Сьюзен Виггз – Книжный магазин «Бюро находок» (страница 37)

– Я… Да, это я. Тревор Дэшвуд.

– О боже мой. Вау, привет.

«Святые угодники, – подумала она. – Ты разговариваешь, как идиотка. Потому что… Тревор Дэшвуд!»

Он был еще привлекательнее, чем на фото. Это было удивительно, потому что, как правило, фотографии на обложках обычно ретушированные. А этот парень…

– И… вау, простите. Вы сами видите, что застали меня врасплох.

Он отпустил ее руку и неторопливо изучил ее, его взгляд был теплым и дружелюбным. У него были карие глаза, красиво очерченные брови и дорогая стрижка.

– Вы не любите сюрпризы?

– Я никогда еще не была так удивлена, как сейчас. Она не могла перестать смотреть на него. Как так произошло, что она стоит здесь и разговаривает с одним из самых популярных писателей в мире? Каким-то образом ей наконец удалось, заставить мозг работать.

– Пожалуйста, – выдавила она, густо покраснев. – Входите. Могу я предложить вам кофе? Что-нибудь еще выпить?

– Нет,спасибо. – Он помолчал, осматривая тусклый магазин. – Это подходящее время, или…?

– Это отличное время, – пробормотала она, думая об одиноком вечере, который намечался всего несколько минут назад. Они прошли к столику в кофейню. Она практически растаяла, когда он пододвинул ей стул.

– Простите, я немного в шоке от звездной встречи. Не каждый день писатели заходят в…

– Это я должен быть в шоке, – сказал Тревор. – Продавцы книг – лучшие друзья писателя.

– Это вы хорошо зваметили.

– Я не пытаюсь быть хорошим.

– Но вы хороший. И спасибо. Я совершенно сбита с толку. Что привело вас сюда?

– Я приехал из-за этого. – Он достал конверт из кармана и развернул его на столе. – Я получаю много писем от читателей, и большинство из них проходят через мою помощницу, но время от времени Эмили помечает особые письма, как это. Я не могу перестать думать о нем. Маленькая девочка Дороти отправила мне сообщение о вашем магазине.

– Что? – Натали просмотрела письмо. Оно было аккуратно написано на разлинованном школьном листе и проиллюстрировано детскими зарисовками. Подчерк знакомый. Дороти.

«Дорогой Мистер Дэшвуд, я беспокоюсь о книжном магазине в моем районе, потому что здесь его очень дорого содержать. Я боюсь, что он закроется, и это будет трагедия. Но у меня есть идея. Думаю, вы можете спасти книжный магазин «Бюро Находок», если вы приедете и проведете автограф-сессию. Потому что все любят ваши книги, и все придут. Вдобавок, я хочу встретиться с вами лично. Леди, которая владеет магазином, зовут Натали Харпер. Она очень милая!!! Я знаю, что вы заняты, но пожалуйста, приезжайте. Библиотекарь в моей школе сказала, что ваш издатель позаботится о том, чтобы вы получили это письмо.

Искренне ваша, Дороти Галафер».

На зарисовках девочка запечатлела детальную картину магазина с витриной и кошкой, дремлющей на полке. На рисунках красовался слоган магазина «Взгляд на хорошие книги». Прилагался и слишком лестный портрет Натали, с распущенными волосами, подкрученными ресницами, фигурой в форме песочных часов. Уголки ее красных губ грустно опущены. Была еще страница со стихотворением и тщательно нарисованным портретом себя и Тревора, его густые брови были выделены черными полосками.

– Дороти одна из моих любимых покупателей. Она очаровательная, —расчувствовалась Натали. – И настоящий фанат ваших книг.

– Я понимаю, почему она любит это место, – сказал он, осматривая полки и книжные шкафы. Потом его взгляд вернулся к Натали. – И вас.

Сердце Натали забилось сильнее. Он флиртовал с ней? Как это было возможно? Как мог этот мужчина – этот американский литературный бог флиртовать с ней?

Она решила игнорировать вибрации, которые, казалось, исходили от него. Наверняка это ее воображение. Женщины скорее всего вешались на него. Ей не хотелось быть типичной одинокой женщиной, впечатленной настоящей звездой.

– Ну тогда, – предложила она, – не хотите осмотреться?

Она показала ему детский отдел, полный его книг, которые он храбро согласился подписать. Сильвия окинула его презрительным взглядом, потом потерлась о его ногу и ушла, задрав хвост.

– У меня было много первых встреч, которые проходили так же, – заметил Тревор.

– Первые встречи бывают трудными, – согласилась Натали, снова почувствовав атмосферу флирта. А может, и нет. После того, что случилось с Риком, она больше не доверяла себе.

– Жаль, что мы не можем просто перескочить их.

– Кто сказал, что не можем?

– Во-первых, пространственно-временной континуум.

– О, всезнайка, да? – он улыбнулся, излучая тепло.

