Светлана Шевченко – Счастье за печкой. Сборник (страница 11)

Смотреть на развитие сцены Лера не пожелала.

***

Проводив часть гостей, прибирали столы, переорганизовывали пространство, кто-то занялся костром.

Паша, твёрдо подхватив Леру под локоть, отвёл её в сторону: «Пять минут уделишь?». Они медленно пошли в глубь хозяйственных построек и дворов. Паша спросил:

– Ты сейчас что строишь?

Лера назвала последние объекты.

Паша присвистнул.

– Ну, здесь, конечно, масштабы совсем скромные.

Но Лера уже знала, что хочет. Хочет здесь коттедж, даже если мать охрипнет с ней спорить. Что да, не по её уровню проект, возможно, но здесь будет интересно, это точно. И что можно повторить опыт работы на две конторы, правда, опять спать по пять часов, но справится, силы пока есть.

А Паша в уже отмеченной Лерой скупой и чёткой манере объяснил, что специалист им очень нужен, и не только на этапе проектирования, но от начала и до сдачи. И что вряд ли они потянут зарплату для Леры, но есть варианты бартера. Вплоть до небольшой доли, коттеджа в пожизненную аренду или в собственность. Под это у них уже отведена часть плана.

– Паш, мне подумать надо. Мне нужно всё, что у вас есть наработанного. На подумать – неделю. Это пока только в теории, но плюс-минус неделю я могу выторговать у своих работодателей на изучение вашего объекта. И только потом решать.

Всё правильно вроде сказала. И думала всё правильно. Но отчего-то под ложечкой продолжало противно ухать и покалывать. Как будто чего-то не учла.

Паша кивнул Лере, снова подхватил под локоть и направил к дому, комментируя по дороге:

– Мы тебе распечатаем, что нужно, – и искренне добавил, – я буду рад, если мы найдем возможность сотрудничества, – он собирался продолжить, но визг и крики заставили их ускорить шаг.

Во дворе был скандал, который быстро перерастал в драму. Блогерша с искаженным лицом орала на сидящего на земле и завывающего Богдана: «А ну не вой, я сказала!», – но мгновенно нацепила маску, увидев хозяев. Сделав встревоженное лицо, кинулась к Косте и залепетала:

– Костик, ты посмотри, они Богданчику лицо разбили!

Лера быстро оценивала обстановку. Макс держал за плечи отчего-то трясущегося и отпирающегося Павлушу, к которому уже стремительно приближалась Нина и Александра Николаевна. Белобрысый лохматый мальчишка стоял, набычившись и сжимая кулаки, а вокруг – стайка таких же сердитых ребят. Очевидно, именно этот парнишка нанёс Богдану удар в нос.

Со всех сторон уже стекались люди, кто-то протягивал пакет с сухим льдом Богдану. Блогерша, позабыв про сыночка, снова повисла на Косте, изображая ужас. Костя с себя Кристину стряхнул и, перекрывая общие причитания, спросил:

– Что случилось?

Дети, перекрикивая друг друга, загалдели, тыкая пальцами в Богдана, Паша гаркнул: «Ти-иха!», – и уже спокойно:

– Макс, ты видел?

– Ага. Этот, – ткнул пальцем в Богдана, – сначала к пацанам приставал, ну те его и послали, – осёкся, увидев строгий взгляд брата, – ну, короче. Он начал Павлушу гнобить, ну, мам! – увидев теперь уже материнский укор, протянул и возмущённо затараторил, – он его дебилом недоношенным называл! И кривлялся!

– Вот богомерзкий ребёнок, прости Господи, – прошипела Тома.

– Я бы сам ему в нос дал, меня Денис опередил! – закончил Макс.

А Паша тихо сказал мужу блондинки: «Вот зря ты выпил, Серёга. Увезти бы эту блогершу». Тот только растерянно руками развёл.

Лера сочувствовала Дениске, потому что ему объясняли, что с гостями так нельзя, хотя была уверена, что увещевали его не слишком настойчиво. Богдана увели, а вот мамаша его изображала нервный стресс и щебетала окружающим, что «это дикость какая-то, чуть что – в драку?».

***

Все постепенно расходились, к Лере подошла Маруся:

– Ты о чём так серьёзно задумалась, Лерусь?

– Заметно? – улыбнулась Лера, а Маруся кивнула. – Мне здесь работу предлагают. И в ответ на изумлённый Марусин взгляд добавила:

– Даже в отпуске меня догнало!

Марусю кто-то куда-то позвал, все разошлись, и Лера побрела за дом.

Хотелось побыть одной. Слишком много сразу навалилось событий. Она медленно шла, стараясь думать в такт шагам. Интересно ли ей? Да, безусловно. Более того, о чём-то подобном она неясно мечтала, но позже. Сильно позже. Когда вырастет Сенька, выучится. Тогда Лера сможет зажить сама и как захочет. А пока она должна думать ответственно. Впереди школа, кружки, потом вуз Сенькин. Мама не молодеет.

Можно взять параллельно проект. Так сказать, вложиться в возможное будущее.

Незаметно для себя дошла до мостков и замерла, прежде чем ступить на них. Костя, вот что не даёт покоя. Может, не сам Костя, а что-то другое, с ним связанное, но что именно, и как связано, Лера никак не могла понять.

