Такаббир – Трон Знания. Книга 1 (СИ) (страница 75)

— Могу ли я надеяться, что ты рассмотришь во мне обычного человека?

— Отпустите меня.

Вилар еще крепче прижал к себе Малику, еле ощутимо коснулся губами ее щеки:

— У меня есть надежда?

— Нет, — ответила она и, вырвавшись из объятий, торопливо пошла по саду, тусклому и размытому, как вся ее будущая жизнь.

Малика долго читала. Так и не дождавшись Вельму, выключила лампу. Полупрозрачная луна заглядывала в спальню. Теплый ветер колыхал занавеску. Из сада доносились запахи остывающих трав. А Малика, зябко ежась, куталась в одеяло и смотрела в потолок. Тени, отбрасываемые занавесями, извивались в причудливых узорах, сплетались воедино и распадались на мелкие завитки.

Теперь Малика знала, что Вельма уже не придет.

Часть 21

***

В конце огромного холла, возле входной двери, рядом с Гюстом и охранителем стояли трое селян в поношенной пыльной одежде и стоптанной обуви: молодая женщина и два старика. Один старик щупленький, маленький; второй — краснощекий бородач.

Заметив спускающегося по лестнице правителя, женщина поправила на голове выцветший платок, толкнула спутников. И все трое низко склонились.

— Что за люди? — спросил Адэр у подбежавшего Гюста.

— Просят встречи с вами.

— Что им надо?

— Говорят, ищут справедливость.

Адэр посмотрел на согнутые в три погибели фигуры. Им не к нему — к Малике. Она выслушает их со вниманием, вместе с ними погорюет, а потом уж скажет, что в Порубежье справедливости нет.

— Выгнать? — спросил Гюст.

Ничего не ответив, Адэр проследовал в кабинет. Взялся было за очередные отчеты, но, немного подумав, приказал привести селян.

Стоя возле двери и глазея то на Адэра, то на охранителя, старики мяли в руках фуражки. Селянка теребила уголки платка.

— Говорите, — сказал Адэр.

Бородач толкнул приятеля в плечо и что-то шепнул ему на ухо.

Щупленький старичок сделал полшага вперед:

— Мой правитель! Нижайше прошу рассудить мое дело по справедливости. Я живу в Истве, в землях графа Вальбы. Селение маленькое. Пять улиц. Улицы длинные, прямые, широкие.

Адэр придвинул к себе документы и принялся выискивать выписки из банка.

— От дома к дому через улицу двадцать шагов будет, — говорил мужик. — Далеко видно, и можно объехать любую яму. А граф Вальба не объехал.

Адэр вытащил из стопы два листа:

— Что не объехал?

— У меня собачонка есть. Малюсенькая такая, в любую щелку пролезет. Только заделаю дырку в ограде, она другую найдет. Выбежит на улицу и так звонко лает.

— Граф Вальба сбил твою собачонку? — спросил Адэр, пробегая взглядом по цифрам.

— Я кричу ей, мол, давай назад. А она, знай себе, звенит колокольчиком, внука на улицу кличет.

Адэр устремил взор на старика.

— Внучок выскочит за ней, на руки подхватит и айда на двор. И так весело было. А тут не успел. — Селянин вытер фуражкой глаза. — Положили мы внучка в холодну землю. Могилку оградкой обнесли. Теперь у него свой двор. Теперь собачонку к нему в гости приносим.

— Когда это случилось?

— Аккурат в День Встреч.

— Когда?

— В последний день зимы, когда зима с весной встречается.

Адэр застучал пальцами по столу. Граф Вальба… Граф Вальба… Он был на приеме! Значит, избежал наказания.

Словно прочтя его мысли, мужик продолжил:

— Пошел я в суд. Сын-то мой аккурат перед этим на заработки в Бойвард подался и ничегошеньки не знал, а у невестки от горя ноги отказали. Я сам пошел. Потом еще пять раз ходил. Хотел, чтобы повинился граф. А еще хотел, чтобы он по нашей улице больше не ездил. У соседки двое детишек. Напротив четверо, мал мала меньше, от земли не видать. Через дом еще двое. Так вот, ходил я в суд, а графа все не было. А потом мне дали бумагу.

Старик вытащил из рукава рубахи сложенный листок, нерешительно переступил с ноги на ногу. Адэр подозвал его жестом.

Покосившись на охранителя, селянин пересек кабинет и положил лист на стол:

— Вот эту.

Адэр развернул документ. Несчастный случай…

— Я не пересматриваю решение суда.

— Получается, граф не виноват? Ямки объезжает, а тут, получается, не виноват?

Адэр еще раз пробежался взором по строчкам:

— Тебе надо было обжаловать решение. Сейчас уже поздно, сроки истекли.

— А мне ж никто не сказал, — пробормотал селянин и попятился.

Бородач обхватил его за плечо и что-то прошептал на ухо.

— На суд можно пожаловаться? — спросила женщина, и в заплаканных глазах вспыхнула надежда.

— Можно. За судом первой инстанции идет высший суд. Затем верховный суд.

— Чё-то я не разберу. Я могу пойти и пожаловаться?

Адэр потряс в руке документом:

— Я непонятно сказал? Сроки истекли.

— А я не по этому делу. По другому.

— Когда вынесли судебное решение?

Селянка глянула на мужиков:

— Когда?

— Два месяца и неделя, — напомнил бородач.

Женщина повернулась к Адэру:

— Два месяца и неделю назад.

— Поздно жаловаться.

Селянка поникла.

— Рассказывай, — велел ей бородач. — Забыла, зачем пришла?

Она вытерла уголком платка нос, шагнула вперед: