svetlana – Верхний Ист-Сайд (СИ) (страница 32)

— Она изменила тебе с человеком, которого знала несколько часов? — закрыв лицо ладонями, изумляюсь я, потому что всё это, кажется слишком. Джек поднимает на меня глаза и мне действительно с трудом во всё это вериться.

— Я вернулся домой и ушёл в самый настоящий запой. Выпивка, девушки, выпивка, девушки так и продолжалось около года, пока я не встретил тебя в том кафе. — Джек улыбается, будто вспоминая тот день. — Ты была злая, — смеётся он. — Но, тем не менее, ты вся светилась, будто солнце и я сразу понял, что ты моё спасение и я уцепился за тебя с мыслью, что ещё долго не отпущу. — Джек накрывает мою руку своей, и я совсем не против.

— Не понимаю, как она могла так с тобой поступить. Вы же были обручены!

— Я бы многое мог ей простить, но не измену, — задумчиво говорит он, смотря в пустоту.

— Ты её всё ещё любишь, — с уколом в сердце говорю я.

Мне неприятно это говорить, но это правда. Когда он всё мне рассказал он, будто пережил это снова и по его взгляду видно, что прошли не все чувства. Джек переводит злой взгляд на меня.

— Возможно, ты сам этого не понимаешь из-за столь большой ненависти, но ты её любишь.

— Единственные чувства, что я к ней испытываю это ненависть! Я её ненавижу, — злиться он.

— Ладно, хорошо, — спокойно говорю я сев ему на колени. — Прости меня, — продолжаю я, кладя ладони на его скулы пытаясь его усмирить. Джек не на шутку разозлился, ещё бы!

— Ты здесь не причём, — остывает он.

— Так значит больше года ты жил здесь? Ну, когда ушёл в запой, — смеюсь я.

— Нет, я не мог здесь находиться, да и я не вожу сюда девушек, к которым я не серьёзен. — Джек задерживается на мне взглядом. — Приезжал сюда очень редко и только сегодня решил, наконец, убрать все эти фотографии подальше от тебя, но видимо одну упустил.

— Упустил, — томно повторяю я, нежно целуя его немного поддавшись вперёд. Я встаю и, взяв его за руку, тяну за собой. — Идём, мне нужна твоя помощь. — Джек с непониманием на лице всё же мне поддаётся, и мы снова возвращаемся в ту комнату. Значит это не просто побрякушка, это некая ценность. Если честно, то первая мысль, проскочившая в моей голове, когда я увидела цепочку на шеи Диане, то, что Джек таким образом «помечает» своих девушек. Звучит ужасно. И я очень рада, что это не так. А про то, что Диана изменила ему с Максом это вообще…. Теперь понятно, почему у Джека с Максом ТАКИЕ напряжённые отношения.

— Застегнёшь? — спрашиваю я, подав ему цепочку. Повернувшись и подняв волосы, я чувствую, как холодный метал, касается моей кожи.

Устроившись на диване у камина и укрывшись пледом, мы решаем, а точнее я, посмотреть фильм. В этом доме есть видеомагнитофон и очень много старых кассет, большинство которых не подписаны. Мой выбор падает на одну не подписанную, когда мы я её включаю, то убеждаюсь что это чёрно-белый фильм, жаль название мне не известно.

Примерно на середине фильма Джек уже не может сдерживать свою зевоту и комментарии о том, что это самый скучное кино в его жизни. И на протяжении всего фильма лезет ко мне с поцелуями, отвлекая меня от просмотра.

— Клэри…

— Джек, перестань, я хочу досмотреть. — Вдруг телевизор гаснет, и я не понимаю что произошло.

— Видишь, это знак, — дышит мне в шею он.

— Это что, ты подстроил? — Джек смеётся.

— Да, конечно, я пошёл и вырубил свет. Вот только я понятия не имею, как открывается щеток. — Его слова смешиваются с моими криками, потому что Джек поднимает меня на руки и, поднявшись наверх, несёт в спальню.

***

От грома я просыпаюсь, и всю комнату обдаёт яркий свет от молнии. Наверное, это один единственный минус больших окон, гром, молнии всё это выглядит ещё страшнее, чем есть на самом деле. У меня немного болит горло, но надеюсь что всё это ерунда.

Обернувшись, я вижу рядом спящего Джека и решаю пройтись. Надеваю его свитер и иду осматривать дом.

На втором этаже, помимо спальни Джека, есть ещё три комнаты. Две из них такие же спальник, только немного меньше, а другая комната похожа на ещё одну, только поменьше, гостиную. На первом этаже помимо большой гостиной и такой же огромной кухни есть столовая, кабинет и небольшая комната с несколькими спортивными тренажёрами. Все камины, которые я видела, погасли, поэтому в доме очень холодно.

Почувствовав, что мои ноги уже замёрзли, я решаю вернуться в тёплую кровать, сейчас около четырех-пяти часов утра и меня всё ещё клонит в сон.

Сняв свитер и забравшись в кровать, я ледяными руками обнимаю Джека, прижавшись к его спине, и он моментально на это реагирует.

— Почему ты такая холодная? — ошарашено спрашивает он, поворачиваясь ко мне лицом, и всё же обнимает меня от чего становиться до жути приятно. От его тепла, от его запаха, от того что он рядом.

