Сьюзан Деннард – Ведьма правды (страница 76)
Она почти… почти жалела, что порча Корланта не убила ее до конца. По крайней мере, тогда все эти заблудшие души могли бы остаться в живых.
И тут Мерику стало слишком плохо, чтобы Изольда могла продолжать не обращать на него внимания. Он был бледен, его трясло, а нити тускнели слишком быстро.
Тогда ведьма отбросила все свои чувства – все свои нити, которых никогда не видела сама, – и придвинулась поближе к Мерику.
– Где «Джана»? – спросила она, решив, что на корабле быстрее получится доставить его к целителю. Они с Сафи бросили лошадей, и Изольда понятия не имела, где находится ближайший город. – Ваше Высочество, мне нужно знать, где находится «Джана». – Изольда склонилась к его лицу. – Как мне добраться до нее?
Мерик дрожал, прижав руки к груди, а его кожа была обжигающей на ощупь. Его нити становились все бледнее и бледнее.
Но будь проклята Изольда, если позволит ему умереть. Она наклонилась ближе. Заставила принца встретиться с ней взглядом.
– Как я могу связаться с «Джаной», Ваше Высочество?
– Ветряной… барабан Лейны, – прохрипел он. – Ударь в него.
Изольда окинула взглядом местность. Там… В восточной части города, всего в нескольких кварталах, стоял барабан, такой же, что был на «Джане».
Девушка с трудом поднялась на ноги. Голова кружилась, а ее мышцы горели, словно в них натолкали толченого стекла. Изольда делала шаг за шагом… Пока наконец не добралась до барабана.
Она подняла колотушку – там была всего одна, и молилась, чтобы именно этой колотушкой вызывался ведовской ветер. Потом Изольда ударила в барабан. И снова, и снова, и снова.
Пока она била и била, словно желая
На этот раз Сафи устроила нечто выдающееся. Быть похищенной марстокийцами – это можно считать настоящим достижением. Но чего бы ей это ни стоило, Изольда справится.
Она доставит Мерика к целителю.
Она найдет способ остановить Кукольницу, чтобы из-за Тени больше никто никогда не распался.
Она разберется с Корлантом и его порчей и даже, может быть, найдет Гретчию и Альму.
И прежде всего Изольда отправится за Сафи. Не обращая внимания на боль в руках и усталость в ногах, она отправится за Сафи и вернет ее.
Повязаны навсегда.
Мерик был без сознания, когда прибыла «Джана». К тому времени как он добрался до Дара Нодена и Колодца Истока, он был почти мертв. В раны попала соленая вода, а три сломанных ребра никак не хотели заживать.
Когда принц наконец очнулся на низкой кровати в перевернутой каюте корабля в Даре Нодена, рядом с ним оказалась его тетя, ее серебристые волосы сияли, как всегда. А губы, хоть и улыбались, дрожали от облегчения.
–У меня хорошие новости,– сказала она ему, и улыбка быстро сменилась сосредоточенным взглядом, пока Эврейн наносила лечебную мазь на руки Мерика, его лицо и ладони.– Колдуны голоса из Ловатса весь день безостановочно вызывали Гермина. Похоже, что, несмотря на нападение на Лейну, марстокийцы хотят начать торговлю. Но они будут вести переговоры только с
– Ох. – Парень вздохнул, понимая, что должен быть счастлив. Торговля – это все, чего он хотел, и теперь Мерик доказал, что торговля может возродиться.
Но на вкус победа оказалась как пепел, и он никак не мог убедить себя, что оно того стоило.
– Где… Изольда? – спросил принц слабым голосом. Эврейн помрачнела.
– Она осталась в Лейне. Она… убедила Гермина, что с ней все будет в порядке и она обязана встретиться с кем-то в кофейне.
Пока Мерик пытался понять, с кем могла встречаться Изольда, тетя сообщила, что принц Леопольд исчез из Дара Нодена.
