Светлана Романюк – Рвущийся в небо (страница 7)

Глава 4

Кипун опустился на колени рядом с Инесь. Тронул за руку. Откинул с лица волосы. Вблизи рана на виске выглядела ещё серьёзнее.

– Жива? – хрипло спросил невесть откуда появившийся чужак с Дальних островов.

– Вроде, – также хрипло ответил Кипун. – Дышит…

– Это хорошо, что дышит, – протянул чужак, опускаясь на корточки рядом с Кипуном.

Он прислонил пальцы к шее Инесь, закрыл глаза и к чему-то прислушался. Кипун смотрел на его сосредоточенное лицо и думал, что стоило узнать его имя. Называть и дальше его, пусть и мысленно, чужаком показалось неправильным. Он начал:

– Как?..

– Пульс хороший, – прервал его чужак. – Нужно ждать, сделать тут что-то большее я вряд ли сумею. Разве что устроить поудобнее да рану осторожно промыть…

Пульс? Это он про стук сердца? Кипун скривился. Вот только решишь, что человек свой, как он тут же напомнит, что не совсем. И, словно подтверждая эту мысль, чужак поднялся, взял Кипуна за подбородок, чуть наклонил ему голову, осмотрел порез на его щеке и добавил:

– Тебе тоже рану обработать следует.

Кипун мотнул головой, выдёргивая подбородок из чужих рук, и поморщился от резкой боли в плече.

Чужак заметил его гримасу и добавил:

– Обе раны.

– Пустяки, зарастёт как на собаке, – отмахнулся Кипун. Спрашивать у чужака имя расхотелось.

Тот открыл рот, явно собираясь возразить, но не успел.

– Жива? – на этот раз вопрос задали подошедшие сёстры.

– Жива, – подтвердил чужак. – Но лучше её пока никуда не таскать, вообще меньше двигать. И рану промыть следует… Всем и все раны промыть, – строго добавил он, кивая на Кипуна и разглядывая сестёр.

Лица Алкажи и Сэнежи исчертили мелкие царапины. Сэнежа была без плаща. Царапины покрывали и её руки.

– Для начала воды бы найти, – тихо произнесла Алкажа.

Кипун стал озираться. В том месте, где совсем недавно стояли бочонки с водой, высилась груда камней.

– Нужно разобрать, вдруг хоть что-то уцелело, – сам не веря в то, что предлагает, сказал Кипун.

– Разберём, – согласился чужак. – В конце концов, для обработки ран и морской воды принести можно. И пресной прокипятить. Вот только…

– Для начала разберём, – кивнула Сенежа.

– Без посуды и не принесёшь, и не прокипятишь, – добавила Алкажа.

Кипун хотел сказать, что для него ничего и никуда нести, а уж тем более кипятить не нужно. Он сам до моря сбегает. В нём и обмоется, и царапины промоет. Сколько он ссадин в детстве так лечил, и не вспомнить!

– Помогите! – крик донёсся с другой стороны лежащего Пальца. Судя по всему, кричал Четай.

Все дёрнулись.

– Побудьте с ней! Если начнётся рвота, не дайте захлебнуться, – велел чужак, а сам ринулся на другую сторону площадки, которую рухнувший камень поделил на две неравные части.

Кипун решил, что обращался чужак к сёстрам, поэтому сам останавливаться не стал. Пришло время взглянуть на то, что творится по другую сторону Пальца. Он только у вершины раза в полтора был выше человеческого роста, а у основания и того больше. И хотя длина его раз в десять превосходила ширину, обойти его было проще, чем пытаться перелезть через округлые гладкие бока. Кипун рванул на повторившийся зов и успел первым.

Четай стоял и, сложив руки рупором, взывал о помощи. У его ног сидела Наруша. Она устроила себе на колени голову Тужая и тихонько плакала, поглаживая его по волосам. Лицо Тужая было белым и потным.

– Да не надрывайся ты так, – бурчал он на Четая. – Я в порядке. Почти…

– Что случи… – начал спрашивать чужак, ненамного отставший от Кипуна, затем осёкся и после небольшой заминки выдал какую-то фразу, дословный смысл которой Кипун не понял, но общий посыл уловил. И был с этим посылом согласен. Абсолютно.

