svetlana – Верхний Ист-Сайд (СИ) (страница 31)

Первое что я вижу, зайдя в комнату — большой каменный камин с трескающимися от огня дровами. Рядом есть ещё одна дверь, вот как он попал сюда раньше меня. Над камином весит огромная картина, но сейчас меньше всего меня волнует обстановка в этой комнате.

Прохожу чуть дальше, всё ещё слушая просто ужасную игру на джазовой гитаре, и вижу спину Джека, он сидит на стуле и, как я понимаю, играет на гитаре…. пытается играть. Подхожу ближе и обнимаю Джека за плечи.

— Это худшая игра, которую я только слышала, — шепчу ему я после нежного поцелуя в шею.

Плечи Джека трясутся от смеха, и он перестаёт играть. Выпрямившись, я замечаю небольшой столик. Так у нас романтический ужин?

— Ладно, — Джек включает что-то стоящее в темноте, и комната заполняется медленной музыкой.

— Полегче! — выкрикиваю я, когда Джек берёт меня за руку и резко поворачивает меня к себе. У меня, кажется, что-то хрустнуло.

Раздаётся звонок моего телефона, но Джек первый вытаскивает его из кармана моих джинс.

— Эй! — Я пытаюсь забрать телефон, но Джек поднимает руку вверх и из-за этого, клянусь, я ненавижу его. — Кто там? — спрашиваю я, когда Джек отключает мой телефон.

— Джессика, что ей нужно? — Он немного раздражён.

— Наверное, опять хотела рассказать о своём йоге.

— Ком? — смеётся он.

— У неё новый парень, её учитель по йоге. Ты можешь в это поверить? — Джек аккуратно кладёт мою руку на своё плечо, свою кладёт мне на талию, а вторую вкладывает в мою руку и начинает танцевать. — Джессика никогда не встречалась с парнем, чей счёт меньше ста тысяч долларов!

— Ну и что? — отвечает он, смотря на меня, как на умственно отсталую, а я лишь поднимаю бровь. — Я тоже никогда не встречался с девушкой, которая работает в библиотеке, или вообще работает. — Джек всё смотрит на меня как на ребёнка, которому нужно объяснять, почему трава зелёная, а небо голубое. — И я никогда не думал, что буду встречаться с девушкой, которая сама шьёт себе одежду.

Я не понимаю, почему он на меня так смотрит, но Джек прав. Возможно, теперь она будет счастлива. Если конечно он её не использует.

— И кстати, — Джек подходит к камину, берёт плоский футляр, как для очков и снова идёт ко мне. — Это тебе. — Джек открывает тёмно-синий бархатный футляр и в нём лежит серебреная цепочка с подвеской в виде золотой улетающей птицы. Её крылья украшены маленькими серебряными камушками. Она напоминает мне то, что я нашиваю на своих платьях.

— Джек, — говорю я, поднимая на него взгляд.

— Не спеши отказываться. — Он берёт цепочку и одним взглядом просит меня повернуться, что я и делаю. Я приподнимаю волосы, и Джек застёгивает цепочку на моей шеи. Теперь к моему сердцу прибавилась птица.

— Спасибо. — Повернувшись, я обнимаю его за шею и вот же миг чувствую его руки на своей спине.

Я бы остановила этот миг или же сохранила его в баночке, а когда снова бы захотелось его повторить, просто открыла бы её. Моё сердце… моя душа чувствует себя как дома, будто я уже давно в его поисках и вот я, наконец, его нашла. Мне спокойно с ним, нет волнения и страха, как это было раньше. В его объятиях я чувствую себя защищённой и мне просто невероятно нравиться, как он пахнет, а пахнет он также как и этот дом. В каждом доме свой запах, как и у человека. И я чувствую…

— Кажется, кто-то проголодался, — тихо смеётся Джек, и я расцепляю руки, сдерживая зевоту. Он, кажется, тоже услышал, как заурчал мой живот. — Присядь, я принесу еду.

— Постой, — я хватаю его за руку, — можешь дать мне во что переодеться? Мне ужасно жарко.

— Конечно, идём.

