, у вонючих пожирателей падали.

Все силы уходили на то, чтобы крепко стоять на ногах — посреди зловонной комнаты, в свете тусклой лампы, лицом к дыре в двери. Пусть смотрят и содрогаются.

Хазир вытащит его, по-другому не может быть. И черная армада полетит к уродливым берегам. И он, великий воин, будет стоять на носу головного корабля. И плевать на подводные скалы. Он знает Тайное море так, как не знает никто другой. Горы сравняются с землей, земля усеется трупами, трупы покроются стервятниками.

Взирая в темную дыру, он повел плечами. Еще чуть-чуть, и ноги вновь зазвенят металлом, грудь обернется камнем, а руки безжалостным молотом.

Из коридора донесся разговор. Вновь пришел владыка голытьбы? Теперь с последним словом? Только ему, великому воину, на все его слова тоже плевать.

Забряцали ключи, заскрежетали засовы, дверь отворилась. Он вперил тяжелый взгляд в бывшую пленницу. Вот оно, еще одно доказательство ничтожности страны — в ней нет мужчин, верных слову и делу.

Знакомый здоровяк в серой форме закрыл двери, прижал широкую ладонь к отверстию. Хм… Очередная хитрость?

Девушка стремительно прошла в середину комнаты.

— Малика! — крикнул здоровяк, но ее пальцы уже заскользили по руке воина.

— На запястье две спирали. Переплетаясь, они смотрят в разные стороны. Это знак Ракшады. Его носит каждый, кто родился в вашей стране. Затем идет дорожка из согнутых линий, будто низко склонились люди. Это знак низшего сословия. А вот эти завитки напоминают волны. Этим знаком заканчивается рисунок на руках ваших моряков. Дальше деревья, их оплетают лианы. Это воины. Правильно?