Прошла по мосткам почти до конца, облокотилась на перила и застыла. Ей бы лист бумаги и ручку, ставить плюсы и минусы, рассуждать. Рисовать таблицы, в которых учесть все ресурсы. Не то чтобы плюсики-минусики что-то значат в решении, но таблицы помогают сосредоточиться.

И, может, тогда вот это неясное беспокойство либо рассеется, либо станет понятно, что с этим делать. Вода в озере выглядела застывшей, и только иногда по глади пробегала нервная рябь, кода мошка или сухое семечко касались натянутой водной плёнки. И Лера вздрагивала, как будто стала частью этого озера.

Перила качнулись. Лера могла и не поворачивать голову. Знала, что это Костя. И не потому, что думала, что он её искал. Может, он тоже устал от суеты, и тут, на притаившихся в зарослях мостках, его не достанет Кристина.

– Я подозревал, что ты какой-нибудь руководитель, – улыбнулся Костя.

– У меня не слишком большой отдел, – ответила Лера.

– Паша на тебя не сильно надавил? – спросил Костя, и когда Лера покачала отрицательно головой, продолжил. – Год назад мы планировали только небольшое расширение. Никто и не думал, что разрастётся всё до таких объёмов. Наше производство только-только окупает само себя. Это не прибыль. А тут ребята из МЧС со своими идеями. Начинали мы мыслить с площадки под кемпинг, а додумались до базы отдыха и магазина.

Костя помолчал, а потом сказал:

– Аховой прибыли здесь всё равно не будет. Это всё скорее для себя.

Лера оторвалась от созерцания воды, развернулась всем корпусом к Косте и начала немного резко:

– Я умею анализировать, логически мыслить и даже считать, Костя, – потом смягчилась, перестала сжимать деревянными пальцами перильце. – Мне очень нравится проект. Я сама о чём-то таком мечтала. Но у меня есть обстоятельства и обязанности. Я отвечаю не только за себя. Я вам помогу. Хотя бы консультацией. Я хочу, чтобы у вас получилось, как вы задумали. Больше я пока ничего не могу сказать. Мне нужно время. Я не принимаю спонтанных решений, потому что решаю не только за себя.

Костя кивнул понимающе. Молчал. А Лере захотелось поделиться, объяснить, может, не столько Косте, сколько себе – почему ей так нравится этот проект.

– Ты знаешь, у сына с трёх лет есть карта России. И он на ней ставит флажки, где «мамины стройки», – Лера рассмеялась и добавила, – а его бабушка ворчит, что, очевидно, у его матери, то есть у меня, план по захвату территорий. А у нас с Сенькой и правда есть план. Вот подрастёт он ещё немного, и мы полетим из точки в точку – прямо по этим флажкам, – Лера сбилась, смолкла, подняла глаза на Костю.

Костя смотрел внимательно, изучающе, но не высказывал ни удивления, ни одобрения, просто смотрел.

– На самом деле, флажков пока немного. И вообще, это такая сказка, игра для Сеньки. Чтобы он не слишком скучал, пока я в командировках. Чтобы он верил, что я занята безумно важным делом.

Лера поёжилась не столько от прохладного ветра, сколько от неуютного сомнения, обхватила себя за плечи и снова стала смотреть на воду, и аж поперхнулась, выпучив глупо глаза, когда Костя спросил:

– Ты замужем?

– Что?! – так с выпученными глазами и спросила.

– Ты замужем? – повторил Костя вопрос. – Про сына я понял, так «может, у нас и муж имеется», – процитировал он.

– Нет, мужа у нас нет, – и как будто за что-то оправдываясь перед ним, добавила, – с Сенькиным отцом мы давно в разводе.

И вся подобралась, ожидая новых вопросов.

Но Костя не спрашивал, а говорил, быстро, чётко, как будто решал деловые вопросы.

– С проектом нашим, решай, конечно. Тут большей частью непроизводственный проект, а производство с твоими не сравнится. Для тебя это, наверное, как в куклы играть, после твоих строек, – и жестом остановил Леру, когда та рот открыла поспорить. – Ты с Пашей это обсуждай. У нас всё разделено: Пашка стратег, я исполнитель. Моя часть – это закупки, поставки, логистика. Конечно, ты для нас стала бы ценной, – улыбнулся, – мы больше общались пока с частниками. А тут – сплошь с чиновниками придётся. Подводных камней мы не знаем. Для нас это вообще – другая планета.

Лера кивнула: конечно, другая. Она это как раз прекрасно знает. И скольких нервов стоит общаться с инопланетянами, и как приходится находить нужных товарищей, ходы, выходы или переть напролом.

– Да, я понимаю. Я, правда, подумаю и с Пашей обсужу! – улыбнулась и сделала шаг мимо Кости. – Надо возвращаться, холодно.

– Стой, – Костя взял за руку, – погоди. Про проект решили, – Костя замолчал, потрогал свободной рукой себя за подбородок, запустил пятерню в волосы, взъерошил их и взял Лерину руку уже двумя руками. – Чёрт его знает, Лер, с тобой всё не так как-то, но ты же послезавтра уезжаешь?