Светлана Жарникова – Географические аспекты Гипербореи (Гиперборея и арийская прародина) (страница 5)
1
В.А. Сафронов подчеркивает, что на основании раннеиндоевропейской (далее РИЕ) лексики можно сделать вывод, что «раннеиндоевропейское общество жило в холодных местностях, может быть в предгорьях, в которых не было больших рек, но речушки, протоки, родники; реки, несмотря на быстрое течение, не были препятствием; переправлялись через них на лодках. Зимой эти реки замерзали, а весной разливались. Были и болота... Климат РИЕ прародины, вероятно, был резко континентальный с суровой и холодной зимой, когда перемерзали реки, дули сильные ветры; бурной весной с грозами, сильным таянием снегов, разлитием рек, жарким засушливым летом, когда пересыхали травы, не хватало воды. У ранних индоевропейцев существовали ранние фазы земледелия и скотоводства, хотя не потеряли значения охота, собирательство и рыболовство. Среди прирученных животных - бык, корова, овца, коза, свинья, лошадь и собака, которая охраняла стада.
Он отмечает, что: «Езда верхом практиковалась ранними индоевропейцами: какие объезжались животные, не ясно, но цели очевидные: приручение». Земледелие было представлено мотыжной и почечно-огневой формой, обработка продуктов земледелия производилась измельчением зерен.
Ранние индоевропейские племена жили оседло, у них были разные типы каменных и кремневых орудий, ножи, скребки, топоры, тесла и др. Они обменивались и торговали. В раннеиндоевропейской общности имело место различие родов, учет степени родства, противопоставление своих и чужих. Роль женщины была очень высока. Особое внимание обращалось на «процесс генерации потомства», что выражалось в ряде корневых слов, перешедших в РИЕ язык из бореального праязыка. В РИЕ обществе выделилась парная семья, управление осуществлялось вождями, существовала оборонительная организация. Существовал культ плодородия, связанный с зооморфными культами, был развитый погребальный обряд.
В.А. Сафронов делает вывод, что прародина ранних индоевропейцев находилась в Малой Азии. Он отмечает, что такое предположение единственно возможно, т.к. Центральная Европа, включая Карпатский бассейн, была занята ледником.
Однако данные палеоклиматологии свидетельствуют о другом. В то время, о котором идет речь, то есть в период заключительной стадии валдайского оледенения, хронологические рамки которой устанавливаются от 11000 до 10500 лет назад, т.е. 9 тыс. до н.э., характер растительного покрова Европы, хотя и отличался от современного, но в Центральной Европе были распространены арктические тундры с берёзово-еловым редколесьем, низкогорные тундры и альпийские луга, а не ледник. Редколесье с берёзово-сосновым древостоем занимало большую часть Средней Европы, а на Большой Среднедунайской низменности и в южной части Русской равнины преобладала растительность степного типа.
Палеогеографы отмечают, что на юге Европы влияние покровного оледенения почти не ощущалось, тем более это касается Балкан и Малой Азии, где влияние ледника не ощущалось вообще. Время 8-7 тыс. до н.э., к которому относится культура малоазиатского Чатал Гуюка, связываемая В.А. Сафоновым с ранними индоевропейцами, отмечено потеплением голоцена. Уже 9780 лет назад в Ярославской обл. появляются вязы, 9400 лет назад в Тверской обл. - липы, 7790 лет назад в Ленинградской обл. - дубы. Тем более маловероятно наличие холодного климата в Малой Азии. Здесь хотелось бы обратиться к выводам Л.С. Берга и Г.Н. Лисициной, сделанным в разное время, но, тем не менее, не опровергающим друг друга.
Так Л.С. Берг в своей работе 1947 "Климат и жизнь" подчеркивал, что климат Синайского полуострова не изменился за последние 7000 лет и что здесь и в Египте, «если бы и было изменение, то скорее в сторону увеличения, а не уменьшения атмосферных осадков». Он отмечал, что: «Бланкенгорн считал, что в Египте, Сирии и Палестине климат в общих чертах остается постоянным и подобным нынешнему со времени окончания плювиального периода; конец же последнего Бланкенгорн относит к началу межледниковой эпохи» (130-70 тысяч лет назад - С.Ж.).
В работе 1921 года Бланкенгорн пишет, что «От рисс-вюрмского межледниковья (Mousterian Западной Европы) и до современности (на этих территориях - С.Ж.) сухой пустынный, а на севере полупустынный климат, подобный современному, прерываемый коротким влажным временем, соответствующим вюрмскому оледенению».
К аналогичным выводам приходит и Г.Н. Лисицина, которая пишет в 1970: «Климат аридной зоны в 10-7 тысячелетиях до н.э. мало, чем отличается от современного».
