Светлана Смирнова – Небо покоряется смелым (страница 70)

— И все же удалось тогда далеко не все, — вспоминает Виктор. — До образцово-показательного выступления я так и не дотянул. Сколько-нибудь заметных ошибок, правда, не допустил, но вот отдельные шероховатости были.

«Отдельные шероховатости», разумеется, несколько снизили оценку, но, несмотря на это, сумма полученных Виктором баллов оказалась очень высокой: три тысячи девятьсот пятьдесят восемь и восемь десятых очка. А конкуренты между тем делом доказывали, что так же отчетливо понимают важность первого этапа чемпионата. Прекрасно пилотировали Иржи Саллер и обладатель кубка Бьянкотто швейцарец Эрик Мюллер. Потом настала очередь Штрессенройтера.

Западногерманский летчик выступал на Злин-50, машине предельно чуткой в управлении. Он летал очень солидно, строго выдерживал взятый с самого начала темп. Казалось бы, все шло хорошо. Однако даже такой опытный пилотажник все-таки допустил несколько погрешностей в самом конце комплекса. И заплатил за это дорогой ценой: арбитры выставили ему три тысячи девятьсот двадцать пять и четыре десятых очка.

Итак, Штрессенройтер оказался в роли догоняющего. Правда, «положительное сальдо» в пользу Смолина выражалось суммой минимальной — всего тридцать три и четыре десятых очка, но ведь кроме выигрыша в очках был еще и чисто моральный перевес. Получилось так, что Виктор уже в одном из обязательных комплексов оправдал ожидания Нажмудинова и переиграл самого реального противника.

Впрочем, может быть, оба они переоценили потенциальные возможности спортсмена из ФРГ? Может быть, в борьбе за чемпионский титул опасность подстерегала их совсем с другой стороны? Эти вопросы возникли сразу же после выступления Петра Йирмуса. Чехословацкий летчик великолепно справился с упражнением и возглавил лидирующую группу, опередив Смолина на семнадцать и четыре десятых очка.

Многие тогда предсказывали, что этот результат не удастся превзойти никому. Но вот последним среди советских участников принял старт дебютант команды, воспитанник Вильнюсского аэроклуба ДОСААФ Юргис Кайрис, и произошла подлинная сенсация, подумать только, три тысячи девятьсот восемьдесят пять и одну десятую очка набрал Юргис в самом первом упражнении на первом в своей жизни чемпионате континента и… стал чемпионом! Больше никаких неожиданностей в распределении мест среди лидеров не произошло. Петр Йирмус завоевал серебряную медаль, Виктор Смолин — бронзовую.

Впереди был второй этап чемпионата. Виктор всегда отдавал предпочтение произвольным упражнениям перед обязательными комплексами. Среди сотен фигур каталога Арести каждый раз находил новинки, заставляющие осваивать все более сложные пилотажные элементы и таким образом помогающие не только с большей полнотой раскрыть свое творческое «я», но и показать его с неожиданной стороны. По этому перспективному пути пошли они с тренером и во время подготовки к чемпионату в Австрии. Создали и отрепетировали программу, которая отличалась композиционной широтой и зрелищной оригинальностью и которая принесла Виктору победу, он впервые стал чемпионом континента в этом упражнении. Серебряную медаль получил Штрессенройтер, бронзовой награды был удостоен Фролов.

Итак, если бы по каким-то непредсказуемым и чрезвычайным обстоятельствам спортсмены не смогли продолжить борьбу, новые правила позволили бы жюри уже по итогам двух комплексов определить, «кто есть кто» в европейской табели о рангах. Тогда подсчет очков принес бы такие результаты. В личном зачете список участников возглавлял Смолин. Штрессенройтер проигрывал ему сто шестнадцать и шесть десятых очка, Йирмус — немногим более двухсот, а Саллер около двухсот пятидесяти очков. В командном зачете наши летчики опережали швейцарцев более чем на пятьсот очков, спортсменов ФРГ — почти на семьсот, чехословацкие пилотажники замыкали четверку сильнейших коллективов континента.

Внешне все выглядело вполне благополучно. На промежуточном финише советская команда прочно удерживала первенство, а Смолин не только не позволил западногерманскому конкуренту выйти вперед, но еще больше увеличил отрыв. Сто шестнадцать очков… Много это или мало? Виктор мог ответить на этот вопрос без колебаний: очень мало! Потому что хорошо знал: коронным номером в тактическом запаснике конкурента, несомненно, был неизвестный обязательный комплекс. На всех соревнованиях высшего ранга именно в «темном» он стабильно показывал великолепные результаты, а в 1978 году стал в этом упражнении чемпионом мира.