— Мы поднимаемся на второй этаж, Джек идёт впереди, а я, рассматривая всё вокруг, плетусь позади. Вскоре я теряю его из виду и нахожу Джека только по полоске света исходящей из комнаты.

— Переодевайся и скорее спускайся вниз, — говорит Джек и буквально выбегает из комнаты.

На кровати лежит просто огромная серая футболка. Переодевшись, я буквально тону в ней и осматриваю комнату, наверное, это его спальня. Ничего не обычного. Большая кровать, шкаф и ещё две двери.

Не желая узнавать, открыты они или нет, я спускаюсь вниз и, зайдя в комнату, в которой мы были, вижу, что Джек подвинул стол ближе к камину. На столике уже стоит наша еда и два бокала.

— Садись уже, — хлопнув меня по бедру, говорит Джек позади меня с бутылкой вина в руке. — А то урчание твоего живота слышно уже на кухне. — Он снял кофту и остался в майке.

— Эй! Руки, — шуткой толкаю его в плечо и сажусь за стол. — Мог бы, и сказать про ужин, я бы оделась более презентабельно.

— Не волнуйся, тебе идёт.

Выглядит всё очень аппетитно, мой живот и вправду урчит слишком громко, и я буквально давлюсь слюной.

— Ты сам готовил? — от изумления спрашиваю я, когда пробую, неуверенна, но, кажется, это итальянская паста.

— Да. — Вот кто уже точно умеет готовить!

— Очень вкусно! — Это и вправду лучшее, что я пробовала за последние несколько лет. Мои вафли по сравнению с этим даже рядом не стояли.

Пока мы едим, я узнаю, что этот дом строил ещё его дед, а потом стал принадлежать его отцу, а теперь ему. Со временем здесь кое-что менялось и обновлялось.

— И когда-нибудь этот дом будет принадлежать моему сыну, — говорит он, и я надеюсь, он не смотрит на меня, потому что это уже слишком.

Джек сказал, что любит проводить здесь всё своё свободное время и как только оно появляется он приезжает сюда. Главной причинной его любви к этому дому это то, что здесь свежий воздух и нет вечно шумных машин.

Пока Джек уносит всё на кухню, я с бокалом красного вина в руке рассматриваю фотографии в рамках, которые стоят на камине. На одной из фотографий я узнаю родителей Джека вместе с ним. Джек очень похож на своего отца, у него такие же широкие скулы, темные волосы и достаточно крупное телосложение. Теперь я точно убеждаюсь, что видела его на приёме у Гонсалес. А вот его маму я вижу впервые. У неё светлые волосы, медового цвета глаза не внушающие доверия и худощавое телосложение.

На другой фотографии я вижу Джека, Кэндис, Джессику, Диану, Адама и даже Сэма, все они весело улыбаются в камеру, отмечая какой-то праздник.

На другой фотографии около семи мужчин в чёрных смокингах изображают из себя очень солидных и серьёзных людей. Из них я узнаю только Джека и Адама.

Все остальные фотографии подобного типа, но одна рамка опущена стеклом вниз. Подняв её, я вижу, что на ней Джек вместе с Дианой на каком-то приёме. Они обнимают друг друга и на их лицах счастливые улыбки. Внутри меня вспыхивает огонь, кажется, я ревную. Должно быть, тогда они были ещё вместе, и Джек не хотел, чтобы я его видела.

Моё внимание привлекает цепочка на её шеи, и я узнаю её. Эта та цепочка, что подарил мне Джек.

Глава 16

— Чем займёмся? — спрашивает он, подходя ко мне из-за спины. Джек опускает свои руки мне на талию, и я чувствую его горячие губы на своей шеи.

— Забери это, — отходя, говорю я, расстегивая цепочку. — Она принадлежит Диане, — со злостью продолжаю я, протянув ему цепочку.

— Принадлежала, — с разочарованием произносит он. — Но сейчас нет.

— Ты просто забрал у неё это? А потом заберешь и у меня? Так может, заберёшь уже сейчас? — мой голос срывается на крик. Я всё ещё протягиваю руку, на которой лежит цепочка.

