Такаббир Кебади – Трон Знания. Книга 2 (страница 11)

– Самая высокая налоговая ставка в мире составляет тридцать процентов, минимальная – пятнадцать. Я подготовил проект закона, который предусматривает семь процентов.

– Не маловато?

– С миру по капле – река в казну.

– Сомневаюсь, что сработает, – отозвался Орэс.

– Если не сработает, я попрощаюсь с креслом советника.

– И с авторитетом, – добавил Кольхаас.

– Не ставьте точку, коллега. Я только начал работать. Когда мои идеи иссякнут, вы узнаете первым, – сказал Мави и с довольным видом сел.

– Спасибо вам за подсказку, – произнёс Вилар. – Трасса Маншер – Партикурам проходит через шесть стран в обход Порубежья. Обе стороны платят впечатляющие дорожные сборы. Я предложу им построить дорогу напрямик. Лично разработаю выигрышный маршрут, который позволит мне заняться второстепенными дорогами.

– Тысячи наших граждан получат работу, – откликнулся советник по социальным вопросам. – Поддерживаю.

– Поддерживаю, – один за другим проговорили мужи.

Адэр достал из папки документ:

– Я составил договор, согласно которому Тезар временно возьмёт на себя представление интересов Порубежья на дипломатическом уровне во всех странах. Прошу ознакомиться.

Орэс округлил глаза:

– Мой правитель!

– Вы же не хотите, чтобы Порубежье оставалось страной на бумаге, советник Лаел? – сказал Адэр и пустил документ по кругу.

– Во сколько нам обойдётся сие удовольствие? – спросил Юстин.

– Как бы парадоксально это ни звучало, Тезар наш должник. И всё благодаря махинациям своего банка. Бойвард и Партикурам тоже наши должники. Из-за их халатности на границах в Порубежье стекается всякий сброд. Советник Бархат, я ни на секунду не сомневаюсь, что Партикурам согласится строить дорогу, чтобы хоть как-то восстановить репутацию. А с Бойвардом начните переговоры о телефонном, телеграфном и почтовом обслуживании Порубежья. Пусть даже временном. – Адэр сложил на столе руки. – И наконец, уму непостижимый факт: Ракшада нам тоже должна. В замке содержится нарушитель границы и работорговец – родной брат хазира Ракшады.

Советники закрутились, зашептались.

Адэр похлопал ладонью по столу, призывая к тишине:

– Только не говорите, что вы этого не знали. Пресса вторую неделю гудит. Или вы следите только за тем, как обсуждают простолюдинов за столом моего Совета? – Откинулся на спинку кресла. – Пресса гудит, а хазир молчит. И пусть молчит. Каждый день его молчания увеличивает размер выкупа.

Советники читали договор с Тезаром. Одобрительно покачивая головами, передавали документ дальше. Заседание превзошло самые смелые ожидания Адэра. Разум выводил рулады, а внутренний голос наперекор ему скрипел. Единство и взаимопонимание людей – вещь хрупкая и недолговечная. Что запоют советники в следующий раз?

– Предлагаю объявить о постоянном нейтралитете Порубежья во всех международных конфликтах, – сказал Орэс Лаел и получил поддержку советников.

– Мой правитель! – произнёс Юстин. – Я могу взять слово?

Адэр напрягся. Если разговор вновь пойдёт о продлении полномочий судей, с Юстином придётся распрощаться. А жаль. Юстин Ассиз – умнейший человек. На служителей правосудия было плевать, но решение в запале высказано, и чтобы быть цельной личностью хотя бы в чужих глазах, менять свою позицию нельзя.

– В Порубежье царит беззаконие, – начал Юстин. – Своих законов нет. Чужих законов столько, что я сам в них запутался. Притом некоторые Указы Великого противоречат друг другу.

Советники одобрительно зашумели.

