Сьюзен Хилл – Чистые сердцем (страница 42)

Дротики летели, чтобы попасть в нужное место на пробковом кругу, тук-тук-тук. А потом все по новой.

Энди вышел под моросящий дождь, засунув коробку под куртку.

Два дня ничего не происходило. Когда ему выдался час полного одиночества в доме, он от начала до конца прочел инструкцию и поставил телефон заряжаться, спрятав его под своим спальным мешком. Туда никто бы никогда не заглянул. Мишель, кажется, тут не убирала никогда, только время от времени заправляла постели да приоткрывала окна.

Много чего изменилось за время его отсутствия, и мобильные телефоны в том числе. Тогда они по преимуществу были встроены в машины, а теперь они были повсюду. Десятилетние дети рассекали по улицам на роликах, одновременно по ним разговаривая. Мир сделал шаг вперед, но не взял его с собой.

В четверть девятого утра его племянник сбежал вниз по лестнице вместе с телефоном и бросил его ему.

– Тебе сообщение, – сказал он и пошел дальше, к задней двери.

Он отправился наверх, сверился с инструкцией и открыл первое текстовое сообщение в своей жизни.

«Аппрентис Рд. 2:30. Серебр. Ягуар XK8. Контакт-Дэнни»

Он перечитал его несколько раз. Он не знал Дэнни. Он знал только, что забирать «Ягуар XK8» посреди ночи с богатенькой улицы на окраине Лаффертона – это не похоже на что-то легальное.

Ну, значит, он не пойдет. Очень просто. Ли Картер не сможет его заставить. Он же не придет стучаться в дверь Мишель, требуя Энди в полтретьего ночи, правильно? Он просто не пойдет. Чертовски глупо было поверить в кошерную работу от Ли, даже на пять минут, даже хоть он и говорил, что все изменилось. Конечно, ничего не изменилось. А что, выглядело так, будто изменилось? Этот дом, и лужайка, и крутая барная стойка, и холодильник, набитый бухлом, выглядели законно?

Он положил телефон в карман брюк и вышел из дома. Улицы были пусты. Дети были в школе, большинство тех, кто работал, – на работе, а те, кто нет, смотрели телевизор, сидели в пабе или уехали в город. Как он. Он сел на автобус и поехал в город.

Автобус подвез его к углу у Дино. Запотевшие окна, неоновая вывеска с завитушками – те же самые, что десять и больше лет назад – как будто явились из другого мира, старого мира, в котором он чувствовал себя как дома. Под вывеской висел постер, с которого на него смотрело лицо пропавшего мальчика.

Энди толкнул дверь в кафе. Фредо стоял рядом с кофемашиной.

– Энди… Пришел за фирменным мороженым?

Были же времена. Энди засмеялся.

– Эспрессо, капучино, мокко, латте?

– Чай.

– Ага, все с тобой ясно. Как ты поживаешь, Энди? Нашел работу?

Нет. Да. Он был не уверен.

– Ищу. Ты случайно не знаешь никого, кто хотел бы открыть овощную базу?

– Нет. Возможно, я знаю кого-то, кому нужно подстричь изгородь. Мне.

– Ага, ну да. Спасибо, Фредо.

Он взял кружку чая, потом подумал и добавил к ней пончик из-под стеклянного колпака на стойке.

Пока он расставлял все это на столе с мраморным покрытием у окна, мобильник издал жужжащий звук. Он оглянулся. Никто не обратил внимание. Да и на что тут обращать внимание, действительно?

Энди достал его из кармана. «Гантон», – сказал он. Тишина. Он подумал, а потом нажал зеленую резиновую кнопку и попробовал снова. «Гантон». Идиотская глупая штуковина. Он укусил пончик, и джем расползся у него по щекам.

Через пятнадцать минут, когда он разделывался со второй кружкой чая, телефон зажужжал снова, и на этот раз, когда он начал подносить его к уху, краем глаза он увидел надпись на квадратном дисплее. Сообщение.