У нас нет оснований считать, что климат запада Малой Азии, где в настоящее время растут дафна, вишня, барбарис, маквиса, калабрийская сосна, дуб, грабинник, хмелеграб, ясень, белый и колючий астрагал, живут такие животные как мангуст, шакал, дикобраз, муфлон, дикий осел, гиена, летучие мыши и саранча, а нежный покров, как правило, не образуется, в 8-7 тыс. до н.э. столь значительно отличался от современного, чтобы она могла быть похожей на ту суровую прародину ранних индоевропейцев, которая реконструируется на основе их лексики.
Кроме того, В.А. Сафонов пишет: «Глубокое родство бореального с тюркскими и уральскими языками, по мысли Н.Д. Андреева, позволяет локализовать бореальную общность в лесной зоне от Рейна до Алтая. Из этого также следует, что из всех областей, куда могли отойти носители РИЕ, Анатолия представляется единственно возможной: неширокие проливы не служили препятствием, так как ранние индоевропейцы знали средства переправы («лодка» зафиксирована в языке ранних индоевропейцев)».
Что касается роли раннеиндоевропейцев в мировом историческом процессе, то тут трудно не согласиться с основными выводами В.А. Сафронова, сделанными им в заключительной части своей работы. Действительно: «В решении проблемы индоевропейской прародины, волнующей на протяжении двух веков ученых многих профессий и различных стран мира, справедливо видят истоки истории и духовной культуры пародов большей части Европы, Австралии, Америки. «Как их потомки, индоевропейцы нового времени, отрыли Новый Свет, так индоевропейцы Древнего Мира открыли человечеству знание о целостности земного дома, единстве нашей планеты... Эти открытия остались бы безымянными, если бы отголоски о великих странствиях не удержались в индоевропейских литературах, отделенных от нас и от этих событий тысячелетиями... Индоевропейские путешествия стали возможными благодаря изобретению в своей среде индоевропейцами колесного транспорта (4 тыс. до н.э.)». И добавим, благодаря одомашниванию дикого коня в южнорусских степях уже на порубежье 7-6 тысячелетий до н.э. Как отмечает Н.Н. Чередниченко: «Распространение упряжной лошади из евразийских степей в настоящее время уже не вызывает сомнений... процесс приручения лошади осуществляется па далеких равнинах евразийского степного региона... Таким образом, в настоящее время речь может идти лишь о путях проникновения индоевропейских коневодческих племен Евразии на Восток и в Средиземноморье... Евразия, таким образом, являлась территорией, откуда колесницы были принесены индоевропейскими племенами в различные регионы Старого Света, что весьма существенно отразилось на политической жизни Древнего Востока».
В.А. Сафронов отмечает, что «Период общего развития индоевропейских народов праиндоевропейский период - нашел отражение в удивительных схождениях великих литератур древности, как Авеста, Веды, Махабхарата, Рамаяна, Илиада, Одиссея, в эпосах скандинавов и германцев, осетин, легендах и сказках славянских народов. Эти отражения сложнейших мотивов и сюжетов общеиндоевропейской истории в древнейших литературах и фольклоре, разделенных между собой тысячелетиями, завораживают и ждут своего истолкования. Однако появление этой литературы стало возможным только благодаря созданию праиндоевропейцами метрики стиха и искусства поэтической речи, которая является древнейшей в мире и датируется не позже 4 тыс. до н.э.... Создав свою систему знаний о мироздании, открывших человечеству дорогу к цивилизации, праиндоевропейцы стали творцами древнейшей мировой цивилизации, которая на 1000 лет древнее цивилизаций долины Нила и Междуречья. Наблюдается парадокс: лингвисты, воссоздав по данным лингвистики облик праиндоевропейской культуры, по всем признакам соответствующей цивилизации, и определив ее древнейшей в ряду известных цивилизаций (5-4 тысячелетий до н.э.), не смогли перейти рубикон сложившихся исторических стереотипов, что «свет всегда идет с Востока», и ограничились поисками эквивалента такой культуре в областях Древнего Востока (Гамкрелидзе, Иванов, 1984), оставляя в стороне Европу как «периферию ближневосточных цивилизаций».
Цивилизация праиндоевропейцев оказалась настолько высокой, устойчивой и гибкой, что выжила и сохранилась несмотря на мировые катаклизмы. В.А. Сафронов одчеркивает, что «Именно позднеиндоевропейская цивилизация дала миру великое изобретение - колесо и колесный транспорт, что именно индоевропейцы создали кочевой уклад экономики», позволившей им пройти бескрайние просторы евразийских степей, дойти до Китая и Индии». И, подводя итог, он пишет: «Мы считаем, что залог устойчивости индоевропейской культуры был создан праиндоевропейцами. Он выражается в модели существования культуры как открытой системы с включением инноваций, не задевающих основ структуры ее».