Светлана Смирнова – Небо покоряется смелым (страница 54)

Олег запросил разрешение на старт.

Судья международной категории Валентин Юрьев:

— Оскару Папе — старт!

«Оскар Папа» — позывной Олега Пасечника, так принято по международным канонам: на киле заглавные буквы планериста и по ним ему присваивается звучное, легко произносимое на разных языках имя. У Антанаса Рукаса, например, «Альфа Ромео», у других это может быть просто номер.

Олег Пасечник устремился вперед. Лететь было легко, на душе радостно. Внизу проплывают деревни, города, сады, поля, блестящие ленты рек… Через час он уже был над первым поворотным пунктом. Высота две тысячи метров. Пройдено сто пятнадцать километров. Сфотографировав необходимый объект, Олег буквально помчался ко второму поворотному пункту. Но чем ближе была цель, тем становилось труднее лететь… Наступал кризис в «облачной деятельности», планер начал терять высоту… Вот и нужная точка. Произведена съемка. Остался последний отрезок пути. Погодные условия ухудшались на глазах. Ох, как нужен хороший поток! Ведь в скоростном упражнении нельзя терять ни секунды, а тут полный развал облаков. Потоки слабые, если набирать в них высоту — уйдет много времени. «Надо искать, надо искать», — проносится мысль. Лишь через двадцать километров, за вторым поворотным пунктом Олег встретил подходящий поток силою до четырех метров в секунду. И снова спираль за спиралью стал быстро подниматься вверх.

— Ребята, — передал он в эфир, — нашел «четыре». Спешите ко мне. Как поняли?

— Поняли, — почти одновременно ответили Шлюмба и Васьков. — Бежим!

А Олег Пасечник, набрав нужную высоту, устремился вперед. Через сорок минут он уже пересек финишную линию. Дистанцию прошел за два часа тридцать шесть минут, показав среднюю скорость сто двадцать пять километров в час. Есть всесоюзный рекорд!

Вечером на разборе спортсмены, воодушевленные успехом Олега, предложили:

— А если попробовать семьсот пятьдесят?

— Валентин Георгиевич, надо же когда-нибудь отважиться! — поддержал Олег.

— Треугольник семьсот пятьдесят — не шутка. Но подумаем. Надо изучить метеоданные. Теперь все свободны.

Утро обрадовало спортсменов хорошей для полетов погодой.

На предполетной подготовке Юрьев объявил:

— Мы тут посоветовались и решили: на планерах открытого класса идут по треугольному маршруту на семьсот пятьдесят километров, «стандартники» — на пятьсот!

— Ура-а-а! — обрадовались планеристы.

— Радоваться будете, когда вернетесь на аэродром, — улыбнулся Юрьев. — А если серьезно, то смотрите: будет возможность — идите на семьсот пятьдесят, нет нужных погодных условий — разрешается свернуть на «пятисотку». Излишне не рисковать!

…Появились первые вспышки облаков. Они буквально росли на глазах, формируя целые гряды белоснежных гор. Два буксировщика работали в поте лица, пока не «забросили» в небо все планеры.

В двенадцатом часу один за другим стартовали все участники соревнований.

…Первые сто километров Олег шел прямо, на хорошей скорости. Но все меньше и меньше стало попадаться облаков, а впереди открывалось совершенно «пустое» синее небо. Это не радовало. Набрав в последних термиках высоту, спортсмен решил пройти через «дыру» на скорости сто двадцать — сто тридцать километров в час. И вдруг в этой «дыре» Олег нашел довольно сильные восходящие потоки. Скорость полета снова увеличилась.

Наконец-то добрался до облаков, на душе стало спокойнее. Вот и первый поворотный пункт для «пятисотки». Надо решаться: или идти на семьсот пятьдесят, или повернуть на более короткий путь. Олег выбрал дальний маршрут.

Такие дистанции обычно не включаются в программы чемпионатов страны, да и на тренировках не любят рисковать. При таком полете вполне возможна посадка вне аэродрома, на незнакомую площадку. Словом, хлопотное упражнение…

До первого поворотного пункта, находящегося у города Кировограда, оставалось еще километров пятьдесят, когда впереди путь преградил дождь. Олег сообщил об этом Васькову и Шлюмбе, которые находились недалеко от первого поворотного пункта «пятисотки». Они посоветовались между собой и приняли решение идти по более короткой дистанции. «А что делать мне?» — подумал Олег. Обстановка сложная. Образовались мощно-кучевые облака, из некоторых шел дождь — попасть под такой совсем ни к чему, у мокрого планера резко ухудшаются летные качества. Но облака поднялись на высоту две пятьсот, а скороподъемность восходящих потоков увеличилась до четырех метров в секунду. Олег быстро прикинул, подсчитал, как ему работать, выходило, что нужно держать путевую скорость не менее ста километров в час и не опускаться ниже полутора тысяч метров.

