Т. Свон – Тристан Майлз (страница 125)
– Он слишком мал для нас, – Тристан заводит глаза, словно я какая-то дура, и у меня вскипает кровь.
– Я хочу, чтобы у моих мальчиков было место, куда пригласить друзей, – сердито заявляет он.
Что-то рвется внутри меня – кажется, я даже слышу треск.
У Уэйда были планы на его сыновей, и я не должна их игнорировать.
И не стану.
– Они мальчики
В машине вдруг становится убийственно тихо.
Тристан прищуривается, глядя на меня:
– И что, мать твою, это должно означать?!
Я отворачиваюсь от него, уставившись на дорогу сквозь лобовое стекло и скрестив руки на груди, слишком злая, чтобы подбирать слова.
– Ты же знаешь, Клэр, что, когда мы поженимся…
–
– …я усыновлю мальчиков.
– Что-о?! – восклицаю я. Пару секунд смотрю на него в полном шоке… Это что за херня? Он, видите ли, хочет их усыновить! – Этому не бывать, Тристан!
– Что?! – в свою очередь кричит он.
– У них уже есть отец, – отвечаю я.
– Я хочу, чтобы они были моими сыновьями с точки зрения закона!
– Так вот, никаких законных прав на них ты не получишь! Ты получил разрешение жить с ними – и этого достаточно!
– Мама! – кричит Флетчер с заднего сиденья. – Перестань!
Глаза Тристана наливаются кровью. Он испепелил бы меня взглядом, но ему приходится следить за дорогой.
– То есть ты сейчас говоришь мне, что я могу заботиться о них, могу любить их, но никогда не смогу назвать их своими сыновьями?!
– У них есть отец, – упрямо повторяю я. – И они будут помнить и чтить его желания!
– Он умер, Клэр! – рявкает Тристан. – И я не потерплю, чтобы меня наказывали за то, что его больше нет! Я хочу, чтобы они были моими сыновьями по закону!
У меня окончательно отказывают тормоза.
– Никогда такого не будет! – выплевываю я. – Они – сыновья мои и Уэйда! Не твои! И никогда твоими не станут! Я говорила тебе, найди другую женщину и заводи собственных детей – а детей Уэйда я тебе присвоить не дам!
Тристан, вне себя от ярости, бьет кулаком по рулю, и все мы подскакиваем от неожиданности. Патрик заходится ревом.
– Ты его пугаешь!
Тристан сжимает руль так, что белеют костяшки. На его глазах слезы, он смотрит только на дорогу.
Слезы вскипают и на моих глазах, и я сердито их смахиваю.
До самого конца пути мы едем в молчании. Тристан загоняет машину на подъездную дорожку. Мотор не глушит.
– Ты идешь, Трис? – шепотом спрашивает Гарри.
– Нет, приятель, – отвечает Тристан, продолжая смотреть в пустоту. – Я потом тебе позвоню.
– Нет, Тристан! – молит Патрик. – Пожалуйста, пойдем домой! – он снова захлебывается рыданиями. – Не уезжай!
Вцепляется в Тристана с заднего сиденья и просит, умоляет не уходить.
Тристан сидит, закрыв глаза.
Я распахиваю дверцу, злясь на детей за то, что они встали на его сторону, а не на мою. Уж они-то наверняка должны меня понять! Неужели в них нет ни капли верности родному отцу?!
– Выходите из машины! – командую я.
Первым вылезает Флетчер.
– Вон из машины сейчас же! – рявкаю я, теряя терпение. Следующим неохотно выходит Патрик.
Гарри как будто прирос к месту.
– Выйди из машины, Гаррисон!
– Я уезжаю с Тристаном!
Меня захлестывает ярость. Как Тристан посмел сказать все это перед мальчиками и поставить меня в такое положение, чтобы в их глазах я оказалась «плохим парнем»! Я всего лишь чту память их отца – и они тоже должны!
– Никуда ты не поедешь! – рывком распахиваю дверцу, хватаю сына за руку, он яростно отбрыкивается.
– Отпусти меня! – кричит Гарри, пиная меня ногами. – Я хочу остаться с ним!
Тристан хватается за голову, подавленный происходящим.
Я тащу Гарри из машины силой, а Флетчер и Патрик в ужасе смотрят на меня. Наконец мне удается с ним совладать, и я с грохотом захлопываю дверцу.
Взвизгивают покрышки, и Тристан, как безумный, срывается с места.
Я разворачиваюсь к сыновьям. Лица всех троих залиты слезами, они молча и гневно смотрят на меня.
– Я тебя ненавижу! – кричит Гарри. – Сделай так, чтобы он вернулся!
Он вбегает в дом и захлопывает за собой дверь.
– Ты все испортила, мама! – вопит Патрик.
Он хватает Флетчера за руку, они разворачиваются и убегают вслед за Гарри.
Я зажмуриваюсь… Дьявол, как это вообще получилось?!
Глава 24
Любовь глупа. Любовь слепа.
Любовь – гребаная сука!
До отказа поворачиваю кран в ду́ше, чтобы не слышать звон собственного разбивающегося сердца… Не хочу, чтобы мальчики видели меня плачущей. Встаю под горячие струи, и они смывают с моего лица слезы. В горле стоит ком, в сердце – дыра размером с ущелье.
С чего, черт побери, вообще началась эта ссора?
Я и понятия не имела, что в планах Тристана есть нечто подобное.
Это потрясло меня… напугало до икоты, если честно. Вспоминаю боль в глазах Тристана, и у меня щемит сердце.
Что я наделала?!
Оттолкнула единственного человека, который был на моей стороне.