Светлана Томская – Истинное наказание для сумрачного дракона (страница 12)

Пару секунд я колеблюсь, какое из своих имён ему назвать. Но потом вспоминаю, что передо мной хоть и одичавший, но князь, и решаю начать с полного:

– Каролина.

– Ка-ро-лина, – произносит он по слогам, словно пробуя моё имя на вкус. – Вполне приличное имя, хотя в нашем мире я такое не встречал. Пока ты живёшь здесь, я буду называть тебя Каро.

Пожимаю плечами. Да как угодно. Мир другой, имя другое. Пусть так. «Лина» всё-таки более домашнее имя, для родни и приятелей.

Надеюсь, я не задержусь здесь и мне не придётся привыкать к этому более жёсткому «Каро».

Быстро вытерев со стола небольшую лужицу, оставшуюся от моего расплескавшегося кофе, достаю из шкафа две чашки: одну поменьше для себя, вторую – мужской размер – для варвара.

К счастью, кофе не успел остыть, и очень хорошо, что я приготовила его с запасом. Хозяин замка явно не из терпеливых. Пока новый сваришь, удобный момент для беседы за чашечкой ароматного напитка будет упущен.

Разливаю кофе по чашкам. Ставлю большую перед мужчиной.

Сажусь на краешек стула напротив. Сейчас нас разделяет стол, но я готова в любой момент вскочить, если что… Слишком уж дёрганый этот князь.

Впрочем, сейчас вроде всё его внимание сосредоточено не на мне, а на облачке пара, поднимающемся над чашкой. Ноздри раздуваются, вдыхая аромат. Он делает первый глоток, и вид у него при этом такой, будто этот самый кофе он не пил уже лет эдак несколько.

Прикусываю губу, удерживаясь от вопроса, как давно произошло то, что заморозило замок и окрестности. Нельзя. Тут надо как-то поаккуратнее. Если уж канделябр, когда подводишь его к самому важному, молчит, как партизан, то и варвар вряд ли начнёт откровенничать.

Не хватает ещё, чтобы он опять разозлился и покрылся чешуёй.

Что мне тогда делать?

Бежать? Догонит играючи.

Схватить ещё что-нибудь из кухонной утвари? Уже боязно.

Вопрос рождается сам собой, вполне нейтральный, на мой взгляд. Делаю глоток кофе для храбрости и с беззаботным видом спрашиваю:

– И много ещё в замке одушевлённых предметов?

Варвар переводит непонимающий взгляд на меня.

– Одушевлённых? – переспрашивает он, удивлённо изогнув бровь.

– Ну живых, таких, как Стенли и половник? Не хотелось бы кого-нибудь из них снова потревожить.

И тут меня поглощает ещё одна мысль, да так, что я забываю про кофе и замираю на несколько секунд с открытым ртом. А затем выпаливаю:

– Погоди! Люди ведь не могли превратиться в предметы? Это… совсем нереально.

Я говорю это, и одновременно какая-то часть мозга ехидно подкидывает другие вопросики: «А что реально? Драконы уже стали для тебя реальными? Замок в снегу и лето вокруг – реально?»

Упрямо держусь за мысль о том, что у любой сказки должны быть границы, и продолжаю:

– Я ведь боялась упасть с дракона и разбиться. Значит, сила тяжести в вашем мире существует. Должны же быть и другие законы физики? Ну к примеру: энергия и материя не возникают из ничего. Как-то так.

Варвар с интересом меня разглядывает, а затем отвечает:

– Закон перетекания магии? Есть такой. И да, человек не может превратиться в предмет телесно, если ты это имеешь в виду.

– Но они ведь разумны!

– Само собой, – подтверждает мужчина. – Они же были людьми. Это просто привидения.

Варвар ставит пустую чашку на стол и снова принимается меня изучать. Его явно забавляет мой ошарашенный вид. Но, по мере того как его взгляд скользит по моему лицу и проходится по губам, на его лице начинает проступать иной интерес.

И я, отбросив пугающую мысль о привидениях, начинаю соображать, что я, однако, не со старым приятелем кофе распиваю, а нахожусь наедине с малознакомым мужчиной, который в данный момент полуодет, да к тому же невероятно вспыльчив. И я этого одичавшего князя ещё и крепким кофе напоила. Сейчас как перевозбудится!

