Сьюзен Хилл – Чистые сердцем (страница 53)

– Тогда зачем вы припарковали ее за этим ангаром?

– А почему бы и нет?

– Такую дорогую машину? Вы не боитесь, что ее украдут или разберут? Один из самых лучших двигателей, насколько мне известно. И совсем новая, правда?

– Да.

– Так почему вы припарковали ее здесь и ушли?

– Я оставил ее приятелю.

– Понятно. Какому приятелю?

– Просто приятелю.

– Значит, он должен был забрать ее отсюда?

– Точно.

– А откуда он должен был взять ключи?

– Я оставил их в машине, можете проверить.

– Правда? Как легкомысленно. От такой-то машины.

– Он будет здесь с минуты на минуту.

– И как вы собираетесь добираться до дома?

– Он меня подвезет, ясно?

– Вы бывали здесь раньше, мистер Гантон?

– А что, если и бывал?

– Сколько раз?

Мужчина ковырял мыском потрескавшийся бетон.

– Гулял здесь когда-то, когда был ребенком.

– Я имею в виду, не так давно. Были ли вы здесь недавно?

Нет ответа.

– Почему вы припарковались у этого ангара?

– Чтобы не стояла на дороге.

– Понятно. Внутрь вы не заходили?

– Зачем это мне еще нужно? Я просто хотел оставить здесь свою машину.

– Были ли вы когда-нибудь внутри этого ангара?

– Не знаю. Может быть. Я сказал вам, что, когда был…

– Нет, не когда вы были ребенком. За последнюю неделю?

– Нет.

– Вы уверены?

– Конечно, мать вашу, я уверен, я не лунатик, у меня нет провалов в памяти. Я не заходил внутрь.

– В какой-нибудь другой из этих ангаров?

– Нет, я не был ни в одном. Слушайте, а что такое?

– Вы знаете что-нибудь о девятилетнем школьнике по фамилии Дэвид Ангус, который исчез с порога собственного дома?

Повисла тяжелая тишина. Эндрю Гантон с ужасом уставился на Саймона Серрэйлера в ослепительном свете фар патрульной машины.

– Мать твою, – тихо произнес он через секунду, – так вот о чем речь.

– Отвечайте, пожалуйста, на вопрос, мистер Гантон.

– Да, я знаю о нем. Нельзя жить в Лаффертоне и не знать о нем, разве не так, он же повсюду, разве нет, в каждом окне на каждом чертовом постере. Несчастный маленький пацан.

– А почему вы так говорите?

– Ну а как мне еще говорить? Вы так не сказали бы?

– Вам неизвестно ничего о том, где он мог бы находиться?

Энди Гантон сделал шаг вперед. Он говорил сквозь стиснутые зубы, и его лицо становилось злее с каждой минутой:

– Нет, мать твою, неизвестно. Был бы рад, если бы было. Был бы рад рассказать вам, где он, и что он сидит там в тепле и комфорте, живой и здоровый, и с удовольствием отвел бы вас туда, но это все не так, и мы оба это знаем.

– Знаем? Вы знаете?

– Слушайте, я, может быть, и делал много чего дурного…

– Например?

– Но могу сказать перед Богом и перед могилой своей матери, что я никогда не трогал и не трону ни волоска с головы ни одного ребенка. Я могу прямо сейчас поклясться на любой Библии, слышите? – Он говорил правду. В его тоне и в его словах слышался чистый, почти праведный гнев. Серрэйлер чувствовал, что правда горит в нем огнем и рвется наружу.

– Вы были за рулем серебряного «Ягуара XKV». Вы сказали, что это ваша машина.

– Да.

– Серебряный «Ягуар XKV» этой же модели видели на Соррел-драйв, рядом с домом Ангусов, за день до исчезновения Дэвида Ангуса.

– Черт, – тихо сказал Эндрю Гантон.

– Я хотел бы, чтобы вы отправились в участок и дали показания.

– Хорошо.

– Я не арестовываю вас, вы это понимаете?

– Да мне уже неважно, арестовывайте сколько хотите. Я дам показания. Я сделаю все, что вы мне скажете, если это поможет найти того пацана.

– Спасибо, мистер Гантон. Не могли бы вы присесть на заднее сиденье патрульной машины, и тогда мы в скором времени увидимся в участке?

Саймон послал их вперед и сел в свою машину. Из-за облаков вышла луна, и ангары отбросили гигантские тени на старые взлетные полосы. Они совсем проржавели, их круглые крыши потемнели и прохудились. Вместо того чтобы поехать за патрульной машиной через поле к воротам, он поехал в сторону ангаров и остановился рядом с «Ягуаром».

Было тихо. Ветра не было, вокруг нельзя было уловить ни единого движения.

Он никогда не пытался следовать инстинктам или предчувствиям, но это место сообщало ему отчетливое ощущение пустоты и заброшенности, а вовсе не зла или опасности. Здесь не происходило ничего, что было связано с исчезновением Дэвида Ангуса, никаких детей тут не прятали, живых или мертвых. Саймон ощутил в этом полную уверенность, пока стоял здесь, посреди теплой ночи, только изредка слыша уханье совы где-то очень далеко.

Он пошел в сторону первого ангара. Дверь была открыта настежь и свисала, но у него хотя бы была более или менее целая крыша. Он вошел. Под ногами он почувствовал траву. В воздухе стоял легкий запах металла. Больше ничего. Он кашлянул. Здесь никого не было.

Он вышел и направился в сторону следующего ангара, в нескольких ярдах от этого. Не успел он дойти, как услышал звук автомобиля, который съехал с проселочной дороги и заехал на бетонную посадочную полосу. Он застыл, прижавшись к стене ангара. Свет фар выхватил полоску травы, а потом и стену ангара, прежде чем машина свернула. Саймон медленно направился к выходу с аэродрома, держась стен здания. Голосов не было. Он услышал, как захлопнулась дверь и зашуршали чьи-то шаги. Он обошел ангар сбоку, пригнулся и быстро побежал к другому. Пока он это делал, зажглись фары и включился двигатель. Саймон выскочил на середину дороги, выставив одну поднятую руку. У ангара стояло уже два автомобиля – серебряный «Ягуар» с включенным двигателем и маленький фургон, похожий на пикап.

– Полиция!

Он двинулся к ним, совсем позабыв о том, что он один, и преградил дорогу «Ягуару».