Это заняло у него пять минут. У него не было при себе инструкции. Альфредо полировал пригоршню ложек и смотрел на него. Школьник с постера смотрел на него. Женщина уставилась на него сквозь запотевшее окно. Черт.

В конце концов ему удалось.

Ответить.

Боже мой.

– С тобой все в порядке, Энди?

– В порядке.

– Ты же не грустишь, правда?

– Правда.

– Знаешь, что тебе нужно?

– Что мне нужно, Фредо?

Фредо полез под стойку и достал оттуда маленький кожаный бумажник с фотографиями и передал его ему. Внутри было два фото. На одном была темноволосая темноглазая девушка с золотыми кольцами в ушах, на другом – она же, в пышном белом платье, рядом с Альфредо, в день их свадьбы.

– Замечательно, – сказал Энди, передавая ему бумажник обратно. – Просто потрясающе, Альфредо. Рад за тебя. Сколько?

– Один фунт.

– Ну да ладно тебе.

– Я не могу выдавать их бесплатно, Энди, но всего лишь фунт.

На долю секунды Энди почувствовал такой жуткий прилив ярости, что чуть не прижал со всей силы руку Альфредо, полную ложек, к стойке и не сказал, что ему не нужны подачки. Он посмотрел в лицо своего старого школьного друга. Альфредо посмотрел на него в ответ, все еще улыбаясь.

– Спасибо, Фредо, – сказал Энди, – только в следующий раз я должен буду оплатить полную стоимость, или я больше не смогу приходить сюда. А я хочу приходить сюда.

– Договорились, – сказал Фредо, кладя фунтовую монету в кассу. – Я тоже хочу, чтобы ты приходил сюда.

Когда Энди подошел к двери, Альфредо крикнул ему вслед:

– Ты точно не подстрижешь изгородь, как сможешь, Энди?

Он нашел свободную скамейку на торговой площади, которую недавно сделали пешеходной. Рядом загорали два старика. Один из них выглядел так, как будто спит. Как они это выносят – ничего не делать, день за днем, просто высиживая на скамейке?

Итак, что он все-таки будет делать? Он достал мобильный телефон. Сообщение исчезло с экрана. Он подумал, что случилось бы, если бы он просто не ответил. Он мог бы притвориться, что вообще не получил телефон, что он его никогда не включал, так что даже и не знал, что были какие-то сообщения, что…

Ну да, конечно.

Он должен был пойти, вот и все. Он должен был забрать машину завтра в два тридцать. Если он этого не сделает, Ли придет к нему, а потом… Он знал, что потом.

Мишель с какой-то другой женщиной ели сэндвичи и пили сидр из банок, когда он вернулся.

– Ты где шлялся? – сэндвич она ему не предложила.

– Просто гулял.

У женщины была сережка в носу и черные ногти.

– Не туда, куда надо, ты гулял. Тут звонила твоя офицерша по условно-досрочному, знаешь об этом? – Мишель вытерла рот и потянулась через стол за своими сигаретами.

Черт. Он забыл, потому что эти встречи были такой же бесполезной тратой времени, как местный стрип-клуб – пространства. Что дадут ему эти разговоры? Работу? Жилье?

– Что она сказала?

Мишель пожала плечами.

– Позвони ей и узнаешь.

– Ладно.

– Тогда, с твоего позволения, у нас тут женский разговор.

Черные ногти захихикали.

В спальне воняло. Энди широко открыл окно, кинул треники Мэтта на подоконник, чтобы они проветрились, а потом сел на краешек своего спального мешка и стал читать инструкцию к мобильному телефону, пока не запомнил, как писать текстовые сообщения, наизусть.

В Дульчи стояла тишина ровно до половины четвертого, когда заканчивались уроки, и тогда бедлам длился уже до часу ночи. Это было не как в тюрьме, это было хуже. Его сестра относилась к нему не лучше, чем любой надзиратель, и там у него хотя бы была собственная комната. Под кроватью своего племянника он наблюдал серые комья пыли и стопку порножурналов.

Так как можно было это решить? Можно было. Он достал телефон, нашел сообщение во входящих и аккуратно нажал кнопку Ответить.