Юстин поднял руку и продолжил в тишине:

– От деда мне достался Законник Зервана. Грасс-Дэмор процветал, его опыт перенимали другие государства. Зачем нам изобретать колесо, когда оно уже в наших руках? Те законы, которые безошибочно работали при Зерване, после некоторой доработки безошибочно будут работать и в наше время. Да, я замахнулся на большое и трудное дело и прошу поддержать меня: сейчас голосом, потом участием, советом или подсказкой.

– Поддерживаю, – сказала Малика.

– Ничуть не удивлён, – проговорил Орэс с ехидцей. – Ведь рукой Зервана водила моруна.

– Разве Зерван был женат на моруне? – усомнился Адэр.

– Нет, мой правитель. На протяжении четырёх веков советчицами династии Грассов были моруны.

Адэр сжал вспотевшие ладони. История повторяется! Отец сказал бы: «Дурной знак». Так сказал бы тот, кто отправил единственного сына в эту глушь и даже не потрудился рассказать о том, что наворотил в стране.

– Поддерживаю, – произнёс Адэр, и плевать, что остальные советники молчат.

Юстин поклонился и сел.

– Наш народ малограмотный, – сказала Малика. – Он ещё не умеет размышлять, и то, о чём мы говорили сегодня, он вряд ли поймёт. Необходимо хоть одно решение, которое будут обсуждать не газетчики, а люди. Я предлагаю вернуть наших граждан, отправленных на искупительные работы в Тезар.

– Поддерживаю, – кивнул Исаноха. – Они провинились перед Порубежьем и должны искупать свою вину здесь, а не на чужбине.

– Я говорю об амнистии.

– Опомнитесь! – воскликнул кто-то. – Мало нам забот, так мы ещё наводним страну отребьем!

– Мы говорим о гражданах нашей страны! – подал голос Кладэзь. – Многие из них не преступники, они всего лишь оступились, а помощники наместника, выполняя заказ на поставку рабочей силы в Тезар, превысили свои полномочия.

– Откуда вам это известно? – хохотнул Орэс. – Советник по вопросам образования – раб глупых слухов?

– В таком случае я тоже раб, – тихо сказал Исаноха.

– И я, – откликнулся Джиано.

– Совет не имеет права обсуждать слухи, – напомнил Адэр.

– Это не слухи, мой правитель, – произнёс Крикс. – В каждом селении есть доносчики, которые строчили наместникам о провинностях односельчан. Стражи жалели, а эти – нет. Раз в месяц приезжала искупилка. Забирали всех скопом. Возвращались единицы. В Рисковый тоже приезжали, пока я не вычислил, кто пишет.

– Советник Ассиз! Это правда?

– Да, мой правитель.

Теперь стало понятно, почему Юстин Ассиз не хочет менять судей. Ошибки в вынесении приговоров, вероятнее всего, носили единичный характер. Вопиющее беззаконие совершалось по приказу Тезара. Его Тезара! Его великой державы! Верится с трудом.

Адэр повернулся к Малике:

– Чья подпись стояла на приказах?

– Я не видела. Наместники обсуждали их на собраниях, но запрещали что-либо записывать.

Советники переглянулись и уставились в блокноты.

– Советник Ассиз, – проговорил Адэр. – Мне нужны личные дела порубежцев, отправленных на искупительные работы в Тезар.

– Хорошо, мой правитель, – ответил Юстин с толикой сомнения в голосе.

– Я передумал. Мне нужны все судебные постановления.

– Все?

– Да.

– За какой период?

– За двадцать лет.

Юстин попытался улыбнуться – выпуклые губы вымученно растянулись.

– Мой правитель, их тысячи. Я бы сказал: десятки тысяч.

– А я сказал бы, миллионы. – Адэр раскрыл записную книжку. – По моим подсчётам за последние двадцать лет из Порубежья исчезли одиннадцать миллионов человек, советник Ассиз. Вы и советник Силар поможете мне их найти.

– Суды каждые три года сдают дела в архив, – подсказала Малика.

– В мой архив?

– Да, мой правитель.