Светлана Васильева – Славянские мифы и предания (страница 17)

Чтобы предотвратить превращение в вампира, во время похорон покойнику подрезали жилы под коленями, протыкали пятки толстыми иглами и втыкали в могилу деревянный кол (у восточных и западных славян – осиновый, у южных – терновый). Оберегами от вампиров считали огонь, режущие и колющие предметы, заклинания. Если же угроза превращения покойного в вампира оставалась, могилу не оставляли ни днем ни ночью. В доме родственников не выключался свет. Такие предостережения соблюдались в течение 40 дней с момента похорон.

Нави

Нави, или мавки, – одни из древнейших оживших мертвецов, враждебных всему живому. Слово «навь» обозначало мертвеца, но не включало понятие вампира. Нави – покойники с нечистой душой, которые после смерти поднимались из могил и чинили зло.

Это древнейшее олицетворение сил зла, с которым у славян связаны определенные ритуалы культа предков. В поминальные дни выделяли время, чтобы сходить к могилам родителей и оставить им угощение. Во время застолья навям клали лакомства в надежде задобрить и отвести от дома гнев нежити.

В славянских представлениях нави насылали на землю болезни, мрак, холод и смерть. Подобно упырям, они могли принимать облик умершего человека или нападали на людей в птицеподобной форме, напоминающей ощипанных петухов размером с орла. В болгарском фольклоре нави описываются как вестники горя: они летают по ночам, принося бурю и суровые ветра, их зловещий крик призывает смерть.

Навям в птичьем облике приписывали свойства упырей: в такой форме они часто нападали на беременных женщин и скотину, пили их кровь и воровали молоко у коров. В птицеподобной форме нави – предвестники наступающих эпидемий или стихийных бедствий.

В отличие от упырей, нави не привязаны к захоронениям, им необязательно питаться кровью, чтобы избежать возвращения в могилу. Навям достаточно принять облик птицы, поэтому люди полагали, что места их обитания разнообразны и напасть они могут отовсюду. Даже с распространением христианства не верили, что крест или святая вода помогут противостоять нечистой силе навей.

В древние времена для защиты от навей использовали ряд языческих символов с положительной коннотацией, которые размещали на незащищенных местах дома и двора. Заклинательный орнамент-оберег размещался одинаково как на одежде, так и на архитектурных элементах. Его наносили по периметру отверстий, через которые способен проникнуть злой дух. В одежде орнамент покрывал ворот рубахи, подол, обшлаг рукавов, разрезы на сарафане. Схожий принцип и в архитектуре: магический узор наносили на рамы окон, косяки дверей, на ворота.

Помимо этого славяне задабривали нечистую силу жертвами во время празднований или народных гуляний. К примеру, специально для навей готовили баню: считалось, что человек моется днем, а с закатом солнца в баню приходят души предков и нави. С укреплением христианства характеристика навей уже не была такой негативной – образ смешался с культом предков и полностью перешел в категорию умерших душ.

Мара

Мара, или мора, – злой дух, принимающий человекоподобный облик. Первоначально могла быть одним из воплощений богини смерти и тьмы – Марены, которая олицетворяла жизненный цикл человека и природы. С ее образом связано множество сезонных обрядов, посвященных умиранию и возрождению природы. Преимущественно Мара воплощала смерть, злобу и ненависть. Со временем образ трансформировался и стал независимым, хотя в народном сознании Мара продолжала ассоциироваться с недобрыми явлениями и циклами.

Этимология слова «мара» неясна – в разных регионах значение варьировалось: от «тумана» и «марева» до «болота» и «мора». Можно предположить, что слово «мара» произошло от глагола «манить» и связано с латинским словом «mors» – «смерть». В представлениях славян Мара олицетворяла недобрый дух, призрак или ночной кошмар, который являлся в темноте и наводил «морок», одурманивал.

У южных и западных славян Мора – демон, мучающий кошмарами спящего человека. Это таинственная и опасная сверхъестественная нежить, являющаяся в облике девушки. В поверьях ее внешний вид вариативен: она могла изображаться молодой женщиной с длинными распущенными волосами или как сгорбленная седовласая старуха. Отсюда близость к другому демоническому персонажу – Кикиморе. Порой ее описывали как бестелесное привидение, которое садилось бесформенным сгустком на грудь спящего и высасывало кровь. Жертвы Мары со временем чахли, заболевали и впоследствии умирали.

