Светлана Поделинская – Полнолуние (страница 71)

Лаура стойко продержалась первую ночь, хотя луна нещадно мучила ее. Наконец это страшное время закончилось. Румяная заря заставила луну бледнеть и исчезать, растворяя ее в дневном свете, в лазурных небесах без конца и края. Восходящее солнце, встретившись на мгновение с луной, сделало ее рассветно-розовой и уничтожило умирающее ночное светило до вечера. Однако долгожданное утро не принесло Лауре ни вздоха облегчения. Ей было невмоготу. Лаура сознавала, что еще немного – и она умертвит Джемайму вместе с нерожденными детьми, и ей будет все равно, можно ли убивать беременных. Эта мысль казалась омерзительной. Сестра была для Лауры самым близким человеком на свете, единственным, кого она любила, помимо Эдгара. Однако своя кровь звала ее, безжалостно терзала и сладостно манила.

И тогда Лаура нашла в себе мужество принять самое тяжелое решение в своей жизни. Кровь всех людей в мире не стоит ни единой капли крови ее горячо любимой сестры. Ей придется убивать других людей, чтобы оставаться рядом с Джемаймой и не смотреть на нее как на сосуд с кровью, источник питания. Стоило этому решению созреть в голове, как Лауре стало значительно легче. Все внутри у нее дрожало и сладко замирало от предвкушения.

Она решила не дожидаться ночи и пойти в город на закате. Взглянула в зеркало и ужаснулась собственному отражению: пепельно-серое лицо, спутанные волосы и безумные глаза. Лаура вытряхнула содержимое шкафа и выбрала то самое блестящее бирюзовое платье, которое надевала в день девятнадцатилетия. Свой наряд, чтобы он смотрелся более вульгарным, она дополнила колготками в сетку и кожаной курточкой. Лаура умылась, поярче накрасилась и тщательно расчесала волосы.

В темном дверном проеме появилась Джемайма и тихо позвала ее. Лаура не отвечала, только смотрела на сестру таинственными глазами, слишком светлыми в полумраке дома.

– Куда ты собралась такая нарядная? – спросила Джемми.

– У меня свидание.

– У тебя же грипп!

– Мне уже гораздо лучше, – ответила Лаура, и тут она не солгала.

Девушка приехала на Венис-Бич, в квартал дешевых баров и забегаловок. Было еще светло, но в кабаках уже собиралась подвыпившая публика. Лаура подняла глаза и прочитала на горящей вывеске название одного из заведений – «Полнолуние». Она горестно рассмеялась, усмотрев в этом иронию высших сил. Лаура вошла, присела у стойки бара и заказала ярко-розовый коктейль, который понравился ей на картинке в меню. От него вкусно пахло клубникой, но она не могла позволить себе даже глоток. Лаура опустила голову на скрещенные пальцы рук, облокотившись на липкую стойку, и спокойно осмотрелась. Никто из присутствующих в этом убогом баре не заметил появления девушки и не обратил на нее внимания. Лаура терпеливо выжидала, застыв в неподвижности, как манекен, почти забывая дышать. Внезапно чей-то голос вывел ее из транса. Лаура обернулась и увидела байкера, который подсел к ней. Он не походил на тех, кто прежде знакомился с ней в закусочных, на тех смазливых и скользких проходимцев, каких она терпеть не могла. Байкер был огромным – вдвое шире ее и, наверное, на две головы выше, по сравнению с ним Лаура даже на каблуках показалась бы малюткой.

– Как тебя зовут, красотка? – спросил он, окинув ее сальным взглядом.

Лауре пришло в голову, что пора начать придумывать себе вымышленные имена. Хотя краткая версия ее имени настолько распространена в Америке, что его нет смысла скрывать, поэтому она привычно ответила:

– Лора.

– Меня звать Билли, – представился верзила, – давай с тобой выпьем, Лора!

Они чокнулись, Лаура машинально поднесла к губам бокал, даже не удосужившись сделать вид, что пьет, и тут же отставила в сторону.

– Я смотрю, тебе не нравится эта сладкая гадость, – сказал байкер, покосившись на ее нетронутый коктейль. – Давай лучше я возьму тебе пивка!

– Хорошо, – равнодушно согласилась Лаура.

Она ждала, пока Билли допьет свое пиво и с тоской слушала его болтовню, обильно сдобренную ругательствами, о его похождениях, разудалых приятелях и многочисленных подружках, которые были от него без ума – все как одна.

«Нет уж, на будущее надо поднимать планку. Это, пожалуй, слишком утомительно для девочки из хорошей семьи», – думала Лаура, машинально поддакивая и от скуки рассматривая разноцветные бутылки на полках бара.

Билли Лауре не нравился, но ей уже было все равно, кто станет жертвой. Она вспомнила вульгарные привычки своей матери Элеоноры и в чем-то поняла ее. Иногда нужно выбирать кратчайший путь, и наступило время форсировать события. Ее щеки полыхнули, и Лаура резко крутанулась на своем круглом сиденье в сторону байкера, развязно закинув ногу на ногу.

