Светлана Залата – Демоны должны умереть (страница 53)
Вот же…
Нет, можно, наверное, с Надеждой Шуйской договорится, но я потом должна им по гроб жизни буду.
Ну плохой из меня трибунальщик, плохой! Это они умели выискивать Слуг, умели слышать и слушать, расследования всякие вели. А я что? Я демонов истреблять рождена, а не вот это все…
Слуги. Демоны.
– А если Виноградов придет на вызов к мужчине, чей сын стал жертвой внушения и едва не прыгнул под поезд в метро? – предложила я.
Вот с Оберихина-то есть, что потребовать.
Георг с Матвеем Васильевичем переглянулись.
– Может сработать, – с неохотой признал Георг. – Но зелье запрещенное, и…
– «Глоток Свободы» сделай, – отмахнулся Матвей Васильевич, – и никто ничего не узнает. Я знаю, ты его делал.
– Делал. Но с помощью Натальи Ланской, Видящей, вообще-то! Я через артефакт скорость реакции не отслежу, и…
– Так девочку привлеки. Ей полезно будет.
– Она только инициирована, а там…
– Я покажу ей все это «там», – отмахнулся Матвей Васильевич, – ничего хитрого в Истинном Зрении нет, надо только классификацию знать.
– Это для тебя – нет, – буркнул Георг, – ты же сам – Видящий, и…
– Вот и обменяетесь опытом, – влезла я. – Сколько тебе на ингредиенты нужно?
Целитель закатил глаза.
– Триста тысяч. Работы тут на двое суток, если и правда будет в помощниках Видящий, то…
– Да покажу я ей все. Если вы посадите эту змеюку – что угодно покажу.
– Значит – договорились, – подвела я итог.
– Ника, ты уверена? – немного растерянно спросил Георг. – Это совершенно незаконно, за использование «Глотка Свободы» можно и блок получить. Да, оно без принуждения, да, Виноградов перестанет следить за словами, ему захочется рассказать правду, вот и все. Но он – менталист, потом догадается, и…
– Я уверена только в том, что мне не нужен этот брак и я не хочу идти с протянутой рукой к Хорошиловым, чтобы они рассказали о командах, – отрезала я.
– Если удастся заманить их сюда… – неуверенно проговорил Георг.
Матвей Васильевич покачал головой.
– Против команды одного контроллера сопротивление возможно, но, боюсь, несколько разом все же добьются своего, даже здесь. Или не добьются, но причинят урон разуму.
Мне мои мозги еще пригодятся.
– У меня к «женишку» и его семье есть большие вопросы, – честно призналась я, – но я их предпочту задавать, когда их будет чем прижать. Тем более…
В кармане завибрировал смартфон. Голицын прислал адрес, по которому находилось «помещение».
– Тем более, у меня появились дела. Георг, я сейчас переведу деньги, Матвей Васильевич – Стефания в вашем распоряжении. Комнаты, правда, пока не самые лучшие…
– Златан сегодня уедет, – подал голос целитель, – можно занять ту гостевую спальню, где он был.
– Вот и отлично, – кивнула я, – а я пойду, попробую кое о чем договориться.
– С Голицыным?
– Именно.
Георг вздохнул.
– Будь осторожна. Неясно на чьей он стороне.
– Думаю – на своей, как и я. Но пока у нас есть что предложить друг другу.
Надеюсь, что так, по крайней мере.
Предложение Голицына привело меня к огороженному участку на окраине города, добираться до которого от метро пришлось целую вечность. Весь район вокруг оказался застроен какими-то на удивление небольшими и совершенно однообразными зданиями, напоминавшими серые бетонные короба. Именно к одному такому меня и вели переданные Голицыным координаты.
Рюкзак с разными мелочами и торчащей из него аккуратно устроенной трубой – что-то подсказывало, что дубинки будет мало – порядком натирал плечи. Владимировна явно не привыкла к долгим пешим походом с грузом за плечами.
Трибунальщик ждал около массивных металлических ворот, задумчиво рассматривая облака, плывшие по низкому городскому небу.
– Долго вы, – хмыкнул он.
– Пешком от метро путь неблизкий.
– Пешком?
– Пешком.
– Вы бы сказали хоть… Прислал бы машину.
Я отмахнулась.
– Прогулки полезны для здоровья. Что там?
– А что б я знал.
Я подняла бровь. Голицын скривился:
– Здесь когда-то было одно предприятие. Оно закрылось, а наследники владельца оборудование распродали и стали использовать помещения как склады. Недавно арендатор одного из них перестал выходить на связь, просрочив оплату. Охранника, вскрывшего склад, разорвали на части. Я в силу некоторых обстоятельств заинтересовался происшествием, а когда узнал, что прибывший наряд определил с помощью штатного сканирующего артефакта возможное присутствие внутри Других, забрал дело себе. Собственно, теперь я хочу, чтобы вы, если возможно, устранили угрозу.
– Ладно, давайте не будем терять времени.
– Вы… Не хотите там подготовиться как-нибудь?
– Да нет.
А к чему готовится? Меч я не рискнула с собой брать, мало ли. Меньше всего хотелось получить проблем на ровном месте. Зато, как оказалось, кусок водопроводной трубы носить с собой совершенно не возбранялось. Спасибо Оберихину за идею, что ли…
Из всего полезного у Георга нашлись только немого железной пыли, серебряная паста да пара трав, но их нужно поджигать, а пока непонятно, что там внутри.
Голицын пожал плечами и подошел к воротам, ограждавшим территорию с подозрительным складом. Открыл их допотопным ключом – и посторонился, галантно пропуская меня внутрь. Дверь, однако, за спиной не захлопнул, вошел сам.
– В бою я вам не помощник, – осторожно заметил он, – разве что амулетами прикрыть смогу. Нам нужен ближайший склад.
Я отмахнулась.
– Главное – не мешайте и никуда не влипните.
От ворот до первого из ряда приземистых квадратных бетонных прямоугольников, шла разбитая бетонная дорога. Пространство перед зданием использовалось как склад древесины, которой, правда, давно не пользовались – часть досок уже успела сгнить.
Я принюхалась. От здания тянуло знакомым душком. Ладно, значит морока с трубой была не зря – таскать-то ее неудобно, даже в рюкзаке.
Голицын посматривал на меня со сдержанным интересом, но ничего не говорил.
– Держитесь за мной, – я сжала в одной руке склянку с железной стружкой, другой – трубу, и направилась в здание.
Запах Скверны усиливался с каждым шагом. Дверь самого склада не заперли, но демон не вышел погулять из-за полосы, намазанной по периметру дверного проема. Кажется, серебряная паста. Кто-то явно знает, кого тут запер...
Я вошла внутрь. Большое, пустое помещение. В углу какие-то разбитые ящики, расколотый каменный алтарь. Справа – ржавые железяки, что-то, похожее на плавильню… А вот в центре гордо возвышалось нечто.
Именно «нечто» – в два с лишним моих роста, напоминавшее плохо сделанные доспехи старых воителей, сваренные из всего, что подвернулось под руку. В одной руке оно держало огромный кусок рельсы, а пальцы на второй массивной лапе напоминали клещи.