– Он сидел на гауптвахте под усиленной охраной, и внезапно его каюта оказалась пустой. Я могу лишь предположить, что колдун морока каким-то образом помог ему сбежать.
Это было слишком для измученного горем и болью сознания Мерика. Он покачал головой, пробормотал что-то о том, что разберется со всем этим позже, и сразу погрузился в вызванный ведовством целительный сон.
Два дня спустя – и через три дня после потери Каллена – Мерик наконец отправился в поход из Дара Нодена в бухту Нихар. Эврейн попрощалась с ним, заявив, что ей нужно срочно отправиться в монастырь Кар-Авена, и Мерик не смог переступить через свою гордость, чтобы умолять ее остаться.
Она постоянно то приходила, то уходила с тех пор, как он был мальчишкой, и почему что-то должно измениться сейчас?
Так что, прихрамывая, Мерик в одиночестве шел мимо деревьев и кустов, и все они пестрели новыми ростками жизни. Лишайник, насекомые, зелень, снова зелень, еще больше зелени – Мерик не находил этому объяснения, он лишь хотел, чтобы Каллен был здесь и увидел это.
На самом деле он ни на секунду не забывал о Каллене. Воспоминания стояли перед глазами, а чувство утраты пульсировало в крови. Даже когда Мерик наблюдал, как над бухтой проносятся живые птицы, а живая рыба необъяснимым образом снова плещется в волнах, – все это имело привкус пепла.
Команда принца выстроилась на главной палубе, когда он наконец смог забраться на «Джану». У каждого на рукаве была повязка из синего льна в знак траура по погибшему товарищу, и все отдавали честь, когда Мерик проходил мимо.
Но он почти ничего не замечал. Он хотел увидеть только одного человека – того, кто мог понять, что чувствует Мерик.
Он взглянул на Гермина:
– Пришли ко мне Райбер, пожалуйста.
Тот вздрогнул:
– Она… ушла, сэр.
– Ушла? – Мерик нахмурился, он явно чего-то не понял. – Куда ушла?
– Мы не знаем, сэр. Она была на корабле, когда мы причалили в Лейне, и мы думали, что она осталась на корабле, когда мы дошли до бухты Нихар. Но… я не уверен. Все, что мы знаем, это то, что сейчас ее на корабле нет.
Мерик нахмурился. Куда могла пойти Райбер? Зачем?
– Она оставила записку, но в ней ничего не сказано о том, куда она отправилась. Записка лежит на вашей кровати, сэр.
Мерик влетел в капитанскую каюту, ребра протестующе затрещали от резких движений. В два шага принц пересек помещение. На кровати валялся его помятый мундир, а сверху лежал листок бумаги.
Мерик схватил его, пробежав глазами по почти неразборчивым каракулям Райбер.
Мерик наморщил лоб. Карман его мундира?
Парень схватил мундир, дрожащими руками осторожно вытащил контракт. На последней странице виднелись отпечатки пальцев, почему-то в пепле, а также жирные каракули.
Мерик перевернул страницу.
Ниже отвратительным прыгающим почерком была поставлена подпись:
Что-то горячее кольнуло Мерика в сердце. Он перевернул контракт и увидел, что его подпись и подпись дона Эрона все еще на месте, а упоминание о «пролитой крови» вычеркнуто.
Мерик не верил собственным глазам. Его разум оцепенел, сердце перестало биться. Вот что на самом деле случилось той ночью, когда он проснулся оттого, что рука Сафи лежала у него на груди. Она вытащила контракт и при свете костра пеплом исправила и дополнила его.
И теперь Мерик мог торговать с имением Гасстрель. А еще с Марстоком.
Тихий, истерический смех накрыл его. Он получил больше, чем рассчитывал, и все же в груди нарастала ноющая тоска.
Медленно, ошеломленно Мерик опустился на край кровати. Он разгладил торговый договор, стряхнул с него пепел и отложил в сторону.