– Может быть, мы с тобой выйдем покурить на задний двор? – проворковала она, захлопав накрашенными ресницами, как кукла.

– Конечно, детка, – с готовностью согласился Билли, разглядывая ее красивое круглое колено.

Лаура повлекла верзилу к пожарному выходу – ей хотелось покончить с этим как можно быстрее, успокоиться и жить рядом с Джемми как раньше. Лаура ничуть не наслаждалась смертью, а отбывала тягостную повинность. Она думала было попросить его подпереть дверь, чтобы их не потревожил кто-нибудь, желающий покурить или облегчиться, но Билли сам пододвинул к двери огромный железный мусорный бак. Лаура не учла одного – насколько мужчина большой и сильный, и что дальнейшее может пойти не по ее сценарию.

Байкер грубо схватил девушку, прижал к стене, и маленькая Лаура совсем потерялась в его медвежьих объятиях. Он бесцеремонно задрал ее короткое платье и лапал, почти не замечая сопротивления.

– Разве ты не за этим пришла? – искренне удивился он. – Или ты из профессионалок? Вроде не похожа. Да ладно тебе, расслабься и получай удовольствие!

Она вырывалась, но Билли крепко держал ее тонкие запястья, а затем ему это надоело. Он размахнулся и ударил девушку по лицу так, что ее голова мотнулась в сторону. Человеческое в Лауре еще было слишком живо, и в эти минуты она совсем позабыла о своей сверхъестественной силе. Она беспомощно всхлипывала, как обычная девушка, от страха, знакомого каждой женщине, страха изнасилования.

Билли порвал на ней колготки, сдвинул в сторону трусики и пытался войти в нее стоя, и только тогда Лаура опомнилась. Несмотря на опустошенность последнего дня, она оставалась достаточно сильной – ее поддерживало влияние полнолуния. Лаура призвала на помощь все свои способности и пристально уставилась на насильника. Ее глаза посветлели и загорелись магнетическими бирюзовыми огнями, в тон сверкающему платью.

– Подожди немного, – поспешно зашептала она, пока не произошло непоправимое, – не так быстро. Ты даже не поцелуешь меня?

Билли поневоле застыл, погрузившись в неоновый вечер, мерцающий во взоре Лауры. А она запрыгнула на него повыше, обхватив ногами объемный живот, и поцеловала в губы. От него противно пахло свежим пивом и табаком, но у Лауры не было другого выхода. Она отстранилась от лица мужчины, ее глаза стали бездонными, и даже воспоминания о жалости не осталось в них. Лаура с нетерпением и злым удовольствием впилась в его шею, немытую и соленую от пота. Крови было много, и все вокруг Лауры померкло перед вожделенным алым цветом, заливающим сознание. Оторвавшись наконец от своей жертвы, она впервые испытала чувство глубокого удовлетворения.

Лаура посадила тело байкера у стены, оправила платье и легко, как пушинку, отодвинула мусорный бак от двери. Выйдя из бара, она направилась прямиком на пляж, ей хотелось побыть наедине с собой.

Светло-лиловая тень заката ложилась на холодный песок, который уже начал приобретать голубоватый вечерний цвет. Лаура выбросила порванные колготки в урну и побежала, не оставляя следов, по сыпучему песку. В тот день солнце почему-то село рано, и закат, насыщенный огненными красками, полыхал недолго. Он вспыхнул, позолотив небесную лазурь и окрасив перламутром тонкие перистые облака, а затем стремительно потух. За ним последовала прозрачная и свежая ночь. Цвет небес поменялся на бархатно-синий, а перья облаков приобрели неясный оттенок сиреневого. Вскоре от заката не осталось и следа. Бледная туманная луна сияла над океаном, прокладывая по воде серебристую дорожку на другой край мира – туда, где был Эдгар.

Несколько часов Лаура сидела на берегу и смотрела через океан, не чувствуя холода и наслаждаясь зимней калифорнийской ночью. Мелкая изморось овевала лицо, прохладная, как ночная роса. Это были не слезы – Лаура впервые не жалела свою жертву и не хотела плакать. Она все сделала правильно.

Время потекло своим чередом. Они с Джемми вдвоем отпраздновали Рождество и встретили Новый год. Как-то в январе, когда Джемайма была уже на сносях, она подошла к Лауре и попросила:

– Лолли, пожалуйста, сделай кое-что для меня.

– Все, что захочешь, – ответила Лаура, не раздумывая.

– Позвони Дэвиду по этому телефону и скажи то, что я записала для тебя, слово в слово. Главное, чтобы он тебя не узнал. Да он и не слышал твой голос. Все равно постарайся его изменить, насколько сможешь. И звони из телефонной будки, не из нашего района.

Лаура прочла текст и с неодобрением посмотрела на Джемайму.

– Что ты задумала? Мне не нравится эта затея.

– Я решила пойти ва-банк, иначе нельзя, – с отчаянием произнесла Джемайма и судорожно обняла огромный живот. – В противном случае не спасти мне Дэвида.