Сьюзан Деннард – Испытание кошмаром (страница 4)
Взять хотя бы сегодняшнюю находку – целое тело земляной сильфиды. Винни такой раньше не видела. И не осознавала, сколько в этих существах…
Еще ребята нашли два тела детенышей мантикоры, которые похожи на скорпионов, но размером с собаку. Таких Винни подбирает примерно раз в две недели, и рисовать их легко. Сплошной панцирь да ноги. Простые, четкие линии.
Может, из-за того, что все внимание Винни направлено внутрь себя, а взгляд прикован к следам шин Вторниганов, а может, потому, что у леса есть свой план, но, достигнув одного знакомого холма, где в землю воткнут знакомый красный колышек, она замечает по ту сторону что-то лишнее.
Две ступни.
Точнее, то, что осталось от двух ступней. Окровавленных, побледневших и без пальцев.
Она бьет по тормозам. Квадроцикл останавливается, забрызгивая грязью красный колышек. Это одна из вешек, которыми отмечают границу возможного появления кошмаров. Кошмары формируются каждую ночь, когда поднимается туман. Большинство остается в сердце леса, возле спящего духа, но некоторые норовят выбраться наружу. Рыскают в поисках людей для своей ночной трапезы.
Поэтому у Вторниганов есть датчики, способные засечь кошмар, который лезет во внешний мир. Теоретически. Но в этот раз кошмар, несомненно, пересек границу и оставил там ступни, и Винни обязана кому-то доложить об этом. А ступни надо подобрать.
Она соскакивает с квадрика и выуживает из-под сиденья старый пищевой пакет. В нем, очевидно, когда-то хранился чей-то перекус, но уже несколько месяцев это просто шуршалка-раздражалка, которую все лень выкинуть. Ну вот, послужит теперь мешком для трупов. Или… мешком для ступней.
Сунув руку в пакет, она подбирает два фрагмента останков, как когда-то подбирала какашки за собакой Эрики.
На Винни накатывает приступ дурноты. Она торопливо завязывает пакет. Всего час назад дразнила Маркуса, а сейчас ее саму того и гляди вывернет. Что же с ней будет на сегодняшнем испытании? Нехорошо, нехорошо…
«Да ты просто голодная, – говорит она себе. – К тому же не выспалась». Даже маме и бабушке Вайноне могло иногда поплохеть, хотя обе были Ведущими Охотниками клана Средансов.
Винни втыкает палку в то место, где были ступни. Красная глина трескается. Кончик палки обламывается, но ничего, сойдет. Марио из лаборатории Понедельниксов сумеет отыскать ее метку.
Пристроив ступни на прицепе-платформе среди кошмаров и нонов, она продолжает путь. На этот раз она не обращает внимания на колею Вторниганов. Она просто едет. Быстро. Пока наконец не въезжает на территорию усадьбы Понедельниксов.
Холодный ветер ревет ей в лицо, больше не защищенное лесом. Земля тиха, трава хрустит от инея. Винни несется ураганом, вспугивая двух воронов.
Эта усадьба похожа на кампус колледжа. Или на то, как Винни представляет себе кампус колледжа по картинкам из телевизора. Впереди главное здание – конечно, из красно-коричневого песчаника и увитое плющом, который в отсутствие листьев больше смахивает на засохшие спагетти. А вокруг дополнительные постройки, всего семь: три лаборатории, две библиотеки (историческая и естественно-научная), больница и офисное здание для всех Понедельниксов, которые трудятся над приумножением знаний светочей.
«Интеллект на первом месте. Познание есть верный путь» – вот их девиз, и уже не в первый раз, проходя мимо двух библиотечных зданий, Винни немного жалеет, что не родилась одной из Понедельниксов. Это не изменило бы того, что случилось с папой, но в этом клане она, мама и брат не страдали бы от ненависти окружающих так, как в клане Средансов. Понедельниксы ее, по крайней мере, не оскорбляют.
Кстати, девиз Средансов: «Дело превыше всего. Преданность до мозга костей». А что может быть большей неверностью, чем жить с дианом? Дианы – это ведьмы и колдуны, которые крадут магическую силу у спящих духов по всему миру. Они хотят разбудить их, чтобы кошмары хлынули в мир людей.
По меркам Средансов, десять лет изгойства – это еще мягкое наказание за преступление Винни, мамы и Дэриана. И, как бы ни было больно, Винни даже не в чем их упрекнуть. Дианы плохие. Папа плохой. Этим все сказано.
Давным-давно, на заре американских светочей, когда здешний дух впервые дал о себе знать, дианы боролись за то, чтобы закрепиться в лесу. По всей округе они закапывали свои источники – кристаллы, металлические шары, талисманы из древесины, кости животных, – надеясь, что предметы напитаются магической силой духа. Потом они использовали эти инструменты в своих колдовских ритуалах.
