Светлана Васильева – Китайские мифы и легенды (страница 14)
Главенствующую позицию среди восьми бессмертных занимал Чжунли Цюань, который раньше всех достиг бессмертия и познал путь дао. Благодаря этому его прозвали истинным королем просветления. В контексте истории Чжунли Цюань проживал в эпоху правления династии Хань (25‒220 годы) и приходился сыном известному генералу. Выросший в достатке и имеющий отличное военное образование, Чжунли Цюань получил благоволение от императора и стал военачальником. Практиковать пути даосизма он начал после грандиозного поражения в битве с прославленным генералом Лян Цзи.
Изображали Чжунли Цюаня полным, с обнаженным животом. В руке у него веер рогоза, с помощью которого он оживлял души умерших, и персик, символизировавший тайные знания. Считалось, что Чжунли Цюаню известен рецепт эликсира жизни, или эликсира молодости. Основным ингредиентом считался плод с кассиевого[63] дерева.
Люй Дун-бинь (иначе – Ян, или Лу Янь) в эпоху династии Тан (618‒690 и 705‒907 годы) при смертной жизни служил во дворце чиновником и занимал должность магистра. Со временем ему наскучила официальная жизнь, он отказался ото всех должностей и богатств и отправился в уединение. Однажды, странствуя по горам, Люй Дун-бинь встретил Чжунли Цюаня и возжелал стать его подмастерьем. Прежде чем раскрыть секрет пути дао и напитка молодости, Чжунли Цюань предложил ему пройти 10 испытаний, после которых Люй Дун-бинь обрел бессмертие.
Главный атрибут Люй Дун-биня – магический «меч чудесного могущества», с помощью которого он рассеивал зло и защищал людей в странствиях по миру, убивая драконов и тигров. Изображают его с мечом за спиной и в простой одежде путника. Часто Люй Дун-биня описывали как добродушного на вид старика, который носил небольшой чайник, символизирующий искусство алхимии.
Чжан Го-лао – почтенный старик, проживавший во времена правления императора Сюань-цзуне (династия Тан, VIII век). Описывали его как мужчину с детским лицом и седыми волосами и бородой, которая на солнце отливала серебром. Жил отшельником в горах, собирал уникальные техники и изредка путешествовал на ослике по миру.
По легенде, Чжан Го-лао рожден во время правления первопредка Фу-си или государя Яо в форме духа-оборотня белой летучей мыши, появившейся из хаоса. Благодаря этому его считали самым страшим и благоразумным из всех бессмертных. Считалось, что Чжан Го-лао способен заглядывать в далекое прошлое и предсказывать скорое будущее. Изображали его с бамбуковой трещоткой в руках и сидящим на осле лицом к хвосту. [11]
Хань Сян-цзы – в основе образа легла историческая личность внука одного из великих мыслителей эпохи Тан – Хань Юя. Первые легенды о Хань Сян-цзы встречаются в сборнике Ли Фана «Обширные записи Великого спокойствия» (X век). Прекрасный юноша попал в немилость, выступив против установления буддийской философии, и отправился странствовать в горы. Однажды во время прогулки ему повстречался Люй Дун-бинь, который впоследствии стал его наставником на пути дао.
Изображали Хань Сян-цзы красивым юношей с волшебной бамбуковой флейтой в руках. От его игры все вокруг расцветало, а поэты наполнялись вдохновением. По сюжету одной из легенд, Хань Сян-цзы вместе с наставником забрели в сады с волшебными персиками. Он решил залезть на дерево и нарвать плодов, но только ветка под его ногами надломилась, он упал и умер. В мгновение он вознесся на небеса и стал бессмертным. Простой народ часто изображал его с корзиной цветов и почитал как покровителя садоводства.
Ли Те-гуай считался учеником Тайшан Лао-цзюня[64] и при смертной жизни имел имя Ли Сюань. Легенда о его возвышении в ранг бессмертных рассказывает о магических практиках, которые изучал Ли Те-гуай и из-за которых потерял данное при рождении тело. Однажды Ли Сюань так спешил на встречу со своим мастером дао – Люй Дунь-бинем, что решил отделить душу от тела. Тогда мастер Ли предупредил его, что по истечении семи дней, если тот не вернется в свое тело, оно будет предано огню. Ли Сюань согласился. Когда же после странствий его душа вернулась к телу, он обнаружил лишь горсть пепла, но, не растерявшись, вселился в труп недавно умершего от голода бродяги.
Исходя из этой легенды Ли Те-гуайя изображали в облике пожилого хромого бродяги с немытой головой и грязным лицом. При ходьбе он опирался на железный посох и постигал путь дао в горах в уединении. В руке у него всегда находилась тыква-горлянка, в которой было снадобье, позволявшее отделять душу от тела. Отсюда Ли Те-гуайя почитали как покровителя магов и шаманов.
