Светлана Мерзликина – Узница тамплиера. Тень инквизиции (страница 2)

Я поднялся с колен, чувствуя, как коллар тянет вниз, словно якорь. Молча развернулся и поплелся прочь из кабинета, оставив отца де Роша в его праведном гневе. В коридоре меня встретили любопытные взгляды монахов, выглядывающих из своих келий. Они шептались, переглядывались, но никто не осмелился подойти ближе. Я был для всех изгоем.

Я добрался до своей кельи, маленькой, унылой комнаты с каменными стенами и узким окном, из которого не было видно ничего, кроме серого неба. Рухнул на жёсткую подстилку, служившую мне ложем, и уставился в никуда. Что дальше? Вся моя жизнь – служение отцу де Рошу, исполнение его воли. Я был его мечом, его щитом, его верным псом.

А теперь я оказался бесполезным. Обузой. Что мне делать без него? Кто я теперь?

Я попытался сосредоточиться на молитве, но слова путались, ускользали, словно песок сквозь пальцы. В ушах звенело от унижения, от осознания собственной никчемности. Я всегда считал себя сильным, непобедимым, но теперь, лишенный силы и благосклонности отца де Роша, чувствовал себя тем маленьким и потерянным мальчиком, кого он подобрал много лет назад.

Вечерело. За окном сгущались сумерки, и монастырь погружался в тишину. Я лежал на подстилке, не в силах пошевелиться, словно парализованный. Коллар давил на шею, напоминая о моём позоре. В животе урчало от голода, но аппетита не было. Я понимал, что должен что-то предпринять, но что именно? Бежать? Но куда? У меня никого нет, кроме отца де Роша. Или, вернее, не было. Теперь я для него никто.

Внезапно в дверь моей кельи постучали. Я вздрогнул от неожиданности и с трудом поднялся с подстилки. Кто бы это мог быть? Неужели отец де Рош передумал? Или это один из монахов пришёл поглумиться над моим падением? Я медленно подошёл к двери и приоткрыл её. На пороге стоял брат Томас.

— Простите, что беспокою, — прошептал он, опустив глаза. — Я принёс вам немного еды. И… это. Он протянул мне небольшой свёрток, завёрнутый в грубую ткань. Я развернул его. Внутри оказалась краюха хлеба и небольшой кусок сыра. А ещё… кинжал. Мой кинжал. Тот самый, который я всегда носил с собой.

Я посмотрел на брата Томаса, не понимая. В его глазах я увидел сочувствие. И… надежду?

— Отец де Рош не должен так с вами поступать, — прошептал он. — Вы всегда были добры ко мне. И… я думаю, вам нужно бежать. Он что-то задумал. Что-то ужасное. И вы… вы должны остановить его. Найдите, того, кто снимет ошейник.

Глава 2 Между долгом и сердцем

Замок Девон, словно потревоженный осиный рой, гудел от напряжения. До праздника в честь Ричарда оставалось совсем немного.

На огромной кухне кипела настоящая битва. Главная кухарка, с лицом, красным как раскалённое железо, командовала армией кухонных мальчиков и подмастерьев.

Огромные ножи мелькали, разделывая туши двух огромных диких кабанов, принесённых охотниками утром. В котлах, размером с небольшие телеги, булькали ароматные похлёбки, наполняя воздух запахами трав и специй, будоражащих аппетит. На вертелах жарились ряды фазанов, источая сок и манящий аромат.

В главном зале, где обычно слышалось лишь эхо шагов стражи, теперь царила суматоха. Длинные столы, сколоченные из дуба вековой давности, были покрыты белоснежными льняными скатертями, вышитыми серебряной нитью. Слуги сновали туда-сюда, расставляя тяжёлые серебряные кубки, отполированные до ослепительного блеска.

В винном погребе, внизу, царил свой переполох. Гийом, старый ворчун с лицом, испещренным морщинами, лично следил за тем, чтобы лучшие вина из погребов были отобраны для пира. Он бормотал что-то себе под нос о том, что "нынешнее поколение совсем не ценит хорошее вино", но в глазах его плясали искорки предвкушения.

Ведь со дня смерти батюшки в Девоне таких праздников не закатывали.

Я поднялась наверх и постучалась в бывшую комнату отца, которую по праву должен занять его наследник.

— Войдите.

Ричард стоял перед большим серебряным зеркалом и пытался справиться с камзолом. Его доспехи лежали в углу. Сегодня они ему без надобности.

— Ты готов?

— Почти, — проворчал он, дёргая непослушные шнурки. — Ненавижу эти церемонии. Лучше бы пошёл в своей привычной одежде.

Я усмехнулась.

— Ты же знаешь, отец хотел бы видеть тебя во всём блеске. Ты должен показать знати, что у графства есть достойный и могущественный хозяин.

Я подошла и помогла ему затянуть шнурки камзола. Ткань была расшита золотыми нитями, тяжёлая и неудобная, но Ричард выглядел в ней настоящим лордом. В его тёмных глазах читалось раздражение, но я знала, что внутри он полон решимости.

— Эх, Ричард, если бы папа был жив… Я так, сожалею, что он не узнал правду о твоём рождении.

Ричард вздохнул, глядя на своё отражение.