Чёрт! На помощь приходит приговорка бабушки: «Сытый муж – добрый муж». Совсем об этом не подумала. Варвар мне не муж, конечно, но всех мужиков, особенно таких здоровых и опасных, следует кормить, и побольше. А я ему – кофе на пустой желудок.

– Сэндвич сделать?

– Что? – с недоумением реагирует варвар на незнакомое слово.

– Э-э-э… бутерброд, – уточняю я и, пытаясь преодолеть межмировой барьер, объясняю: – Хлеб, мясо.

А впрочем, зачем я спрашиваю? Здоровый мужик – такой барана слопает и не заметит.

Упс! Про барана это я зря вспомнила. Перед глазами на миг появляется площадка, на которой меня высадил дракон. Тряхнув головой, избавляюсь от непрошеного видения.

– Сейчас, погоди.

Руки сами хватаются за нож и нарезают хлеб толстыми ломтями. Сверху кладу такие же внушительные ломти окорока. И всю эту красоту пододвигаю к варвару.

На тарелке конструкция из трёх, впопыхах сделанных бутербродов смотрится по-деревенски. Его Сиятельство, или как там к князьям обращаются, наверное, привык к более изящной сервировке.

Но нет, смотрит с интересом. И, слава богу, меня разглядывать прекратил.

Варвар неуверенно берёт бутерброд своей ручищей, изучает его так, словно впервые видит. И у меня снова появляется ощущение, что для него это что-то забытое.

Интересно, чем он тут питается, если ему никто не готовит? Чувствую, что ответ где-то рядом. Вот-вот, и я пойму, что во всём этом не так. Но мысль уплывает, потому что я невольно отвлекаюсь на разглядывание рук князя. Редкое сочетание больших кистей и сильных длинных пальцев. Красивые мужские руки. Сейчас они заняты бутербродом. Но вот совсем недавно…

На подбородке начинает гореть то место, которого они касались. А ещё ощущение подушечки большого пальца на губах. Невольно облизываюсь. В тот момент я восприняла это почти как оскорбление. Да и сейчас бы отреагировала так же. Но полюбоваться-то можно?

– Я тебе понравился, – безапелляционно заявляет мужчина.

Попалась.

Вздрагиваю и отвожу взгляд. Засмотрелась, называется.

– Вот ещё!

Ох, боюсь мой ответ звучит неубедительно.

Отворачиваюсь от мужчины, пытаясь скрыть загоревшееся от смущения лицо, и начинаю заниматься тем, что всегда спасает в неловких ситуациях, – имитацией активной деятельности. Заталкиваю в Хран окорок и хлеб. Беру нож, чтобы помыть. И застываю, почувствовав жар надвинувшегося мужского тела.

А вот нельзя к хищникам поворачиваться спиной, особенно когда они уже почуяли добычу. И тем более если эта добыча – ты.

Варвар подошёл абсолютно бесшумно и так близко, что я чувствую его дыхание на своей макушке.

– И ты ведь теперь свободная женщина, – вкрадчиво говорит хищник, убаюкивая меня бархатными нотками, – и беречь тебе нечего.

Две ручищи с длинными красивыми пальцами ложатся на столешницу по обеим сторонам от меня.

Это в каком смысле «беречь нечего»? И до меня доходит.

– Что? Да как вы…

Пальцы сами крепче обхватывают рукоять ножа, и я резко разворачиваюсь.

Глава 9. Обустройство

Острие ножа касается груди мужчины, и, к моему ужасу, на коже появляется капелька крови.

Варвар с удивлением опускает взгляд вниз, отстраняется, не спеша перехватывает моё запястье и аккуратно вынимает нож из руки.

– Сама не порежься, – хмыкает он.

Опасный предмет кладётся на столешницу, а мужчина, смерив меня насмешливым взглядом, возвращается на своё место.

– Дикая, – заявляет он. – Для тебя же хотел как лучше.

И если в первый момент я чувствую себя идиоткой – Разве нормальный человек будет угрожать другому ножом? – то последняя фраза заставляет меня взорваться.

– А что для меня лучше? И что ты имел в виду под «беречь нечего»? Если я побывала замужем, значит теперь можно с первым встречным?