Светлана Михайлова – Танец как диалог (страница 5)
На вечеринках есть время на телесном уровне договариваться, кому как удобно.
На занятии «словами через рот» почти всегда срабатывает. У меня есть опыт и «Мне нормально так близко встать, отработать предложенное. Ты готов?», и «Я не готова, давай останемся в открытой позиции, вернёмся к предыдущей связке».
С кем же не срабатывает, тому тоже надо учиться объяснять. Или учиться твёрдо выходить из пары вовсе.
В нашем обществе нет всеобщей практики обсуждать комфорт контакта.
Задумайтесь, ведь в суматохе дней мы редко спрашиваем перед тем, как сделать.
Мы не уточняем, можно ли обнять.
Мы только учимся получать активное согласие перед сексом.
Мы не всегда готовы в целом объяснять, как с нами надо.
Я сейчас, конечно, обобщаю.
Есть те, у кого всё это принято. Кто проявляет заботу о близких через вопросы, уточнения, пояснения. Но чаще это приобретённый с годами навык, а не практика из детства.
Хорошо, что на занятиях танцами и на вечеринках мы можем прививать себе эту полезную привычку.
Можем отслеживать, какое взаимодействие нам приятно или вызывает дискомфорт.
Спрашивать себя, как нам в этом контакте с этим конкретным партнёром.
Всё это важно не только в рамках парных социальных танцах, но и в жизни. Ниже хочу рассказать, как я и в жизни, и в танцах училась этому. Возможно, моя история вам отзовётся.
Любопытно: тема физического комфорта в общении с людьми и собственного комфорта по жизни для меня актуализовалась после рождения дочки. Не могу точно определить: это просто совпадение (рождение дочки и внимание к теме) или имеет значение, что я стала ответственна за будущее именно девочки.
Как-то в разговоре про танцы без особых раздумий сказала:
Тут же прилетел уточняющий вопрос:
Чуть замялась с ответом. Здравый смысл орал: конечно, сокращение дистанции должно происходить по обоюдному согласию! Тогда исправила себя: «Да-да, конечно, решают оба».
Но осадочек остался. Появилось недоумение от собственных слов: почему я, человек, который за равенство, за уважительное отношение друг к другу и к телам друг друга, вдруг выдала такой пассаж? Непонятно…
Решила копнуть глубже. И эти раскопки завершились неожиданным для меня выводом: той фразой я хотела подчеркнуть и утвердить право женщины на собственное тело. Тогда я не рассматривала ситуации, когда партнёр не хочет близкого контакта (хотя в танце отслеживаю такие моменты, иначе ситуация-то получится глупейшая, если я буду из всех сил стараться притянуть к себе сопротивляющегося партнёра).
Тогда и контекст разговора, и в целом мой настрой были именно про нежелание меня-девочки сокращать дистанцию в обстоятельствах, когда партнёр к такой перспективе настроен позитивно и даже выказывает намерение сблизиться. Той фразой мне хотелось заявить о праве любой девочки и женщины на своё тело и на его неприкосновенность без разрешения.
И важно мне это не в контексте парных социальных танцев в нашей Школе, где я всё же наблюдаю адекватность, уважительное отношение, стремление слышать друг друга (а если вдруг что, прервать контакт и выйти из пары можно всегда). Важно мне это как женщине, живущей в эту эпоху, и как матери девочки, которую я зачем-то (не спрашивайте – не знаю) привела в эту эпоху.
Я сейчас немного отойду от темы парных социальных танцев, чтобы пояснить эту мысль. И заодно подсветить, как плотно сплетено в моей жизни происходящее в танцевальном зале и события за его пределами.
Что не так в современном мире с точки зрения женских физических границ?
Во-первых, в общественном сознании довольно распространено поломанное отношение к женскому «нет». Самая печаль-беда, что даже часть женщин поддерживают миф о том, что «нет = да, но потом» и подобным установкам. В то время как «нет» должно ничего не значить, кроме «нет».
В парных социальных танцах как партнёрам, так и партнёршам важно помнить об этом и слышать «нет» друг друга.
Во-вторых, женщины намного чаще мужчин подвергаются насилию, в том числе сексуализированному.
Чаще это не маньяк в парке, а знакомые мужчины: коллеги на работе, преподаватели в университете (если говорить о студентках), в семье (в том числе выросшие сыны могут избивать пожилых матерей, а дядья среднего возраста развращать малолетних племянниц). От мужей очень много насилия, особенно хочется отметить хтонь давления на женщин рассказами про «супружеский долг», «дай секс, а то к другой уйдёт», «мужчине ж надо, а тебе жалко что ли?», следствием которого является не секс, а насилие.
