Светлана Томская – Истинное наказание для сумрачного дракона (страница 11)

А ещё у меня появляется ощущение безопасности. И это несмотря на то, что я по-прежнему нахожусь в лапах этого жуткого мужчины, похожего скорее на дикаря, чем на цивилизованного человека.

Отлично понимаю, что это иллюзия. Но после развода родителей и ухода бабушки я так привыкла никому ни на что не жаловаться. Мои друзья меня просто на смех подняли бы. Разве может быть несчастна та, которая родилась с золотой ложкой во рту? А то, что нет тепла и близкого человека, можно ли принимать в расчёт?

Наверное, я надеялась, что замужество всё исправит.

– Какая же я дура! – вслух заявляю я.

Варвар хмыкает и отпускает меня. Сразу же становится холодно. Конец иллюзии.

– Самокритично, – откликается он. – С чего такие выводы?

– Неважно, – отмахиваюсь я и с надеждой спрашиваю: – Ты поможешь мне вернуться?

Мужчина качает головой.

– Понятия не имею, как это делается.

– Но у вас же есть место, где сходятся разные миры? – подсказываю я.

– Откуда ты знаешь? – В его голосе снова появляется напряжение.

– Стенли рассказал… Ой! В смысле, канделябр.

– Вот как? – Левая бровь варвара удивлённо изгибается. – Уже Стенли? Быстро же ты освоилась.

– Очень хочется выжить, – честно отвечаю я. – Тут всё так странно. До сегодняшнего дня я с говорящими предметами не сталкивалась, да и на драконах не летала.

– Что?

Мой подбородок оказывается в плену сильных пальцев.

Чёрт! Что я опять не так сказала?

Глава 8. Чашечка кофе

Глаза варвара очень близко. Тёмные, глубокие. И на этот раз в них не чувствуется угрозы или раздражения.

Он потрясён? Он ищет в моём лице ответы на какие-то свои вопросы?

– Так это он принёс тебя обратно? – с явным недоверием спрашивает мужчина. – Почему он тебя не…

Варвар обрывает самого себя.

Что он хотел сказать? Смотрит варвар на меня как на привидение. Я что, во второй раз избежала смерти за последние два дня?

Чуть наклонив голову, мужчина изучает моё лицо, затем подушечкой большого пальца нажимает на мою нижнюю губу, проводит по ней.

Что он себе позволяет? Всегда терпеть не могла, когда ко мне прикасались посторонние люди.

Очень хочется отбросить его руку, но я опасаюсь вызвать новый приступ ярости. По спине прокатывается волна колких, словно мелкие льдинки, мурашек.

Страшно? Да.

Но, как ни странно, в то же время бесцеремонное поведение мужчины не вызывает у меня отвращения. Скорее наоборот. В лёгкие проникает будоражащий кровь древесный аромат. В нижней части живота расплавленной патокой растекается тепло. И всё это при том, что стоящий передо мной мужчина обнажён до неприличия.

Это что? Первобытный инстинкт подчинения дикому и сильному самцу? Я против!

Подаюсь назад, отстраняясь. Задаю вопрос, продираясь сквозь туман, застилающий мысли. Стараюсь, чтобы голос не дрогнул.

– Он мог меня убить?

Варвар медленно, словно нехотя, убирает свою руку и отвечает уклончиво:

– Он не любит посторонних в замке. Я бы даже сказал, терпеть не может. С чего вдруг ты?..

Отступив назад, мужчина оглядывает меня с ног до головы, словно пытаясь понять, что во мне такого особенного нашёл его дракон. И под его взглядом я в плотном наглухо закрытом платье чувствую себя неодетой.

Внутри снова возникает дрожь, но на этот раз к страху она не имеет отношения. Я робею от откровенного мужского внимания. И не понимаю, чего мне хочется больше, чтобы он увидел во мне нечто, на что отреагировал его зверь, или чтобы счёл меня не очень привлекательной.

Надо отвлечь его внимание от себя. Как назло, не могу сформулировать ни одного вопроса. И, спотыкаясь на каждом слове, вываливаю как получается, обрывками все мысли, которые мечутся у меня в голове.

– Но тогда почему он… И эти люди в городе… Они были готовы отдать ему меня на растерзание? Да? Как барана? …а на крыше замка кровь и кости.

– Да не трясись ты так. – В низком голосе варвара появляются снисходительные нотки. – Он не убивает людей, напугать может, покалечить… немного.

– О! Это радует, что только немного, – неожиданно вскипаю я. – То-то горожане боялись рассердить твоего птеродактиля.

– Птеродактиля? – Тёмно-синие глаза варвара смотрят на меня с опасным прищуром.

Но мне надоело бояться, а может, наоборот, так проявляет себя стресс, и я продолжаю:

– Из всех местных только Влада…

И варвар переключается, услышав знакомое имя:

– Влада? Ты видела Владу?

– Она единственная вступилась за меня. Выскочила из толпы со скалкой в руках.

Мужчина хмурится.

– Похоже на неё. Сколько бы я её ни предупреждал, она готова спорить и ругаться с диким зверем.

Мне чудится в его словах высокомерное осуждение.

Угу! Дракон – дикий, Влада – непослушная. Он один тут цивилизованный… варвар.

– Дракон не выглядел неразумным, – неожиданно вступаюсь я то ли за Владу, то ли за зверя, которого только что обзывала птеродактилем. – Она убеждала оставить меня в городе, и он её понял.

– И как? – В голосе варвара явный сарказм. – Ты осталась?

– Понял и даже послушался, – упрямо твержу я.

– Чего же, если ты здесь?

– Ну, по крайней мере, не в когтях летела, а на спине. Киар…

– Кто?

– Киар, – удивлённо повторяю я. – Так ведь зовут дракона? Влада обращалась к нему…

– Так зовут меня, – обрывает меня варвар и неожиданно без всякого перехода меняет тему: – Ты говорила, что сварила кофе?

Мужчина шумно втягивает в себя воздух.

Боги! Неужели он способен общаться по-человечески?

Похоже, это удивляет не только меня. За моей спиной облегчённо выдыхает подсвечник, о котором я совсем забыла. Во всяком случае, звук получается вполне живой, хотя непонятно, чем канделябр может вдыхать и выдыхать.

– Сварила, – киваю я часто-часто, сползая со стола. – Но я не знаю, с какими специями ты предпочитаешь.

– А он сам не знает, – доносится ворчание из-под стола. – Не он же кофе варил.

Мамочки, а про говорящий половник-то я совсем забыла! Ныряю под стол, извлекаю пострадавший предмет кухонной утвари. Осматриваю половник на предмет повреждений и, утешающе погладив, кладу на место. Попозже, наверное, стоит извиниться, но не сейчас, когда варвар, присев на край стола, с интересом наблюдает за мной.

– Те, что ты добавила, меня вполне устроят. Как тебя зовут?

Ну да, пора познакомиться. Только как же мне не нравится его повелительный тон.