Единственная среди бессмертных женщина – Хэ Сянь-гу – отличалась удивительной красотой, проживала во времена правления династии Тан, в уезде Линлин. Когда ей исполнилось 16 лет, во сне ей явился один из бессмертных и поведал, что обучит ее пути дао. Проснувшись, она поклялась никогда не выходить замуж и не есть зерно. Вскоре на пути в горы за травами ей встретился Люй Дун-бинь, который и взял ее в ученицы и позволил вкусить персик бессмертия.
По другой версии легенды, Хэ Сянь-гу встретила мастера Ли во время прогулки с матерью в возрасте шести лет. Вместе они поднялись в горы собирать листья чая и встретили на пути пожилого мужчину, который предложил девочке спелый персик и предсказал, что та к 16 годам станет святой. Считается, что она не полностью съела персик, дарованный мастером Ли, из-за чего в земной жизни почти не нуждалась в пище и поэтому отказалась от зерна. О вознесении Хэ Сянь-гу известно не много: однажды ее призвала императрица У Цзэтянь, чтобы побеседовать, однако по дороге во дворец Хэ Сянь-гу исчезла и вскоре вознеслась на небеса как бессмертная[65].
Изображали Хэ Сянь-гу как красивую девушку с корзиной, полной трав и цветов, в одной руке и с распустившимся цветком лотоса – в другой. Почитали Хэ Сянь-гу как покровительницу домашнего очага, но главной же ее силой считалось умение предсказывать людям судьбу – добрую или злую. С этой способностью связан сюжет легенды, описанный в «Журнале Дусин» Цзэн Минсиня. Однажды известный полководец Ханьчэнь (иначе – Ди Цин) готовился к битве с варварами в префектуре Гуанъюань. Тогда местные жители поведали ему об удивительной силе святой Хэ Сянь-гу. Ди Цин отправился к ней за советом и попросил предсказать исход сражения. Никто не знал, что ему поведала святая, но в течение нескольких дней Ди Цин одолел вождя варваров Нонг Чжигао и прогнал его с китайских земель.
Лань Цай-хэ был уличным артистом и часто попрошайничал во время странствий. Предположительно, жил во времена эпохи Тан. В легендах Лань Цай-хэ характеризуют по-разному: то нищий и пьяница, которому однажды удалось напоить всех бессмертных, то юродивый, так как он имел странный вид: обут в один сапог, летом ходит в шерстяной рубахе, а зимой засыпает на снегу. Неоднозначным персонажем его делает и сложность в определении возраста и пола: юноша имел несколько феминный вид и плавные мягкие черты, порой для выступлений надевал женские наряды, отчего люди путали его с женщиной.
По легендам, Лань Цай-хэ был пьяницей, который громко распевал песни, полные сказочных сюжетов. Однажды, сидя в кабаке среди людей, он услышал с неба незнакомое пение, и в то же мгновение его подхватило облако и вознесло на небеса. Среди народа Лань Цай-хэ почитали как покровителя музыкантов и художников. Изображали его часто с корзиной цветов в одной руке и с хлопушкой – в другой.
Цао Го-цзю (иначе – Цао И) – уроженец императорской семьи династии Северная Сун, младший брат императрицы Ци Шэн Гуансян. Согласно легендам, несмотря на статус, Цао И испытывал равнодушие к дворцовым интригам и не желал славы или богатств. Он презирал свою семью за лицемерие и бесчинства, которые они совершали в отношении простого народа, и потому ушел в горы – постигать путь дао.
Изображали Цао Го-цзю с нефритовой доской ват[66], которую держали в руках министры перед началом важных судов или ритуалов, и в красных одеждах чиновника высокого ранга. Иногда вместо нефритовой таблички Цао И изображали с трещотками в руках, что символизировало его покровительство артистам.
Легенды, связанные с бессмертными героями, относятся в первую очередь к даосскому божественному пантеону. Считается, что наиболее значимые добродетели нашли отражение в образах восьми бессмертных, которые не только подчеркивали важнейшие черты человека, но и представляли собой разнообразие сословий и сверхъестественных умений.
Такое разнообразие помогает людям идентифицировать себя с этими персонажами и вдохновляет на следование добродетелям, олицетворенных бессмертными. Кроме того, бессмертные часто изображены в различных сценах, где прибегают к своим способностям для помощи людям, преодоления трудностей или борьбы со злом. Их образы – неотъемлемая часть китайской культуры и искусства, вдохновляющие художников, поэтов и философов на протяжении веков.
Глава 5
Священные существа
Благородные животные, или четыре священных существа, – так называли мифологических созданий, связанных со многими аспектами древних китайских верований и традиций (система у-син, первоэлементы, стороны света, цвет и т. п.). Мы уже обсуждали древних небесных владык, с которыми соотносились также стороны света, природные элементы, цвета и животные (см. «Древние небесные государи»).