— Камин погас, — отвечаю я, чувствуя, как по всему телу пробегают мурашки. — Зажжёшь? — закрыв глаза, спрашиваю я, наслаждаясь его теплом.

— Дров нет, — мычит мне в плечо Джек.

— Ну, тогда мы превратимся в ледышки. — Ещё несколько минут Джек лежит как прежде, но что-то заставляет его недовольно вздохнуть и вылезти из-под тёплого одеяла, меня он тоже решает своего тепла.

— Что это? Потянувшись, спрашиваю, увидев тёмное пятно на его спине. — Татуировка? — От изумления я поднимаюсь на кровати, забыв о холоде и о том, что я в одном нижнем белье. — Как я не заметила раньше? — спрашиваю я, проводя рукой по раскинувшему крылья орлу.

— Я не очень стремился повернуться к тебе спиной, когда я был без рубашки, — отвечает он, повернувшись ко мне лицом и окинув меня оценивающим взглядом. — Ты, кажется, хотела, чтобы я зажёг камин, — проводя ладонями по моим ногам, говорит он, — но если ты сейчас же не оденешься, то камин отменяется.

Закатив глаза, я надеваю свитер и снова прячусь под одеяло. Из-за головной боли и небольшой слабости я быстро погружаюсь в сон.

Бывают сны насыщенные, полные красок, хороших или плохих событий, сны, которые кажутся реальностью, а есть сны пустые. Тебе не обязательно стоять в пустой белой комнате, чтобы почувствовать сон пустым, вокруг тебя может происходить куча действий, но внутри тебя пустота. Ты ничего не чувствуешь, ни радости, ни грусти, ни страха, лишь усталость и пустоту внутри себя. И я ненавижу такие сны даже больше чем кошмары, в них я чувствую себя бесполезной, ничтожной и бессильной.

— Клэри, — будит меня знакомый голос, но я так хочу спать… — Клэр! — Открыв глаза, я вижу не просто лицо Джека, а очень обеспокоенное лицо Джека. Почему так холодно? Он всё ещё не зажёг камин?

— Что случилось? — еле разборчиво спрашиваю я.

— У тебя температура, — с градусником в руке отвечает он, и садиться на край кровати. Чёрт!

— Сколько, — коснувшись лба, спрашиваю я слегка охрипшим голосом.

— 37.5

— Это ерунда! Так что…. Ох, чёрт! — Я совсем забыла, что ещё вечер должна была вернуться. — Сейчас же отвези меня в мастерскую! — Откинув одеяло, я хочу слезть с кровати, но Джек хватает моё запястье и с предупреждением смотрит на меня.

— Даже не думай.

— Мне нужно вернуться.

— Единственное что тебе действительно нужно так это лежать в кровати и пить горячий чай.

— Джек! — Как можно громче говорю я, когда он собирается уходить. — Принеси мой телефон…. пожалуйста.

Ну, вот и сбылся самый худший сценарий моей жизни. Я ненавижу болеть, да и кто вообще любит? Да, не спорю, приятно, когда за тобой ухаживают и всё такое, но чувствовать слабость во всём теле и осознание того, что ты ничего не можешь сделать полезного, просто убивает во мне всё живое.

— И зачем же тебе телефон? — с подозрением в голосе спрашивает Джек, держа в руке мой мобильник.

— Позвонить хоть кому-нибудь не столь настырному, чтобы меня забрали отсюда, — с насмешкой отвечаю я и тут же об этом жалею.

— Тогда я пошёл, — разворачивается он.

— Стой! Хорошо, я просто позвоню и предупрежу, что дошью платье чуть позже, — только дай мне телефон.

— Я тебе не верю, — сощурив глаза, говорит он, полностью меня раскусив.

— Ты не понимаешь! — сдаюсь я. — Я должна уже сегодня отдать готовое платье Марго Викандер! Ты хоть знаешь кто это?

— Ну конечно, — ухмыляется он, а вот это уже интересно. — Она модель, известная модель и всё… больше ничего особенного. Она не стоит твоего здоровья. И раз уж ты так переживаешь, я позвоню ей сам.

— Нет! — Я спрыгиваю с кровати и иду к нему, но Джек уже подносит телефон к уху.

— Марго Викандер? Это Джек Фостер парень Клариссы Олдридж, — О нет, лучше замолчи! — она заболела, так что сегодня платье не получиться отдать. Хорошо. Да, пока. — Вот и всё.

— Идиот, — без эмоций говорю я и снова залезаю в постель. — Надеюсь, я тебя заразила, — обиженно произношу я, скрестив руки на груди.

— Успокойся, я съезжу в магазин, привезу лекарства. На всякий случай я закрою тебя. — В ответ я лишь взмахиваю руками.

Когда Джек уезжает, я ещё около часа злюсь на него, а потом снова засыпаю, так и проходя около двух дней моей болезни. Джек поит меня таблетками, чаем с мёдом и практически не выпускает меня за приделы кровати. Но с каждым днём меня волнует это всё меньше, потому что я только и делаю, что сплю и если просыпаюсь, то чувствую себя только хуже. Кажется, его таблетки ни черта мне не помогают.

— Кларисса, — голос Джека будит меня, но я посылаю его к черту, наверное, опять хочет запихать в меня таблетку, которая мне не поможет. Но мои ожидания полностью опровергаются, когда я перестаю чувствовать под собой мягкую и удобную кровать, от которой ужасно жарко.