— Послушай меня, Клэр, — Джек делает шаг ко мне и, сжав мою ладонь с цепочкой, с неким вызовом смотрит мне в глаза. — Этот кулон — фамильная ценность. И да, я подарил его Диане и даже больше, — Джек уже не просто говорит, он практически кричит, — я сделал ей предложение в этом самом доме. И знаешь, что она ответила? Она согласилась, Клэр! — Джек опускает мою руку и отходит, пытаясь вернуть самоконтроль. — Но как ты видишь, её нет. И я не хотел, чтобы эта вещь была у такой, как она.

Джек выходит из комнаты, оставив меня одну. Не зная, что делать с цепочкой я кладу её на камин и подхожу к окну, за которым сверкают молнии. Капли дождя ударяются о стекла в такт моему сердцу, также быстро. Они собирались пожениться, но что им помешало?

Не знаю, сколько времени я просто хожу по комнате, размышляя, как мне поступить. Но я всё же решаюсь и выхожу на его поиски. Первым делом я поднимаюсь в ту комнату, в которой я переодевалась и сразу его нахожу, только не в самой спальни, а водной из комнат в ней похожей на кабинет.

Джек сидит за столом, держа в руке рамку с фотографией. Нерешительно захожу в кабинет, но Джек даже не поднимает на меня глаз.

— Хочешь, чтобы я отвёз тебя домой? — всё ещё не смотря на меня, спрашивает он.

— Нет, — отвечаю я, проходя дальше.

— Хочешь знать из-за чего всё сорвалось? — Я подхожу ближе и вижу кучу рамок на столе с их фотографиями. На всех них они либо счастливо улыбаются, либо влюблено смотрят друг на друга, в руках Джек держит одну из таких.

— Да, Джек. Я устала придумывать версии в своей голове. — Джек долго не решается говорить и просто смотрит на стол усеянный фотографиями.

— Я приехал на Манхеттен, когда мне было восемь. Джессика, Адам, Диана и моя сестра Кэндис уже дружили, и к ним присоединился я, — говорит он, и я сажусь на край стола. — Я смотрел на Диану, как на друга, пока не понял, что люблю её, и где-то в шестнадцать мы с ней начали встречаться, и всё было больше, чем просто хорошо. Со временем наши родители были уже не просто рады, а вовсю говорили о свадьбе. И я сам впал в это состояние, сам поверил, что всё может быть так лёгко и просто. Но Диана всегда была в каком-то смысле жестока и слишком стервозна. Она всегда ставила себя выше остальных, но я этого не замечал. На четыре года наших отношений я сделал ей предложение, в этом самом доме, но ту цепочка она носила уже давно, моя мать подарила ей, раньше она принадлежала ей. Диана согласилась, и мы решили съездить за границу, отметить нашу помолвку наедине. Но отца тогда не было в стране и на подписание контракта с очень крупной компанией в Сиэтле пришлось ехать мне. Диана была расстроена, и я решил взять её с собой. Подумал, что мы быстро всё решим с работой и сможем провести время вместе, — усмехается он и делает паузу. — Когда мы прилетели в Сиэтл, Диана ни в какую не хотела оставаться в номере и просила взять её с собой в компанию, что я и сделал. Оставив ждать её в холле, я поднялся в конференц-зал. Когда совещание длилось уже около трёх часов директор компании, с которой я подписывал контракт, удалился из зала, предоставив дело своим сотрудникам. В целом совещание длилось около пяти часов, и к концу у меня уже не было сомнений о том, что Диана ушла, и так оно и было. Но в номере её не было, я подумал, что она пошла по магазинам. Но когда я звонил ей, она не отвечала и уже под вечер, когда я стал волноваться, я позвонил своему человеку с просьбой найти её, отследить её телефон. Я узнал, что она в какой-то квартире и на тот момент в моей голове была масса жутких мыслей о том, что её похитили. Но к счастью не одна из них не была верна. Когда я нашёл ту квартиру, меня начали одолевать сомнения. Слишком элитный квартал, дом и квартира. Когда я постучал в дверь, мужской голос позволил мне пройти, и я услышал тихие разговоры и с мех. Потом я увидел Диану и Макса. — Когда он называет его имя, меня бросает в дрожь. Всё верно, макс и есть тот самый директор компании в Сиэтле. — Он и был тем самым директором. А Диана даже не стала оправдываться и я просто ушёл.