— Да, ты права. Нужно соответствовать. Ради него.

Он коснулся рукой рукояти меча, лежавшего на столе. Холодная сталь блеснула в полумраке комнаты.

Я вздрогнула, словно от удара.

— Ричард, ты до сих пор носишь перстень тамплиеров? Зачем?

— Прости, сестра, я должен лично вернуть его магистру. Это мой долг.

— Боже… Ты сомневаешься? Но без тебя графство обречено. Король отберёт наш замок!

— А что, если только возглавив орден я смогу защитить вас? Вдруг это единственный наш шанс выстоять?

— А как же Анна?

— Пожалуйста, ничего ей не говори.

Я сжала его руку, стараясь передать всю свою поддержку.

— Ричард, ты должен выбрать. Нельзя усидеть на двух стульях. Анна любит тебя, графство нуждается в тебе… я нуждаюсь в тебе. Тамплиеры… это прошлое. Отец всегда говорил, что долг перед семьей превыше всего.

Наконец, он медленно выдохнул, отвернулся от зеркала и посмотрел мне в глаза. В них больше не было раздражения, только тяжёлая решимость.

— Ты права, сестра. Я должен выбрать. И я выбираю Девон. Я выбираю Анну. Я выбираю тебя. Перстень… он останется здесь. Он снял с пальца массивное кольцо магистра тамплиеров, символа безграничной власти, и положил его на стол рядом с мечом.

Ричард смотрел на него с грустью, словно прощался с частью себя.

— Я знаю, это было трудное решение, — прошептала я, обнимая его. — Но ты сделал правильный выбор. Мы справимся. Вместе. Внизу раздались звуки труб, возвещающие о начале торжества. Ричард отстранился, на его лице снова появилась тень улыбки.

— Пора. Нужно показать этим лордам, что Девон в надежных руках. И что его новый граф умеет не только сражаться, но и праздновать.

— Ты должен сплотить вокруг себя всю местную знать. Да и простой народ захочет поглазеть на нового графа. Сегодня веселиться будут все.

Мы спустились вниз по широкой лестнице, и шум праздника обрушился на нас всей своей мощью. Зал был полон людей, одетых в яркие одежды. Звуки лютни и флейты сплетались с гулом голосов и звоном кубков. Ричард расправил плечи и уверенно пошёл вперёд, приветствуя гостей широкой улыбкой. Я следовала за ним, стараясь держаться в тени, но при этом оставаясь рядом, готовая поддержать его в любой момент.

Мы обошли почти весь зал, приветствуя каждого лорда и леди, выслушивая их поздравления и пожелания. Ричард держался непринуждённо и уверенно, шутил и смеялся, словно всю жизнь только и делал, что правил графством. Я гордилась им. Он действительно был достоин этого места.

Вскоре мы подошли к Анне. Она стояла у окна, погружённая в свои мысли. Когда она увидела Ричарда, её лицо озарилось улыбкой.

— Ричард, ты прекрасно выглядишь, — слегка смущаясь сказала она.

— Ты тоже. Тебе очень идёт платье.

Я решила оставить их наедине, промолчав о гнетущем предчувствии, терзавшем душу. Сила внутри меня билась, предвещая нечто ужасное, такое, с чем я ещё не сталкивалась.

Я отступила в тень одной из колонн, наблюдая за тем, как Ричард и Анна о чём-то оживленно беседуют. Они выглядели такими счастливыми вместе. Мне оставалось только надеяться, что моя сила ошиблась. Но я знала, что это не так. Мои предчувствия редко меня обманывали.

Внезапно двери зала распахнулись, и в помещение ворвался человек в дорожном плаще. Он запыхался и выглядел крайне встревоженным. Всеобщее веселье мгновенно стихло. Музыканты замолчали, гости замерли, уставившись на незнакомца. Он пробился сквозь толпу и, упав на одно колено перед Ричардом, прохрипел:

— Глава тамплиеров Райом де Гои мёртв. Совет ожидает вас.

Замок замер, словно по щелчку пальцев. Даже треск факелов, до этого едва различимый, теперь звучал почти оглушительно. Ричард окаменел, взгляд его потемнел, словно грозовая туча заволокла солнце. Анна испуганно схватила его за руку, но он даже не заметил. Всё его внимание было поглощено гонцом, стоящим на коленях, чьё лицо скрывал глубокий капюшон. Коричневый плащ странника был сильно запылён, будто он скакал без остановки несколько дней.

Я почувствовала, как внутри меня нарастает волна отчаяния. Все мои надежды на помощь Ричарда рухнули в одно мгновение. Тамплиеры. Они словно цепкие тени, не позволят Ричарду вырваться из их власти. Они всегда будут преследовать его, напоминая о долге, который он поклялся исполнить.

Ричард медленно поднял голову, его взгляд был устремлен куда-то сквозь незнакомца. Слова, которые он произнёс, еле слышно прозвучали, но в полной тишине зала они казались громом:

— Мёрт? Как?

Человек в плаще с трудом перевёл дух, отвечая:

— Предательство, милорд. Один из братьев обвиняет вас в смерти магистра. Райом де Гои был отравлен в собственной опочивальне. Последнее, что он успел сказать, это ваше имя.