Было что-то сюрреалистическое в его присутствии, словно он только что вышел из ее сна.

– Я не хотела таращиться на вас, но я не могу поверить, вы появились как гром среди ясного неба.

– Я часто приезжаю в город, – сказал он. – Я живу в Кармеле, но у меня еще есть дом на Хоб Хилл.

– Я клянусь, что не просила Дороти этого делать. Я не имела понятия… Я связывалась с вашими представителями, но они не особо обнадежили. Сказали, что вы занятой писатель и планируете мероприятия за два года вперед.

– Они бы распланировали работу моих органов, если бы я им это позволил, – он усмехнулся. – Извините. Все знают, что у меня детский юмор.

– Как и ваши читатели.

– Вы не возражаете, если я спрошу? У магазина действительно неприятности, как говорит Дороти?

Натали глубоко вздохнула.

– Что делать. Случаются проблемы. Ни для кого не секрет, как продаются книги в наши дни. Однако я верю в это место и я пытаюсь разработать план. Магазин перешел ко мне при неожиданных обстоятельствах.

– Хотите рассказать? – спросил он. – Вам не нужно, если…

– Я не против. Это был магазин моей мамы. Но для меня это дом. Я выросла здесь. Мы жили в квартире на верхнем этаже. Несколько недель назад моя мама погибла в авиакатастрофе, поэтому сейчас за это место отвечаю я.

Он слегка коснулся ее руки.

– У вас был тяжелый период. Очень тяжелый. Говорят, что я хорошо владею словом, но я не знаю, что сказать. То, что случилось… черт. Это отстой.

– Да. Практически во всем. Мне нравится продавать книги, то есть мне не приходится тащить себя на работу каждый день. Но у здания серьезные проблемы. Бизнес не идет. Мой дед живет в квартире на первом этаже, и он тоже… ну, он не в лучшем состоянии. Моя мама оставила после себя кучу долгов, о которых никогда мне не рассказывала… Она заставила себя остановить поток слов. Я больше не буду вам жаловаться. Уверена, что вы пришли сюда не для того, чтобы слушать весь этот длинный перечень проблем. Для меня честь, что вы здесь.

– Я не против послушать про ваши проблемы. Я хочу помочь. Какие проблемы со зданием?

– Ох, с чего начать? Проблемы старого здания, которые слишком долго игнорировали: сантехника, проводка, плохое состояние чердака и подвала. Моя первая мысль, когда это все произошло, была закрыть магазин и продать здание. Но это сложно.

– Я умею справляться со сложными вещами.

С ним было так легко разговаривать, что первоначальное потрясение от его звездности стало пропадать.

– Здание и бизнес, на самом деле, принадлежат моему дедуле. Он и мама открыли книжный магазин «Бюро Находок» в тот год, когда я родилась, и с тех пор они управляли им вместе. – Она обвела рукой комнату, в которой спустя несколько часов уже стало темно. – Я выросла среди стопок книг.

– А есть ли история названия «Бюро находок»?

– На самом деле есть. Они открыли книжный магазин после того, как нашли в подвале коллекцию старых книг.

– Дедуля? Ты зовешь его дедуля? Это очень мило, и мне он уже нравится.

– Он просто великолепен.

– Я схожу с ума по редким книгам, – сказал Тревор.

– Тогда вы сойдете с ума по этим. – Она встала из-за стола и пошла к прилавку. – Есть легенда о том, что Марк Твен и Брет Гарт, бывало, выпивали здесь, когда в здании располагался бар под названием «Лестница в десять футов». Это не подтверждено, но мне нравится думать, что это правда. – Она показала ему стеклянную витрину и шкаф с редкими книгами.

Он наклонился к ней.

– Это целая коллекция. – Он обратил внимание на редкие экземпляры у самого пола – «Рождественскую песню» и «Большие надежды». – Вы понизили Чарльза Диккенса до нижней полки?

– Прекрасные произведения, но он не мой любимый писатель, – сказала она. – Он так ужасно обращался со своей женой.

– Ладно. Тогда покажите мне вашего любимого.

– Есть первое издание «Принца и нищего», но другого Твена в наличии нет. Хотя Марк Твен тоже не самый мой любимый писатель. Я люблю Джека Лондона, из-за того, что он связан с нашими местами, – поделилась она, открывая шкаф. – На этом экземпляре «Белого Клыка» есть подтвержденная подпись и письмо, написанное его рукой. – Она аккуратно положила на прилавок отлично сохранившийся томик в обложке из выделанной кожи и с авторской подписью на титульном листе.

– Красота, – восхитился Тревор. – Я начал читать его, когда был еще ребенком, и перечитывал несколько лет назад. Никогда не забуду «Время не ждет», про парня, который бросает целое состояние в обмен на настоящую любовь.

– У меня до сих пор лежит залитый слезами экземпляр «Зова предков», — поддержала его Натали. – Я плакала и плакала. «Возникает исступленный восторг, который знаменует вершину жизни…»