Сьюзен МакКоли – Кости в стене (страница 15)

– Не хочешь взглянуть на это, как на настоящую охоту?

– Что ты имеешь в виду? – У меня участился пульс: я вспомнил, как Джейсон и его отец однажды взяли меня с собой охотиться в лесу. Я тогда чуть не прострелил себе ногу.

Джейсон остановился:

– Только не перебивай, хорошо?

– Хорошо, – простонал я. – Порази меня. – Я ухмыльнулся собственному каламбуру, а Джейсон закатил глаза.

– Призраки же вредители, верно? – спросил он, пока мы шли к центру города.

– Определённо. – Я сунул руки в карманы и старался не вспоминать об опасности, которую почувствовал в подвале того дома.

– Тогда подумай вот о чём. Для начала надо попробовать их отпугнуть. – Его голос взлетел на тон и слегка задрожал – так бывало, когда Джей рассуждал о чём-то чересчур увлечённо.

– Отпугнуть?

Джейсон продолжал, пропустив мимо ушей мой вопрос:

– Ну конечно! Крысам подкладывают яд. Они съедают его, а потом уползают куда-нибудь умирать. Очевидно, что призраков ядом не убьёшь, они ведь уже мертвы. Но если насыпать соляную линию вокруг дома, это может сработать похожим образом. Помнишь, что мы проходили о соли в прошлом году?

– Если честно, не совсем. – Джейсон помнил то, о чём я совершенно забыл. Я сосредоточился на защитных знаках, обо всём остальном обычно заботились городские экстрасенсы. Дома с солью всегда разбиралась мама. Я подумал о маме, и желудок болезненно свело. Я так по ней соскучился. Интересно, а папа рассыпает соль вокруг дома вместо неё? Если нет, может ли это быть причиной того, что призраки проходят внутрь?

– Теперь пойдём ещё дальше. Если тебе попался агрессивный призрак, поймай его. Пусть он станет твоей добычей. В этом случае понадобятся ловушки и оружие, так? И приманки.

– Зачем, во имя Соломона, мне приманки? Я же хочу, чтобы они держались подальше.

– Это понятно. Но раз ты знаешь, что один из них всё равно появится, почему бы не заманить его туда, куда нужно именно тебе? Подготовить ловушку и… – Джейсон хлопнул в ладоши. – Бам! Ты его сцапал. И ничто больше тебя не беспокоит. – Он улыбнулся, словно придумал самый умный план на планете.

– Идея хорошая, но разве этим не должны заниматься экстрасенсы из БПР?

– Наверное, должны. Но я видел экстрасенса из Бюро всего однажды: это было в пятом классе, когда они прислали человека рассказать нам об охоте на призраков… Слушай, если хочешь чтобы духи от тебя отстали, стоит хотя бы попытаться думать, как экстрасенс-охотник. Лучшая защита – нападение.

Проклятье. Я знал, что Джейсон что-то задумал, и меня не покидало нехорошее предчувствие того, что он прав.

Мы свернули на Декейтер-стрит, где стык в стык выстроились разноцветные дома с балкончиками, и направились прямиком к «Агентству по расследованию паранормальных явлений Елены Ленард». В витрине висела табличка «Открыто».

Я взялся за ручку двери, но Джейсон остановил меня:

– Погоди. – Он провёл пальцем по едва различимому, но мерцающему знаку, начертанному на двери. – Ты когда-нибудь видел такую печать?

Какую печать? В прошлый свой визит я не заметил на двери других печатей, кроме привычного Третьего пентакля Юпитера. Я присмотрелся внимательнее. Сложные линии и символы переплетались друг с другом, образуя, как я догадывался, какой-то усиленный защитный знак. Я пожал плечами:

– Понятия не имею. Но давай уже проверим, здесь ли тётя Елена, и выясним, что они с Фрэнком на самом деле засекли своими приборами.

Мои нервы были на пределе, и я слегка переборщил, хлопнув дверью сильнее, чем следовало, заставив дверной колокольчик отзванивать заливистую трель.

Сквозь мягкий гул потолочного вентилятора я различил голос Ханны. Ну здорово. Как раз то, что мне было нужно. Весь день в школе я старательно избегал её. С меня хватило признаться Джейсону. Меньше всего мне хотелось, чтобы теперь Ханна мучила меня расспросами.

