Светлана Смирнова – Небо покоряется смелым (страница 53)
И снова наступила пауза в полетах — несколько дней лили дожди.
Двое из участников при посадке на площадки разбили планеры. Особенно сокрушался австралиец А. Вильсон. И это понятно, ведь за планер, взятый в аренду, придется платить, а стоит он несколько десятков тысяч долларов.
23 июня. Назначена «пятисотка» по треугольному маршруту. Погода хорошая. Полет протекал нормально почти до самого второго поворота. Но не доходя километров тридцать до цели, начались развалы облаков. Кромка опустилась до тысячи двухсот метров. Руденский кружил значительно выше меня и потому решил идти вперед. Дальше мне пришлось лететь одному. Погода ухудшалась на глазах. Облака стали реже, а «дыры» больше. К последнему облаку пошел, имея две тысячи метров высоты, а долетел к нему на пятистах. Снова приходится искать спасительный поток, тут никуда не денешься — под крылом большой лесной массив. К счастью, поток обнаружил. Набрал тысячу двести — теперь можно идти на долет. Слышу, уже финишируют соперники. Да, на поиски термина ушло много времени.
Первое место занял Г. Лее, показав среднюю скорость полета сто двенадцать километров в час, у Е. Руденского — девяносто восемь и три десятых, и по сумме четырех упражнений он занял десятое место.
Так для меня печально закончился чемпионат. По сумме пяти упражнений занял двадцать пятое место. Евгений — тридцать четвертое.
Еще были разыграны два упражнения. Но Руденскому снова не повезло, а я наблюдал борьбу с земли. Итог плачевный: Руденский тридцать пятый, я — предпоследний…»
XV чемпионат мира оказался для наших спортсменов неудачным. Причин тому было несколько. Прежде всего, наши планеристы были просто неподготовленными к полетам в таких сложных метеорологических условиях, над непривычной местностью — лесами, холмами, озерами. Не хватило опыта парения на пластмассовых планерах, ведь ЛАК-9 спортсмены получили незадолго до чемпионата мира. В то время как большинство зарубежных парителей на планерах с размахом крыльев двадцать метров и водобалластом летали уже по нескольку лет, участвовали во многих соревнованиях, хорошо знали своих соперников. Да и в Финляндии они были не однажды и прекрасно изучили местность и погоду. Наши же парители знакомились с этим в основном по рекламным журнальным статьям, где говорилось о великолепных метеорологических условиях для парящих полетов. К таким и готовились. Получилось же наоборот.
Олег очень переживал свое неудачное выступление, но он понимал, что этот чемпионат многому научил его. И прежде всего тому, что летать надо не только по прямым облачным дорогам, так и зовущим в дальние дали, нужно научиться парить и тогда, когда над головой чистая, прозрачная голубизна и ярко светит солнце или когда серые тучи, словно толстое покрывало, затянули небо от горизонта до горизонта. Учиться искать восходящие потоки в любую погоду. А для этого не просто налетать в год, допустим, пять — десять тысяч километров, а чаще соревноваться, встречаться со своими соперниками в воздухе, изучать их в работе, а не по скупым сведениям прессы.
МАРАФОН ПОД ОБЛАКАМИ
Аэродром Кишиневского аэроклуба ДОСААФ является излюбленной базой для проведения тренировок и соревнований любителей безмоторного полета. Здесь чаще всего организуются сборы весной и поздней осенью — привлекают хорошие погодные условия, которые дают возможность совершать интересные дальние полеты, парить под облаками многие и многие часы.
Федерация планерного спорта СССР решила в 1978 году провести соревнования с целью обновления таблицы всесоюзных рекордов. Май и июнь — самое подходящее время для такой работы — и дни длинные, и термики сильные. Гряды белоснежных облаков так и манят парителей в небо.
…Утро 20 мая обещало хороший день. Было солнечно и тепло, кое-где виднелись разбросанные по небу белые «барашки» облаков. Тренеры В. Юрьев и В. Загайнов вместе с синоптиком внимательно изучали метеокарты. В девять утра члены сборной команды СССР собрались на предполетную подготовку.
— Товарищи, — обратился к ним Валентин Юрьев, — выслушайте задание на сегодня. Проведем соревнование на побитие всесоюзного рекорда скорости по треугольному маршруту с расстоянием триста двадцать шесть километров. Стартуют все. Маршрут указан на доске. К одиннадцати всем быть готовыми на старте у своих планеров. Задание ясно?
— Ясно, — почти хором ответили спортсмены.
— Тогда за работу.
Вырулили на старт «Вилги» — самолеты-буксировщики. Автомашины потащили планеры. Их выстроили в три ряда в порядке очередности на взлет. Спортсмены сняли чехлы и начали «обрабатывать» свои «Янтари» и «Летувы». «Обработка» обязательна — чем лучше отполирована поверхность планера, тем лучше он ведет себя в полете.
Олег Пасечник очень тщательно протер белой тряпкой крылья, фонарь, фюзеляж — все блестело на солнце.
— Работай, работай, — сказала, проходя мимо, Эда Лаан, — в воздухе он отблагодарит тебя.
— Надеюсь, — улыбнулся Олег.
— Заправился?
Члены сборной команды страны после успешных полетов в Орле.
— Обязательно. А ты?
— Я уже готова, мой «Янтарик» — тоже.
— Ну, ни пуха ни пера.
— К черту. И тебе ни пуха…
Эда ушла к своему планеру. Олег, закончив «полировку», поставил барограф, приготовил парашют, стартовый «завтрак».
«Опять яйца, как они надоели», — подумал Олег, заворачивая их в бумагу. Хлеб сегодня космический — маленькие упаковки, раза в три меньше, чем конфета «Мишка на Севере», — и тюбики с соком. Триста двадцать шесть километров — путь не близкий.
Один за другим аэропоезда уходят в небо. На высоте шестьсот метров планеристы отцепляются от буксировки и начинают самостоятельный полет. А самолеты устремляются вниз за очередными планерами.
Олег, как и другие парители, не спешил стартовать. По всему было видно, что погода улучшится. Нижняя кромка облаков поднялась до двух тысяч метров, а восходящие потоки стали более мощными. В нужном направлении образовалась красивая гряда облаков — словно специально построенная прямая воздушная дорога. Под ней, как правило, действуют сильные термики.