В те дни казалось, что источники рассованы повсюду: под корнями деревьев, в трещинах камней. Они постепенно высасывали из леса все соки. Нередко на них натыкались подростки во время трупного дежурства, нередко эти источники оказывались заминированы.
Например, прадедушка Винни потерял таким образом большой палец.
Однако светочи Цугута-фоллз в итоге оказались сильнее дианов. Колдуны и ведьмы не смогли присвоить магию духа, а потому им пришлось вновь скрываться по всему земному шару. А старая сирена в центре города, установленная когда-то для предупреждения о дианах и завывавшая без умолку, постепенно затихла.
Но ведь они по-прежнему где-то есть. Дианы. Они все еще стремятся установить контроль над духами и захватить мир. Они продолжают тайком размещать источники и красть магию, где бы они ни находились, при любом удобном случае. Папа Винни – живое тому подтверждение, а ее семья – живое доказательство того, что может случиться, стоит только ослабить бдительность.
Винни проезжает мимо главного здания усадьбы. Она машет двоим людям в лабораторных халатах, но те игнорируют ее. Достигнув больницы, она сворачивает и подъезжает к входу в морг. Там ее встречает Марио, ведущий исследователь кошмаров.
Он кивает Винни, его бледная кожа оттенка «не выхожу из лаборатории» пламенеет в лучах утреннего солнца. На губах лопается розовый пузырь.
– Фу, – ворчит Винни. – Я думала, мы договорились: никакой жвачки, пока я тут.
– А я думал, мы договорились, что ты не опаздываешь. – Он стучит по часам. – Вот, убиваю время как могу. – Он надувает новый пузырь.
Винни криво ухмыляется. Ей нравится Марио. Он никогда не ведет себя так, словно ей тут не место, никогда не закатывает глаза при виде ее, не игнорирует ее приветствия. Может, это из-за хороших отношений его племянника Эндрю с братом Винни, Дэрианом. А может, потому, что Марио был дружен с ее отцом до «инцидента». Как бы то ни было, она рада иметь союзника, даже если ей нельзя ходить с ним в морг и в лаборатории.
Даже если этот союзник без конца хлоп-лоп-лопает пузыри – не человек, а ходячий кусок пупырчатой пленки, выводящий из себя буквально всех. Даже его мать, которая живет в итальянской общине светочей, ругается, когда приезжает в гости.
– Я кое-что нашла. – Винни глушит двигатель, спрыгивает на тротуар и поднимает продуктовый пакет. Сквозь пластик виднеется кровь.
Марио щурится.
– Это что… ступни?
– Они самые. – Она подбегает к нему и машет свободной рукой в сторону платформы. – И я нашла их за пределами. Я просто уверена, что это ступни того половинного. Нет, – поправляет она сама себя, добежав до Марио, – я в этом вообще не сомневаюсь. Ты же знаешь, что это значит, да?
Он вздыхает, и его лицо превращается в гримасу, которую не назовешь иначе как страдальческой.
– У меня, безусловно, есть теория, но я подозреваю, что у тебя совсем другая. Притом крайне неправдоподобная.
Вот уж чья бы корова мычала. Не Марио ли печально прославился своими нестандартными идеями?
– Это сделал вервольф, – заявляет Винни.
Марио снова надувает пузырь.
– Нет, я серьезно. – Винни трясет перед ним ступнями. Пакет шуршит. – Разве какая-то другая тварь может перейти границу незамеченной, Марио? Это либо вервольф, либо подменыш, но подменыши не уродуют тела.
– Но волки-оборотни – огромная редкость. Их последний раз тут видели семнадцать лет назад. И тогда это было… – Он качает головой. – Это было ужасно, помнишь?
Помнить Винни не помнит – ее тогда еще на свете не было. Но она, конечно, слышала истории про то, как верфольф обернулся ноном и убил шестерых человек за шесть дней и как все жители Цугута-фоллз сидели по домам, пока Вторниганы его не пристрелили. Именно с тех пор сирена, которая предупреждала об атаке дианов, используется и для оповещения о любых дневных скитальцах, выбравшихся из леса.
Винни кусает губу. Она не хочет обесценивать воспоминания семнадцатилетней давности…. Но все же думает, что напала на след.
– Просто представь себе, Марио. Конец ночи застает волка-оборотня за едой. Он еще держит в пасти ступни, а его тело начинает снова принимать человеческий облик…
– Ты сказала «он»? Не «какая-то тварь»?
– …И он просто… – Она шагает пальцами. – Выходит из леса. Потом бросает ступни и входит в наш мир.