Тужай лежал на спине. Голова на коленях у Наруши. Ладони прижаты к животу, чуть ниже рёбер. Одна нога согнута, а вторая… А вторая скрывалась под каменной тушей Пальца.

– Всё не так плохо, – искривил губы в усмешке Тужай. – Я даже ею могу немного шевелить…

Он чуть нахмурился и закусил верхнюю губу. Кипун заметил, как под тканью штанов напряглись мышцы на бедре уходящей под камень ноги.

– Или ты думаешь, что шевелишь ею, – со вздохом ответил чужак.

Он присел рядом с Тужаем.

– С животом что?

– Камнем прилетело, – ответил тот и задрал рубаху. Там, чуть правее солнечного сплетения, чернел синяк.

– Рёбра целы? – спросил чужак.

– Да вроде целы.

Тужай пожал плечами, что лёжа выглядело довольно странно.

Чужак аккуратно стал ощупывать его живот.

– Надеюсь, обойдёмся без внутриполостных кровотечений, – буркнул он и придвинулся к придавленной ноге. – Это можно и убрать, – сказал он и стал аккуратно отбрасывать мелкие камни, насыпавшиеся сверху.

Кипун опустился на корточки рядом и стал молча помогать. Четай сел поближе к Наруше и обнял её за плечи.

– Сами-то как? – спросил их чужак, не прекращая освобождать ногу.

– Мы в порядке, – ответил Четай.

– Испугались просто, – добавила Наруша.

– Это хорошо, это правильно, – непонятно кому из них ответил чужак и затем тихонько добавил: – Пациентов мне, неучу, на сегодня хватит. Эх, приятеля бы моего сюда…

Когда они отбросили от ноги Тужая всё, что можно было отбросить, оказалось, что нет никакого месива из раздробленных костей и мышц, никаких луж крови, ничего из того, что уже успело представиться Кипуну вначале.

– Да ты счастливчик, – проговорил чужак, разглядывая застрявшую ногу.

Во-первых, нога лежала аккурат в какой-то выемке на площадке. А во-вторых, на Пальце в этом же самом месте находилась выбоина, а между ними зияла довольно широкая щель. Тужай не попал между молотом и наковальней, Плюющийся старик просто защёлкнул на его ноге кандалы.

Щель была довольно широкой вначале и постепенно сужалась в глубине. Кипун попытался заглянуть туда, но едва удержался, чтобы не вскрикнуть от ужаса и не отшатнуться. Ему на мгновение показалось, что там во тьме сидит чудовище, держит в зубах ногу Тужая и ждёт не дождётся новых жертв. Щель тотчас же стала походить на растянутый в глумливой ухмылке рот. И в этой ухмылке при желании можно было зажать ногу не только Тужая, но и обе ноги Кипуна и даже ноги чужака с Дальних островов, приди им в голову идея усесться рядком. Так что Тужай должен был чувствовать себя вполне вольготно.

Он действительно мог пошевелить ногой, покачать из стороны в сторону, даже повернуть слегка.

– Вытащить не можешь? – спросил чужак.

– Не-а, – ответил Тужай. – Ступню не пускает.

Чужак лёг на землю и протиснул в щель руку. Кипун вздрогнул и зажмурился. Он туда совать ничего не собирался!

Нос чужака был прижат к камню, голова и плечо лежали на ноге Тужая.

– Ты меня додавить решил? – со смешком уточнил Тужай.

– Чш! Не отвлекай! – шикнул на него чужак.

– Что там? – не выдержал Кипун.

Казалось, что Плюющийся старик просто затаился, сейчас заманит в ловушку побольше людей и захлопнет её окончательно.

– До середины голени ничего серьёзного не прощупывается, – ответил чужак. – А дальше не получается…

В этот момент где-то неподалёку застучали, запрыгали потревоженные камни. Чужак резко, обдираясь и царапаясь, выдернул руку и на четвереньках отскочил подальше от камня.

– Вы тут? – раздался голос Литюша.