В сербских поверьях марой или морой называли детей (преимущественно девочек) вештиц – ведьм, которые питались кровью людей и сердцами младенцев. По польским представлениям, морой рождались девочки-двоедушницы: по ночам их демоническая сущность вылезала наружу и вредила окружающим, притом сама девочка могла не догадываться о ее существовании.

С установлением христианства морой называли души людей, скончавшихся без исповеди или похороненных с ошибками в погребальных ритуалах. Также к морам относили души некрещенных детей – навей. Иногда образ мары сопоставляли с русалкой, описывая ее как высокую красивую девушку, которая гуляла по ночам в белой сорочке.

Одна из причин распространения суеверий о маре, обладающей как зримым, так и незримым воплощением, – способность проникать в дом даже через самые маленькие отверстия (к примеру, в замочную скважину). Иногда мороком называли болезнь, которую насылали колдуны, ведьмы и бесы.

Оберегами от морока служили иглы, спрятанные в одеждах, ножи или топоры, чеснок и зеркало. Чтобы распознать мару среди местных жителей, перед сном человек произносил: «Приходи утром, дам тебе хлеба и соли». Первая пришедшая наутро женщина и есть мара. Чтобы она больше не посещала дом, человеку нужно взять с нее клятву – тогда мара прекратит наведываться по ночам.

Среди традиций славян существовали способы распознать природную мару: если новорожденный имел зубы, то вместо материнской груди ему в рот клали кусочек дерева – таким образом вторая, «нечистая» сущность перейдет на дерево. Это избавляло новорожденного от судьбы мары.

Кикимора

Кикимора – разновидность нежити, обитающей преимущественно в доме человека и тайно вредящей его обитателям. Появление кикиморы – признак того, что в доме что-то неладно. В народе ее активность не связывали с сезонными циклами – скорее ее представляли как существо, которое днем прячется от людей в укромных уголках, а с наступлением ночи пакостит или садится за любимое дело – прядение.

Иногда кикимора считалась второй формой Мары. Та, в свою очередь, соотносилась по увлечениям (прядение) и способностям с Мокошью или богиней смерти Мареной. Возможно, под влиянием христианства образ Мокоши трансформировался в демоническую форму злого духа – кикиморы или мары. Вместе с тем кикимора и мара изначально существовали в народных поверьях как самостоятельные персонажи.

Причина, по которой кикимору считают одним из воплощений Мары, – этимология названия. Слово «кикимора» составное, и значение первой части – «кик» – спорно, а его этимология неясна. По одной версии, корень «кик» («keuk») переводится с индоевропейского языка как «искривлять» или «изгибать». Считается, что этот корень лежит в основе множества названий разных проявлений нечистой силы: кука – банный дух, кукан – болотный дух и т. п. По другой версии, корень «кик» мог возникнуть от подражания птичьим крикам.

Вторая часть слова «кикимора» – «мора» – совпадает с названием мары (или моры). Как уже упоминалось, слово «мара» происходит от латинского «mors» – «смерть» – и имеет аналог в праславянском («morъ»).

Человеческому глазу кикимора обычно невидима. Ее голос расплывается по пространству, и невозможно понять, откуда он доносится. Увидеть кикимору и застать за проделками можно только под покровом ночи. По поведению кикиморы предсказывали будущее: если она плакала или выходила средь бела дня, то в доме скоро случатся похороны.

В народе ходили былички о том, что если поймать кикимору и крестообразно выстричь ее на темени волосы, то она станет человеком. Только на ней останется след связи с нечистой силой: кривизна, заикание или слабоумие.

По поверьям, в первую очередь кикимора вредит мужчинам и только потом – женщинам и детям. Мужчину она изводит бессонницей или не дает сесть за обеденный стол; женщинам портит пряжу или ночью садится за прядение и портит кружева или вышивку. Кроме людей кикимора досаждает домашним животным – насылает на кур беспокойство, из-за которого они летают и прыгают до изнеможения.

Кикимора не всегда привязана к дому. Иногда она становилась хранительницей урочищ, обитала как в полях, так и на болотах или озерах, из-за чего кикимору иногда сравнивали с русалкой или лешачихой. В некоторых быличках кикимора представала женой домового [11].

Оберег от вредоносных действий кикиморы – можжевельник или громкая брань. Самым сильным защитным средством считался куриный бог – камень с естественным отверстием по центру. С приходом христианства нечистую силу изгоняли молитвами и святой водой. Если кикимору наслали колдун или ведьма, следовало отыскать незнакомую вещь, с помощью которой она пришла в дом. В редких случаях, если проклятую вещь найти не удавалось, люди одаривали подарками человека, которого считали ведающим.