Светлана Шавлюк – Начертательная магия (страница 21)

- Ну вот и договорились, - голос Доминика вернул меня из розовых мечтаний в реальность. Реальность, в которой одна из моих фантазий могла бы сбыться.

- Л-ладно.

Неуверенно улыбнулась и схватила тетрадь Сориана с лекциями по начерталке. Понимала, что если продолжу разговор о предстоящей ночи, то либо струшу и передумаю, либо засмущаюсь. Доминик поцеловал меня в висок, но более не стал привлекать внимания. Дал мне время привыкнуть к мысли о том, что он останется со мной. Попробовала сосредоточиться на учебе, но даже не видела, что было написано в тетради, бездумно смотрела на буквы, но они не складывались в слова. Сердце нервно билось от волнения, руки тряслись, а уголки губ дрожали от едва сдерживаемой глупой улыбки.

Несколько раз ловила на себе смеющийся взгляд Доминика и смущённо улыбалась в ответ. Вскоре принесли ужин, а Доминик ушёл в общежитие. После ужина появилась госпожа Гранис, которая вновь заметила моё возбуждённое странное состояние.

- А правда, что Доминику разрешено остаться здесь на ночь? – спросила я, когда женщина спросила о причинах моего волнения.

- Вот же, молодежь, - усмехнулась женщина, - да, в этих палатах может оставаться кто-то при необходимости ухода за больным. Но Вы, Алесандрия, не настолько больны.

- То есть нельзя? – даже расстроилась. Как бы ни волновалась, но всё же хотела, чтобы Доминик остался рядом.

- Можно, если Вы этого хотите. Хотя, с Вашим избранником и глазом моргнуть не успеете, как он уже будет здесь. Если уж он смог добиться, чтобы его в палату для тяжелобольных пустили, то тут даже спорить не стоит.

- Обычно он ведёт себя гораздо скромнее, - оправдывала его, - просто он очень испугался за нас с Лексом.

- Ох, Алесандрия, я тоже была молодой, причём не так уж и давно, я всё понимаю.

Доминик вернулся, когда Гранис закончила с лечением энергией и давала нужные лекарства. В его руках была учебная сумка, большой пакет и бумажный пакет поменьше, от которого исходили восхитительные аппетитные запахи.

- Доминик, не смейте кормить мою подопечную тем, что Вы принесли. Ей нельзя! И вообще, Вы просто поразительный наглец.

- Я влюблён. Это меня оправдывает, - обворожительно улыбнулся он.

Я прониклась и восхитилась, а Гранис лишь головой покачала.

- Только это Вас и оправдывает, молодой человек. И я надеюсь на Вашу сознательность, - строго посмотрела на нас. – Это целительский корпус. И люди здесь лечатся магией и лекарствами, а не любовью. Ясно?

- Более чем, - всё также улыбался Доминик, - и как Вы могли о нас такое подумать, - подмигнул мне, и вновь вернул взгляд к Гранис, - кормить не буду, совращать тоже не буду, будем спать, как младенцы, никого не потревожим. Обещаю.

Женщина махнула рукой и ушла, оставив нас наедине. Доминик поставил пакет с едой на стол, остальные оставил на одном из стульев. Повернулся ко мне, сидящей на кровати, оглядел с ног до головы и сложил руки на груди, не отводя пронзительного взгляда.

- Что-то не так? - настороженно спросила я. Оглядела себя. Всё тот же спортивный костюм, что и был надет на мне весь день.

- Надеюсь, спать ты будешь всё же не в этом.

Пока Доминик ужинал, ушла в душ, чтобы не травить себе душу, глядя на вкусную, но вредную для меня пищу. Освежилась и переоделась в сорочку и халат. После вчерашнего уже не так сильно стеснялась показываться Доминику в таком виде. Он, кстати, тоже успел не только поужинать, но и переодеться в лёгкие штаны и футболку. И в таком виде развалился на кровати с учебником, на обложке которого красовалась крупная надпись «военное дело».

Выдохнув, устроилась рядом с ним, пытаясь унять взбесившееся сердце. Доминик отложил учебник на стол и наблюдал за моими мучениями и борьбой со скованностью. Усмехнулся и отправился в душ, но всего на пару минут. Вернулся обратно и устроился рядом. Пару секунд лежала, глядя ему в глаза. Он приподнял брови и оглядел меня. Только спустя пару секунд поняла, что халат придётся сбросить. Поднялась. Развернулась к Доминику спиной. Дрожащими руками развязала узелок на поясе и скинула халат. За спиной в это время раздавались какие-то шорохи. Чувствовала себя глупо, это ощущение усиливалось ещё и оттого, что понимала – нам не по пятнадцать лет и нет ничего особенного в том, что двое влюблённых людей будут спать вместе. К тому же, после сна на руках у Лекса, ночь с Домиником не должна была вызывать такую бурю эмоций, но чувства, которые я питала к этому парню, вызывали шквал смущения и море приятного волнения. Не оборачиваясь, откинула край одеяла и решила нырнуть под него, чтобы не оказаться перед Домиником совсем в неглиже. Именно это и проделала, причём с несвойственной себе скоростью и удивительной ловкостью. А повернувшись на бок, чуть было не уткнулась лбом в голую грудь Доминика. На секунду замерла, а потом расслабилась. Я ведь понимала, что спать в одежде он тоже не станет.