Разумеется, за три года Смолин вырос неизмеримо. Но ведь и мастерство соперника наверняка окрепло. Кроме того, на его стороне оставалось психологическое преимущество — оправданная многолетней практикой уверенность непревзойденного исполнителя этого упражнения. Так в сюжетной канве чемпионата завязывался кульминационный узел. И вряд ли кто-нибудь рискнул бы более или менее определенно предсказать перипетии приближающейся схватки, а тем более развязку спора двух примерно равных по силе бойцов.

Спортсмен из ФРГ не упустил свой шанс. Упражнение, ставшее известным лишь за сутки до старта, он выполнял без предполетной подготовки так уверенно и с такой четкостью, будто знал его и репетировал заранее. Сумел показать великолепный результат — три тысячи шестьсот семьдесят пять и семь десятых очка, то есть всего на семь очков ниже, чем в 1978 году, когда стал чемпионом мира в этом упражнении.

Смолин принял вызов. Он трезво оценивал соотношение сил и понимал, что пока еще уступает конкуренту в отдельных компонентах неизвестного комплекса. Однако не напрасно ведь на тренировочных сборах было отдано столько времени и сил освоению, совершенствованию техники пилотирования штопорных и других сложных фигур.

В тот памятный день, 20 августа 1981 года, Виктор летал на пределе своих возможностей. Выкладывался до конца. Боролся изо всех сил, чтобы на самом ответственном этапе дистанции подойти как можно ближе к результату соперника. Особенно тщательно старался он выполнить головокружительную композицию штопорных вращений. Боевой настрой, четкая нацеленность и напористость помогли Виктору показать все лучшее, что было в его арсенале воздушного бойца. Он добился второй суммы баллов в обязательном неизвестном упражнении. Да, почти сто сорок очков отделили чемпиона Европы в «темном» комплексе Штрессенройтера от серебряного призера Смолина.

Завершилась полуфинальная часть чемпионата. Теперь по результатам трех упражнений предстояло определить победителей в командном зачете и финалистов — в личном. Очень ровно и уверенно выступавшие Виктор Смолин, Евгений Фролов и Юргис Кайрис завоевали золотые медали чемпионов континента в командном зачете. Все три советских летчика вышли в финал. Почти пятьсот очков уступила нашему коллективу команда ФРГ. Бронзовыми призерами стали пилоты из Швейцарии.

А в личном зачете перед решающим, финальным комплексом в лидеры пробился Штрессенройтер. После его внушительной победы в третьем раунде фора Смолина растаяла. Теперь уже западногерманский летчик имел перед ним преимущество в двадцать два с половиной очка. Остальные претенденты значительно отстали от ведущего дуэта.

Для Смолина в его положении догоняющего спурт оставался единственно возможным и необходимым тактическим приемом. Специфика финального упражнения давала лидеру советской команды сравнительно небольшую, но достаточно реальную надежду на успех. Здесь он чувствовал себя куда сильнее, чем в неизвестном комплексе. Четырехминутную произвольную программу предстояло выполнить, что называется, на одном дыхании. Оригинальность сложных элементов ценилась судьями тем выше, чем ярче и непринужденнее проглядывался артистизм пилотажного почерка. Именно в этой способности не просто показать калейдоскоп технично прокрученных пассажей, а творчески интерпретировать цельную, законченную композицию и заключался потенциальный резерв Смолина. Он сумел использовать этот резерв.

Несмотря на свинцовую усталость, вопреки тягостному грузу ответственности, ему удалось элегантно и выразительно подчеркнуть свежесть и неповторимость сюжетного развития своего финального комплекса. Летавший позже Штрессенройтер продемонстрировал очень содержательную программу. Однако выступлению лидера западногерманской команды явно недоставало композиционной цельности и пилотажной непринужденности. Видимо, слишком много сил затратил он на предыдущем этапе состязаний. И теперь, на финишной прямой, его обогнали несколько спортсменов.

Завершили спор сильнейшие пилоты континента. И первым среди них был торжественно назван советский спортсмен Виктор Смолин. Новый абсолютный чемпион Европы обошел серебряного призера Штрессенройтера в сумме многоборья на шестьдесят пять с половиной очков.

Этот чемпионат стал для Смолина вторым после Ческе-Будеёвице курсом пилотажной академии. И здесь буквально каждый вылет давал обильный материал для размышлений над своими и чужими ошибками, заставлял анализировать, сравнивать, делать выводы. Продолжалось воспитание таких необходимых качеств, как холодная наблюдательность и трезвая расчетливость, способность объективно оценивать собственные силы и возможности представителей других творческих школ и направлений. Виктор понимал, что предметные уроки закаливания воли и формирования характера воздушного бойца имеют для него неоценимое практическое значение в преддверии чемпионата мира 1982 года.