В-третьих, у нас плохо развита культура спрашивать перед каким-либо взаимодействием. Мы редко интересуемся, можно ли обнять ребёнка. Мы редко уточняем, готов ли партнёр к сексу.
Важное замечание: хотя пишу «мы», в моей семье как раз принято спрашивать такое.
Да, это было не из ниоткуда. Мы преодолевали старые паттерны поведения и общения, учились новому. Говорю, исходя из собственного опыта: когда привыкаешь спрашивать, выясняется, что уточнять и обсуждать возможность контакта – более комфортная практика для обоих сторон, чем лезть напрямую в неизвестность.
Сейчас для меня вопрос о допустимости, уместности физического контакта – это забота о человеке. Это уважение к личному пространству и к желаниям. Потому что не все и не всегда готовы обнимать, целовать и даже прикасаться к самым близким, любимым, родным. Я тоже не всегда готова.
Да, если с человеком уже есть устоявшиеся отношения, если это муж/жена, дети, близкие друзья, то могут быть какие-то свои правила, комфортные для всех. Например, не спрашивать о возможности контакта, но всегда иметь выбор, в том числе не пойти в раскрытые объятья, сказать «нет» и быть услышанным.
Как женщине и как маме девочки мне важно хотя бы на своём личном уровне развивать культуру спрашивать согласие, слышать желания женщины.
Я очень ценю, когда становится возможным диалог с окружающими о границах. Когда спокойно можно сказать о своих желаниях или нежеланиях, когда люди прямо заявляют о своих потребностях и сверяются с моими возможностями.
Диалог и открытость – основа близких отношений.
Когда есть диалог, доверие, чувство безопасности, тогда возможна близость как эмоциональная, так и физическая. И тогда можно расслабиться.
Когда хочу расслабиться и «отключить голову» в танце, я часто закрываю глаза. В контексте доверия к себе, партнёру, миру, поговорим об этом танцевальном приёме.
Про танцы с закрытыми глазами
Расскажу, в каких ситуациях закрываю глаза и что из этого получается. Говорить буду из позиции ведомой.
«Расслабьтесь. Можно закрыть глаза», – такой совет-пожелание иногда звучит от преподавателей.
Не помню, когда оценила этот приём. Допускаю, что не сразу. Возможно, даже не в первый год обучения. Для того, чтобы осмелиться закрыть глаза, для меня должны совпасть все факторы:
1. танец, предполагающий неспешное перемещение в пространстве и близкую позицию,
2. доверие партнёру,
3. доверие себе,
4. окружающая обстановка.
Условий много. И наверняка они не универсальны.
Для чего я это делаю?
Этот пункт в первую очередь про занятия и изучение нового. Особенно когда раз за разом что-то не получается. Когда не понимаю ведение. В такой ситуации вдыхаю-выдыхаю, мысленно проверяю правильность постановки корпуса (это тоже влияет на ведомость) и закрываю глаза.
С помощью зрения мы получаем значительную часть информации. Но в танце, особенно в близкой позиции, куда важнее не зрительное восприятие, а наши движения и импульсы ведущего. Поэтому, чтобы лучше чувствовать, быть чуткой, корректно реагировать на предложения партнёра, есть смысл осознанно отключить другой, привычный, канал восприятия.
Это уже именно про танец, а не отработку движений.
Это ощущение себя в моменте. Когда есть музыка, которую слышу. Партнёр, которого ощущаю. Мои чувства и эмоции. Концентрация внимания на собственном теле и физическом комфорте.
Танец с закрытыми глазами – это другие ощущения, другой уровень доверия в паре, другое взаимодействие с партнёром. Когда в паре есть доверие, есть пространство для экспериментов, интересных и приятных открытий.
А если в паре доверия нет, возможен ли качественный контакт и удовольствие от близости? Что происходит там, где нет доверия, а основа взаимодействия – власть и подчинение?
Подчинение или доверие?
«
Я не стала ни спорить, ни убеждать – не мои методы.
Эта фраза стала для меня поводом поразмышлять о подчинении в танце. Я, конечно, допускаю, что танцы бывают разные, способ подачи у разных преподавателей отличается, манера общения между учениками в разных школах танцев своя.
Везде свои пирушки и погремушки.
Социальные танцы в целом и те направления, что изучаем в нашей школе, предполагают разное взаимодействие в паре. Расчёта объять необъятное в рассуждениях не имею и допускаю, что мой опыт – только моё видение ситуации. И всё же поделюсь своими ощущениями.