- Ну, ты хотя бы не сбежала, - задумчиво сказал Доминик, - уже хорошо.

- Ой, будто бы я парней с голым торсом не видела, - как можно беспечнее фыркнула я, чтобы не показать, как сильно меня волнует один весьма конкретный обнажённый торс. Тот, что с татуировкой под сердцем.

- Ой, а сама под одеялом спряталась, потому что боишься меня травмировать? Ты скрываешь что-то страшное? - с показным ужасом спросил он.

- Я скрываю своё стеснение. Или играю с твоим терпением, воображением и выдержкой?! Какой вариант тебе больше нравится? - сама поразилась игривости в голосе.

- Эх, Сашка, - вздохнул Доминик и накрыл себя по пояс одеялом. Придвинулся ко мне и положил руку на изгиб талии. – В тебе столько природного обаяния, женственности, а ты не хочешь их демонстрировать. Отпусти себя, забудь о стеснении. Это просто преступно с твоей стороны – стесняться себя. Уж при мне точно.

- При тебе – особенно, - поморщилась и коснулась пальцами тёмного рисунка на теле Доминика. – Надо свет выключить. Выключатель у двери.

- Надо довериться мне. И я знаю, что ты сможешь перебороть все свои страхи.

Больше ни слова не говоря, он выключил свет в палате и вернулся ко мне. Лишь свет, льющийся в окно от уличных фонарей, слегка освещал палату. В темноте стало проще. Она словно скрадывала все мои страхи, уносила в тёмные уголки и позволяла вздохнуть полной грудью. Наверное, потому что в темноте всё казалось иначе. И спину не прожигали взгляды. Ночью я всегда чувствовала себя спокойнее и свободнее. Вот и сейчас, ещё не привыкнув к отсутствию света, когда почувствовала, как прогнулся матрас, сама придвинулась к Доминику и прижалась к горячему телу.

- Ты что, уже спать собралась? А поцелуй на ночь? Без него никак нельзя.

- А я так хорошо уже устроилась, - протянула я, но Доминику требовался поцелуй. Не стала сопротивляться, разделив с ним удовольствие.

Засыпала с ощущением счастья. Всеобъемлющего, с привкусом сумасшествия счастья. Долго не могла прийти в себя и успокоиться. Эмоции переполняли и требовали выхода. Но, не найдя его, всё-таки улеглись, и я смогла уснуть. В какой момент уснул Доминик, не знала, но казалось, на протяжении всей ночи я чувствовала, как он прижимает меня к себе, целует и что-то говорит. Но разобрать его слов я уже не смогла.

Проснулась от звука будильника. Пошевелиться не могла, но это вызвало ощущения безмерного счастья. Улыбнулась, не открывая глаз, и потёрлась носом о ключицу Доминика. Рукой он крепко прижимал меня к себе.

- Дом, - тихо позвала парня, которого совершенно не беспокоила заунывная трель. - Пора вставать, опоздаешь на учёбу.

- Угу, - ещё сильнее сжал в объятиях. - Ты такая тёпленькая.

- Ага, живая ещё, но если ты ещё немного постараешься, то я умру от удушья, - рассмеялась, обнимая парня.

- Доброе утро, - поцеловал меня в лоб и протянул руку к столу.

Возле моего лица появились его наручные часы. Он долго пытался сфокусировать сонный взгляд на циферблате. А я забавлялась, он был таким сонным и милым, что невозможно было сдержать улыбку. Хотелось погладить его по голове и зацеловать до потери сознания.

- Ты права, надо вставать. Иначе опоздаю, - снова поцеловал в лоб и сел на кровати. Потёр лицо руками, повернулся ко мне, улыбнулся и упал рядом, сграбастав в объятия. – Кажется, я не голоден. Но умыться всё-таки надо. Ты как себя чувствуешь?

- Отлично. И искренне не понимаю, зачем мне находиться здесь ещё несколько дней, а что?

- Ничего, идём умываться.

Я ленилась и не хотела вставать, но мне и не пришлось. Доминик скинул с меня одеяло, подхватил на руки и утащил в ванную комнату, не обращая внимания на мой возмущенный писк.

- Ты ничего не понимаешь, - смеялся Доминик. Поставил меня на пол возле раковины и поправил сорочку, - совместная чистка зубов – это же так романтично.

- Да ну тебя, - улыбнулась и шлёпнула его по рукам, - принёс меня умываться, значит, не отвлекай, - погрозила зубной щёткой.

Оставшееся время мы дурачились, как дети. И это было здорово. Мне было легко, весело, смущение больше не беспокоило. Зато всё больше волновали поцелуи и прикосновения. Причём, его прикосновения не вызывали таких эмоций, который накатывали, когда я касалась его. Хотелось его обнимать, целовать, касаться бесконечно много и долго. Казалось, я никогда не смогу насытиться этими чувствами, ощущениями. Но мир не вертелся только вокруг меня, а начало занятий неумолимо приближалось. Ему пришлось уходить. Он ещё не вышел за порог, а я уже ждала, когда он вернётся.