Такаббир – Трон Знания. Книга 1 (СИ) (страница 14)

Приподняв бровь, Адэр посмотрел на Малику.

— Видите господина, который присягнул вам первым? Маркиз Мави Безбур. Можем начать с него. Рядом с ним супруга Лия. Тридцать лет в браке. У них две дочки. Младшая учится вокалу в Партикураме. Старшая заканчивает педагогические курсы в Бойварде.

Пока они переходили от одной пары к другой, Малика нашептывала о детях, занятиях и увлечениях приглашенных особ. Адэру достаточно было сказать дворянину несколько преисполненных теплоты и сердечности фраз, сделать его супруге пару комплементов, сверкнуть белозубой улыбкой, и собеседники заметно расслаблялись. Громче звучали голоса, звонче играла музыка. Раздавались взрывы смеха. Слуги не успевали приносить с кухни подносы с угощениями.

Далеко за полночь уставшие от вина и разговоров гости выстроились перед псевдотроном в очередь, чтобы попрощаться с правителем. Малика где-то затерялась. Зато Элайна встала рядом с Адэром и, сжимая ему плечо, награждала родовитую знать самыми благосклонными взорами, на какие только была способна.

Под утро последний гость покинул замок. Адэр уходить из зала не торопился. Запрокинув голову и глядя на чаек в мраморном небе, прокручивал в уме разговоры, снова и снова задаваясь вопросом: кто из дворян достоин сесть за стол Совета? И лишь сестра, нарочито громко зевая за спиной, заставила подняться с кресла.

Ведя Элайну через холл, Адэр заметил возле входной двери Малику, Вилара и Муна с переброшенными через плечо котомками. Уже шагая по лестнице, увидел, как Вилар открыл дверь, и предрассветная мгла поглотила сгорбленного старца и черноволосую девушку.

***

Яркий солнечный свет заливал спальню. За спиной уютно, по-домашнему, тикали часы. Повернуться к ним и посмотреть, сколько сейчас времени, не было ни малейшего желания. Вот если бы кто-нибудь пришел и откинул одеяло. Весна дышала летним зноем. Что же будет летом, если уже сейчас проскальзывает мысль о ночлеге в саду?

Увидев на прикроватном столике стакан с водой, Адэр приподнял руку, вяло пошевелил пальцами, безвольно уронил. Он мог ночи напролет предаваться развлечениям, без устали гнать автомобиль или лететь на скакуне. И было достаточно короткого сна, чтобы вновь наполнять бокал вином, хвататься за руль или браться за поводья. Очевидно, разум так утомился на приеме, что забыл, как командовать телом.

Стук в дверь звенящей болью отозвался в затылке. Занавеси всколыхнулись. В комнату вошел Вилар — каблуки только его сапог так гулко барабанят по паркету, и только его упитанная фигура может закрыть солнце за окном.

— Как думаешь, что это? — спросил Вилар и протянул Адэру серебряный поднос с горой бумаг.

Адэр дотянулся до стакана, одним глотком осушил его и, откинувшись на подушки, прижал ко лбу прохладное стекло:

— Вилар, давай поговорим позже.

Заскрипела кровать.

Адэр посмотрел на усевшегося в ногах друга:

— Я же сказал: позже.

Вилар высыпал на одеяло бумаги, взял верхний лист:

— «Благодарю Вас, что не обошли мою скромную особу своим Высочайшим вниманием…» Следующее: «Ваши познания поразили меня до глубины души». Вот еще: «Прием в Вашем замке превзошел мои самые смелые ожидания. Я и моя семья не находим слов, чтобы выразить Вам свою признательность…»

Адэр заложил руку под голову и уставился в потолок. Казалось, что Вилар никогда не закончит читать. И странно, хотелось бесконечно слушать приятные слова от людей, которых он уже не помнил.

Друг отложил последнее письмо:

— Может, позвонишь отцу и расскажешь, как все прошло?

— Элайна расскажет.

— А я бы своему позвонил. Я две недели не слышал его голос.

Адэр отбросил одеяло, сел:

— Ты распорядился насчет завтрака?

— Почему ты не хочешь наладить нормальную связь с Тезаром? — не унимался Вилар. — На весь замок один телефон, по которому мы не можем поговорить с кем хотим.

— Лично я ни с кем не хочу разговаривать.

— Я хочу.

— Езжай в город и звони.

— Там даже не знают, как телефон выглядит.

Адэр потянулся и повторил:

— Ты распорядился насчет завтрака?

Вилар взял поднос с письмами:

— Сейчас обед.

Последние десять лет — год в ту или иную сторону не имеет особого значения — как только Адэр входил с друзьями в обеденный зал, сразу отсылал прислугу за дверь. После бессонных ночей или пирушек, или… да мало ли в жизни случаев, когда нет сил и желания контролировать слова и жесты. Поэтому завтракать, а чаще всего обедать без свидетелей за спинками стульев — уже вошло в привычку. Если необходимо провести смену блюд, достаточно позвонить в колокольчик и помолчать несколько минут.

Зная о странной прихоти правителя, слуги бесшумно выскользнули из обеденного зала, оставив двух молодых мужчин без присмотра. Умяв пару булок, от которых исходил дурманящий запах свежеиспеченной сдобы, Адэр сделал глоток горячего кофе и с наслаждением зажмурился.

— Могу я задать один вопрос?

Вялый голос друга заставил открыть глаза. Вилар сидел с потерянным видом и совсем не напоминал того человека, который час назад с воодушевлением читал письма.

— Если он не касается телефона.

— Это личный вопрос.

— Слушаю.

Вилар помешивал чай, не замечая, что проливает его на стол.

— Ну же! — подбодрил его Адэр.

— Нет, он касается приема.

Адэр отхлебнул кофе:

— Спрашивай.

— Почему ты приказал убрать трон?

— Встречный вопрос: почему Великий отправил нас в захолустье, а не в столицу Порубежья?

Глаза Вилара ожили. К лицу прилила кровь. Таким он был на уроках, когда учитель загадывал ребусы и ждал решение от престолонаследника, но отвечал маленький маркиз.

— Наместники двадцать лет управляли страной из этого замка.

— Я не наместник.

— Здесь собраны все документы.

— Их можно перевезти.

— Мы недалеко от границы с Тезаром.

— Зато вдали от цивилизации.

— Тогда почему?

— Великий владел колонией, но ничего, кроме этого замка в глуши, у него не было. Ни особняка, ни дома, ни комнаты в столице или в любом другом городе Порубежья. Да и замок построили лет двести назад никак не для династии Карро.

Вилар вновь принялся помешивать чай:

— Твой отец, будучи владыкой полмира, не нуждается ни в особняках, ни, тем более, в комнатах. Ему даже этот замок не нужен.

Ложечка в его руке замерла.

— А при чем тут трон?

Адэр уставился в чашку. Что ответить другу? Отец умышленно бросил его в страну, где все чужое, и он всегда будет чужим, с единственной целью — показать, что без Тезара он, как этот мраморный трон посреди пустоши, великолепен, одинок и ничтожен. Нет, говорить об этом другу не стоит.

— На троне надо сидеть с гордо поднятой головой, но гордиться пока нечем. — Адэр отставил чашку в сторону. — Давай-ка, возьмем Элайну и съездим к морю.

— Насколько я знаю, она собралась уезжать.

— Поедет ночью. Уснет и не увидит нищих городов.