Я двинулся вглубь офиса, Джейсон шёл следом.

Тётя Елена сгорбилась в своём кресле, Фрэнк сидел подле неё. Оба смотрели в несколько мониторов, испещрённых какими-то странными печатями, о которых в начальной школе нам не рассказывали. Ханна заглядывала к ним через спины. Услышав меня, все трое подняли глаза.

Губы Ханны расплылись в торжествующей улыбке:

– Я знала, что ты появишься.

– Рада, что ты оклемался. – Елена протянула руку Джейсону. – Полагаю, ты тот самый лучший друг Алекса, Джейсон, о котором я столько слышала все эти годы?

Джейсон пожал ей руку и одарил одной из самых ослепительных своих улыбок:

– Не знаю, как насчёт «того самого», но мне очень приятно с вами познакомиться.

Во имя Соломона, Ханна что, сейчас захихикала? Мне не показалось? Она действительно захихикала, и её обычно бледные щёки порозовели. Джейсон включил своё обаяние? С ней?

Тётя Елена жестом указала нам на пару пустых стульев неподалёку, и мы шустро подтащили их поближе к мониторам.

– Алекс, Фрэнк считает, что твои способности гораздо шире, чем ты думаешь.

Фрэнк посмотрел на меня, как голодный волк на добычу.

– Э-э, – это всё, на что меня хватило, прежде чем я сел.

– Вот, гляньте.

Джейсон уставился на шипастые показания на одном из экранов, затем перевёл взгляд на другой, где стояла на паузе видеозапись с моим участием:

– Понятия не имею, на что мы смотрим, но круто!

Я глубоко вдохнул и вгляделся в застывшее видео. Моё лицо было бледным. И да, я выглядел довольно напуганным.

Тётя Елена ткнула пару кнопок, и запись ожила:

– В моменты, когда ты особенно взволнован, показатели ЭМП зашкаливают.

– Взволнован? Да он чуть не взбесился, – фыркнула Ханна, и её глаза заблестели.

– А потом ты удивляешься, почему весь день он тебя избегает? – вклинилась Елена, за что мне почти захотелось её обнять.

– Давайте продолжим. – Тётя нажала ещё одну кнопку. Экран потемнел, тишину заполнило шипение. Но потом мы услышали… Дыхание.

Чьё это было дыхание, моё или того жуткого призрака, я так и не понял. Потом Алекс на записи произнёс:

– Ты это слышишь? – В собственном голосе я отчётливо уловил смесь раздражения и страха.

– Слышу что? – Голос Ханны. Затем в кадре появилась моя сощуренная физиономия. Я прикрывал глаза рукой.

– Перемотай вперёд, тётя Елена, к хорошей части, – хмыкнула Ханна.

– К хорошей части? Как в этом всём вообще может быть что-то хорошее?

Тётя Елена передвинула мышку и щёлкнула:

– Это кусочек, когда Ханна вернулась со мной и Фрэнком. Вот. Послушайте. – Она наклонила голову к монитору.

Из динамика вырвался высокий голос: тонкий, надломленный и напуганный:

– Пожалуйста. Кем бы вы ни были, прошу, помогите мне. Пожалуйста. Пока он не вернулся. – Женщина задыхалась, давясь слезами, частые всхлипы мешали разобрать слова. Но слова, несомненно, были. И вот они – на записи.

Алекс на видео не шевелился. Снова раздался женский голос:

– О, пожалуйста. Умоляю вас… – Я стоял спиной к камере, затем вытянул руки, пальцы прикоснулись к стене. – Он идёт!

Я услышал собственный крик. Картинка заметалась: пол, стена, потолок.

– Остановите, – захрипел я, задыхаясь. Кровь отхлынула от моего лица.

Экран потемнел. Остались только звуки возни, а после голос Ханны:

– Показатели зашкаливают.

– Остановите! – Мне хотелось что-нибудь сломать. Заставить всё это исчезнуть. Но я не мог. Всё это было реальностью. Всё! И я только что увидел и услышал доказательства. Я отвернулся от Джейсона, стараясь не расплакаться в присутствии лучшего друга.

– Ханна, дорогая, переверни табличку на «Закрыто».

– Сейчас? Но ещё только четыре часа.

– Сейчас же! – рявкнул Фрэнк, не сводя с меня глаз.