Солнце припекало, но на высоте было прохладно. Хорошо слышались голоса товарищей по команде — они успешно шли по маршруту. Лидировал Витаутас Шлюмба, за ним — Эда Лаан и Витас Сабецкис.

Второй отрезок был не из легких. Чувствовалась усталость, затекали ноги, хотелось пить. Утолив жажду и сделав «зарядку», Олег почувствовал себя бодрее. Перед поворотным пунктом пришлось сделать крюк — дорогу закрывало мощно-кучевое растекшееся облако. На обходе встретил хорошую гряду облаков и быстро исправил положение. Приближалась Винница. Над второй точкой отметился, имея две тысячи метров высоты.

Ребята с «пятисотки» один за другим финишировали. Когда Витаутас пересек линию, его тут же поздравили с новым всесоюзным рекордом. «Молодец, Витас! — подумал Олег. — Счастливый. Он уже закончил путешествие, а мне еще двести километров».

Семнадцать часов. Восходящие потоки слабели, лететь стало труднее — кучевые облака начали распадаться. Планер понемногу терял высоту. К восемнадцати часам совсем стало худо. Осталось немного — меньше сотни километров, но высота неумолимо падала. Тысяча метров. Этого для долета мало. Нужен последний вздох, последнее спасительное облачко, чтобы набрать высоту и тогда идти напрямую домой.

Мастер спорта В. Юрьев (слева) и О. Пасечник.

Олег внимательно изучает каждую пядь неба. Впереди, чуть справа лес. Возможно, там есть что-то подходящее? И действительно, над лесом виднелось маленькое, едва различимое в вечернем небе облачко. Другого выхода нет, и Олег направился к лесу. Не прошло и десяти минут, как это спасительное облачко растаяло. И все же ему удалось обнаружить слабый поток. Стрелка вариометра вздрагивала иногда по полутора метров в секунду. Всего пятнадцать — двадцать минут «проработал» термик на Олега, но он сделал свое дело: спортсмен набрал две тысячи сто метров высоты и этого вполне хватило, чтобы добраться до аэродрома. В девятнадцать часов двадцать минут Олег Пасечник произвел посадку, записав на свой счет еще одну победу…

— Трудно, наверное, было?

— Не очень, — улыбается Олег, — когда хорошо слетаешь, то и усталость приятная, и не таким трудным кажется маршрут. Конструкторы планеров придумали удобное сиденье — по форме тела, чтобы нагрузка распределилась равномерно. Конечно, при длительном полете затекают мышцы, от монотонности клонит ко сну. Набрал высоту — идешь дальше, потерял — ищешь потоки, нашел, набрал высоту и снова вперед… Главное, не терять ритма, но иногда важно и вовремя остановиться, проверить себя. Ужаснее всего, когда приходится искать площадку для посадки…

Зачастую помогает зарядка: разминаю руки, ноги, плечи, делаю различные движения головой. Это бодрит, лучше думается. А думать приходится много и напряженно. Не всегда бывают трудными только дальние маршруты. Иногда короткий так изматывает, что после приземления еле тащишь ноги. Это когда сложная погода. Изматывает напряженность, постоянный поиск термиков. Попал в сложную ситуацию, нервничаешь, пока не выкарабкаешься. Одним словом, нужна, конечно, физическая и морально-волевая закалка. Этот полет на семьсот пятьдесят — не самый трудный, ведь не раз приходилось парить под облаками по шесть-семь часов. Но здесь было больше ответственности — шел на установление рекорда, а так ничего особенного…

Ничего особенного… Если просто сидеть на стуле семь часов, не меняя позы, и то, наверное, трудно выдержать, а тут полет, где планер изрядно бросает. При этом человек испытывает значительные перегрузки. Плюс нервное напряжение, особенно когда впереди нет надежных ориентиров — кучевых облаков, под которыми, как правило, образуются восходящие потоки. Психологически трудно искать в чистом небе термики, нужно в совершенстве знать законы образования восходящих потоков, уметь сопоставить воздушные условия с ландшафтом. Словом, только знающим, опытным, смелым и выносливым покоряются такие дальние и сложные полеты.

ТЕРНИСТЫЙ ПУТЬ К ПОБЕДАМ

— Олег, кого из зарубежных соперников, с которыми приходилось встречаться, вы считаете наиболее сильными парителями?

— Одним из самых сильных наших соперников является чехословацкий спортсмен Франтишек Матоушек. Его полет отличается большой аккуратностью, надежностью расчета и минимумом риска. Надо отметить, что все планеристы Чехословакии умеют летать, если надо, и парами, и даже целой командой. Они не стараются во что бы то ни стало победить в упражнении, они стремятся пройти дистанцию ровно, без срывов, показать стабильные результаты. В этом их сила. У Матоушека большой опыт, хорошая интуиция. В сложных ситуациях он ошибается редко, и обычно в одинаковых погодных условиях пролетает дальше всех.